ЧАСТЬ 3 СОКРОВИЩЕ ДРАКОНА Глава 17

Мне было хорошо, удобно и совсем не страшно. Из забытья выдернули едва слышные раздраженные голоса. И тот и другой я знала. Алисия и Амбер. Они говорили тихо, чтобы не разбудить меня. И от души отлегло. Приснилось? Может, случившееся привиделось, а я просто упала в обморок, потому что устала? Бывает же такое, и это логичнее, чем то, что меня украл дракон и принес в замок к рыжему даргу.

Впрочем, разговор, который я слышала, потихоньку расставил все по своим местам, и мне не очень понравилась картина, которая вырисовалась. Но, как ни странно, я не удивилась. Мне кажется, я уже давно это подозревала, только не признавалась себе. Даже нет. Не подозревала. Знала.

— Амбер, ты идиот! Зачем нам ведьма? — услышала я сквозь сон.

— Ну, ты же стащила колье герцогини Матильды… сокровища цвергов… продолжать дальше?

Голос рыжего нахала немного потерянный и совсем чуточку виноватый. Я не привыкла его слышать таким.

— Оно лежит себе тихонько в сокровищнице, а это целая ведьма! Она живая, она ходит, дышит и, когда проснется, то начнет громко орать! И я ее очень хорошо понимаю! Ты же ругал меня за то, что я хотела ее продать! И в итоге украл сам! Ну, ты вообще соображаешь, что творишь?

— Подумаешь, будет орать. Герцогиня тоже орала… — не очень уверенно отозвался Амбер, а Алисия фыркнула.

— Мне вот интересно, как ты будешь перед ней оправдываться и заглаживать свою вину? Все же золото лучше. Оно молчит, не выказывает недовольства и ему все равно, в чьей сокровищнице лежать. А как ты думаешь, Лесси все равно? Я думаю, нет, она упрямая и живая. Простит ли тебя?

— Тебя же простила, — глухо сказал он, но в голосе промелькнул то ли страх, то ли отчаяние.

— Простила, — отозвался Алисия. — Но это не гарантирует, что и тебя простит. Ты же не я. Как планируешь просить прощения? Свои драгоценности я полирую, укладываю на витрины и обещаю, что им тут будет лучше. Интересно, с Лесси этот трюк сработает? Очень сомневаюсь.

— Я буду стараться, — тихо сказал Амбер, и рядом с моей головой на тумбочку легло что-то тяжелое.

— Красиво…

По интонациям звучащим в голосе Алисии я поняла, что Амбер снова пытался уравнять меня с сестрой. Он так и не смог понять, что я равнодушна к украшениям.

— Оно не твое. Поняла? — категорично заявил он.

— Конечно, конечно, — тут же отозвалась рыжая и добавила совсем другим голосом, в котором в разы больше искренности. — Но мне кажется, ты зашел не с той стороны.

— Я не знаю, с какой стороны зайти.

— Конечно, после того как ты ее спер. Я тоже не знала, но все же смогла отыскать правильную…

— Сказала та, которая обчистила мастерские цвергов. Ты хоть представляешь, какие проблемы нам это сулит? — сменил он тему, а я испытала разочарование.

Они еще о чем-то поговорили, а потом Амбер ушел, и я выдохнула с облегчением, даже несмотря на то, что его сестра осталась тут.

— Можешь больше не притворяться, — сказала Алисия после того, как хлопнула дверь. — Я ведь знаю, что ты не спишь и все слышала.

— Амбер — дракон? — первое, что спросила я, открыв глаза. Все остальное было вторично. Мне требовалось получить подтверждение, что мои догадки верны.

— Вообще, Амбер — идиот, — доверчиво сообщила мне Алисия, примеряя на себя колье. Мое колье. Впрочем, то, с каким обожанием она на него смотрела, говорило о том, что уже, похоже, не мое. — Но к роду принадлежит драконьему

— Как и ты?

— Как и я.

— Именно поэтому ты воруешь все, что плохо лежит? — поинтересовалась я, старательно пытаясь не впадать в панику. Рыжий нахал, который меня целовал и на которого не действует моя магия — дракон. Самый настоящий дракон. Он может летать над горами и ему покоряется ветер. В его существование давно уже никто не верит, но он настоящий. И его сестра такая же! Это сбивает с толку.

— Все красивое, что плохо лежит, — поправила меня Алисия, словно это имело решающее значение. — Считается, что во мне драконья, дурная кровь проявила себя хуже всего. То есть, ну, вот такая я, немного повернутая.

— Почему «дурная»?

— Мы плохо контролируем свои порывы, — пояснила рыжая и вздохнула. — Вот я вижу драгоценность, и мозг отключается. Я заберу ее, несмотря ни на что. Даже если это глупо, нечестно, даже если я могу погибнуть в процессе. Я очень хочу показать тебе свою сокровищницу. Очень. Она такая красивая, я могу находиться там часами, но не покажу.

— Почему? — слегка обиженно спросила я.

— Дурная кровь, — отмахнулась Алисия. — Вдруг ты на что-то посмотришь очень внимательно, и мне захочется тебя убить?

— Все так серьезно?

— Очень.

— Почему он открылся передо мной? — сменила я тему. — Ведь вы держите свою истинную сущность втайне.

— Потому что идиот. Я же сказала. Он тоже не смог устоять пред своим сокровищем, — Алисия вздохнула. — Так что, можно сказать, я его понимаю. И очень хорошо, но все равно идиот. Считается, что он нормальный, а я не очень. Хотя вот я краду и тащу в сокровищницу украшения, а он припер ведьму. А ненормальная все равно я! Согласись, очень странная позиция.

— Соглашусь, — кивнула я. — Но в замке не останусь. Интересно, он это осознает?

— Понимаешь, Лесси, он тебя не отпустит.

— Но почему? — пожалуй, я впервые испугалась по-настоящему.

— Мы ревностно охраняем свои сокровища. Вспомни, как я вела себя у цвергов? Думаешь, я хотела подвергать себя и вас опасности? Нет, когда я шла за сокровищами изначально, я еще отдавала себе отчет. Просто надеялась, что мы быстренько зайдем и быстренько уйдем. А после того как у меня их украли!

— Это ты их украла, а цверги вернули.

— Не-ет, — протянула рыжая с уверенностью. — Я их нашла. Они стали моими, а цверги их украли. Вот когда возвращала обратно, уже не отдавала себе отчет. Просто наступило помутнение и все. Очнулась, когда меня ругал Лайтнер и вопили вы. Но зато с моими прелестями. — На ее губах показалась довольная улыбка, а глаза светились. — Думаю, Амбер воровал тебя в таком же состоянии. Он сам очень удивился своему порыву, в нем драконьи недостатки до этого момента не просыпались. Когда он придет к тебе и станет говорить, что чувствует себя виноватым, и не может отпустить только потому, что ты выдашь наш секрет, не верь. Он просто не может отпустить, безо всяких причин. Свои сокровища не отдают.

— Но я не выдам ваш секрет.

— Это неважно, говорю же. Он не сможет тебя отпустить, я живу с этим с рождения. Я не могу, я зависима от милых золотых штучек.

— Это я уже заметила, — хмыкнула я, покосившись на Алисию.

— Нет, ты меня не поняла. Я зависима от золота, а Амбер, похоже, зависим от тебя. Он считает тебя своим сокровищем. Думаешь, почему он подарил тебе почти всю нашу сокровищницу?

Я с насмешкой посмотрела на нее, и Алисия надулась.

— Н-ну хорошо, он подарил кое-что из нашей сокровищницы. По одной причине — мысленно он уже отнес тебя к ее части.

— То есть он ко мне относится, как ты к драгоценностям?

— Хуже. Он к тебе относится, как я к тем драгоценностям, которые считаю своими.

— А мое колье, которое ты спрятала в карман? — прищурилась я. В целом, исключительно чтобы проверить слова рыжей.

— Это мое колье, — тут же отреагировала Алисия, а я устало откинулась на подушку.

— Мне все равно я равнодушна к украшениям. Брату скажешь сама.

— И это, Лесс… — потупившись, произнесла Алисия. — Чтобы между нами совсем уж не было недомолвок. Тот варадраг в горном ручье…

— Что с ним? Ты меня тогда спасла, спасибо.

— Ну, в общем… мне очень хотелось с тобой помириться.

— Это ты его призвала? — завопила я и кинула в нее подушкой. Алисия, как нашкодившая кошка бросилась к двери, вопя на ходу:

— Ну, мне, правда, надо было снова завоевать твое доверие.

— Знаешь, мне дико пугает твоя дружба.

— Ты вытащила счастливый билет, — невесело хмыкнула она. — Моя дружба и любовь моего брата.

— А он меня любит? — фраза зависла в воздухе, так как Алисия уже скрылась, а я осталась лежать и думать о том, что происходит в моей жизни. Меня украл дракон. Просто в голове не укладывается, как и то, что я не могу даже на это злиться.

Я выспалась и чувствовала себя хорошо. Поэтому поднялась, прошлась по уже знакомой комнате. Я в ней жила в наше короткое пребывание в замке и обнаружила, что в шкафу аккуратно разложена по полочкам моя одежда. Почти вся. Подозреваю, что грязную просто унесли в стирку. Интересно, как на мое исчезновение отреагировали в лагере?

Почему-то мне казалось, что, может, Амбер и воровал меня в состоянии аффекта, но вот потом, скорее всего, предусмотрел дядино волнение, и обставил мой отъезд как-нибудь красиво. Вопрос — как? Он привык скрываться и заметать следы. Очень надеюсь, придуманная им легенда не заставит меня краснеть или оправдываться.

И вот теперь мне интересно, тот дракон, которого видела я — это Амбер? Я никогда не думала, но ведь его имя обозначает Янтарный, а в фамилии скрыты отчетливые намеки на золото и пламя. А другие дарги? Они тоже драконы? Столько вопросов, что, наверное, лучше задать их самому Амберу.

Только вот я не хотела идти на контакт первой. Он меня украл, вот пусть приходит сам, просит прощения, объясняет свои действия и говорит, наконец, что от меня хочет. А я пока решила сходить в душ. Во время экспедиции это удовольствие было недоступно, и хотя я мылась в ручье, топилась в озере, да и отсутствовала недолго, все же соскучилась по нехитрым бытовым радостям.

Я долго отмокала в ванной, тщательно мыла волосы, долго выбирала, что на себя надеть и отказывалась признаться себе, что ждала Амбра. А этот наглый дарк просто не явился. И еду передал прямо в комнату, чем обидел меня до глубины души. Мало того украл, так еще и не потрудился объяснить свое поведение! Вот кто так делает? По мне, украл, значит, предпринимай и дальнейшие шаги. Ведь зачем-то это было нужно?

Нет, я вроде бы не была пленницей, так как дверь в комнату не заперта, но идти никуда не хотелось, потому что вот сейчас я всерьез обиделась. Как так? Почему он не пришел? Я какое-то время мерила шагами комнату, а потом улеглась спать, так и не решившись выйти в коридор. Кроме нежелания делать первый шаг, я еще не хотела связываться с капризным замком. Очень уж он любил ночами приводить в спальню Амбера. Нет уж, думаю, пауза нам с рыжим не помешает. И я смогу как следует подумать, и он, может быть, поймет, что неправ и все же решится взглянуть мне в глаза и лично попросить прощения, а не через очередное украшение, которое приберет к рукам Алисия. Нет, жалко мне не было. Разве что обидно. Тоже совсем чуть-чуть.

Проснулась я ни свет ни заря. Хотя заря-то как раз за окном была красивая, как и все погодные явления на Хребте Золотого дракона. Посидела полчасика на подоконнике и поняла, что хочу прогуляться, а если повезет, еще и раздобыть кофе. Выбрала длинное удобное платье, которое в моем гардеробе оказалось едва ли не единственным. Но от брюк я устала, не передать как, хотелось почувствовать себя девочкой, и спустилась в холл. Как ни странно вредный замок ничего не имел против и не завел меня в подземелья, прачечную, библиотеку или спальню Амбера, а позволил спуститься на первый этаж.

В столовой никого не было. Белоснежные скатерти, пустые столы, и ни единой мысли о том, где можно добыть чашечку кофе. Впрочем, я даже не успела расстроиться, так как за моей спиной появился дворецкий. Я его заметила, когда обернулась в ответ на вопрос: «Что леди желает?»

Леди желала большую чашку кофе и что-нибудь сладкое к нему. Сидеть одной в огромном пустом зале не хотелось, поэтому я, прихватив чашку с дымящимся напитком и блюдечко с маленькими меренгами, отправилась в сад. Утренний кофе на улице — это отличное начало дня.

Мне нравился воздух в горах. Я каждый раз, когда выходила на улицу, вдыхала полной грудью и прикрывала глаза. Здесь в саду к прохладному и прозрачному свежему запаху гор примешивался тонкий цветочный аромат роз, клематисов и крупных, алых пионов.

Я брела по вымощенной тропинке в полном одиночестве, пока не дошла до пруда, там нырнула под ветви склонившейся к берегу ивы и оказалась в укромном уголке. Небольшая лавочка, столик с видом на неподвижную водную гладь и цветочная живая изгородь за спиной.

Я очутилась словно в небольшой уютной беседке. Впервые наткнулась на этот укромный уголок в саду, и он мне определенно понравился. Я с наслаждением вдыхала терпкий бодрящий аромат и страшилась сделать глоток, потому что чашка обжигала ладони. Ждала, когда напиток немного остынет. Смотрела на водную гладь и чувствовала умиротворение, когда услышала голоса. Звонкий Алисии и более низкий, холодный принадлежавший Лайтнеру. Вот демон! Я бы совсем не хотела снова подслушивать рыжую. И уж совсем не желала становиться свидетельницей их разговора. Но если сейчас рвану отсюда, по-любому столкнусь с ними нос к носу, и будет еще более неловко. А так, может быть, они просто пройдут мимо? Это было бы просто отлично.

Они вместе в такую рань. Помирились? Впрочем, хоть я и не хотела знать подробности этой встречи, парочка не спешила уходить. Наоборот, парочка устроилась где-то недалеко, казалось, что прямо тут за розовым кустом. Я подумала, что они даже смогут различить среди цветочных ароматов, запах, идущий от моего кофе, но ни Лайтнер, ни Алисия этого не заметили. Им было ни до чего. И они точно не помирились. Правда, и не ругались в прямом смысле этого слова.

— Лайт, — тихо произнесла Алисия, и мне даже показалось, что ее голос немного дрожит. — Прости меня, я больше так не буду.

— Будешь, ты же прекрасно знаешь, — устало отозвался он. — Это сильнее тебя и, какое-то время мне казалось, я могу смириться с этим ради чести моего рода, ради верности Амберу и древним традиция. У меня получится тебя охранять, защищать и оберегать, не думая о себе и своих желаниях. Тебя от мира, и мир от тебя… я жил с этой мыслью и не допускал иного.

— Ключевое в нашем разговоре слово «смириться», — хмыкнула рыжая, и мне стало ее жаль.

— Ты всегда умела улавливать суть, — не стал спорить дарк. — Я знал, что мне нужно будет взять в жены младшую сестру Амбера, как только она вырастет.

— Но в твоих глазах я так и не выросла.

— Вероятно, нет. Я не могу к тебе относиться… иначе, как к другу, да и как к другу не могу. Я сколько помню тебя, только и делал, что защищал, контролировал, прощал. Ты была предназначена мне, но…

— Ты ко мне всегда относился, как к своей лошади. Нужно воспитывать и следить за тем, чтобы она была здорова и накормлена.

— За здоровьем и кормежкой следил Амбер, — голос Лайтнера звучал мягко и грустно, но слова ранили, и мне было очень обидно за подругу.

— Ты никогда не любил меня, да? — уточнила Алисия спокойно, но я чувствовала в ее голосе слезы.

— Лис, я даже не давал тебе повода думать, что могу полюбить тебя. Вот, правда.

— Ты прав, я маленькая, глупая и эгоистичная девочка. Я знала, что ты женишься на мне, и все остальное… додумала себе сама. Я, правда, считала, что так и должно быть — ты мой, словно сокровище, которое неважно как относится к тебе, главное, что оно есть.

— Я тоже долго думал, что это неважно. Но я не хочу связывать с тобой всю жизнь. Я устал. От твоей непосредственности, непредсказуемости, от золота и от сумасшествия. Просто, я никогда не смогу, не то что ли полюбить тебя, даже просто привыкнуть и воспринимать, как женщину. Не смогу Алисия.

Я так и замерла с чашкой в руках. Было неловко, что подслушала такой личный разговор, а еще очень жаль Алисию. Лайтнер ушел, и я услышала слабые всхлипывания. Пока размышляла, стоит ли выдавать себя, Алисия сама решила этот вопрос и тихим голосом сказала.

— Лесси, я знаю, что ты там. Можно к тебе. Очень кофе хочется. Оно тут так вкусно пахнет, а мне так грустно, что очень хочется радости в жизни. Так как мой засранец-брат ничего тебе не подарил, то и присвоить себе нечего. Хоть кофе твое выпью.

— Да, конечно, — растерянно отозвалась я и через минуту рядом со мной появилась грустная заплаканная Алисия.

— Я жалкая, да? — тихо спросила она, а я покачала голосовой.

— Нет. Вот возьми.

Я подвинула ей тарелочку с меренгами и отдала чашку кофе.

— Спасибо, — хлюпнула она носом. — Почему я не жалкая? По тебе сходит с ума мой брат, тебе, наверное, странно, что может быть так, как у меня — нелепо и глупо.

— Смеешься? — хмыкнула я. — Именно от «так» я и сбежала сюда. Поверь, сердце может разбиться у кого угодно. Это грустно и тяжело, но не думай, что с разбитым сердцем ты становишься жалкой. Это неправда.

— Тебе помогло бегство?

— Да, но легче не стало. Когда сердце разлетается на части, думаешь, впереди нет ничего. Кажется, что ты не можешь находиться рядом с человеком, потому что зависима от него. Потому что готова преследовать и унижаться, лишь бы он снова обратил на тебя внимание, а потом бац… — я сделала паузу. — И тебя уже ворует дракон, а у того, кого ты, казалось, любила совсем недавно, не можешь вспомнить даже лица.

— Только вот мой дракон меня не украдет, — всхлипнула Алисия. — А все потому, что я воспринимала его как само собой разумеющееся.

— Алисия, тебе не нужно, чтобы тебя крал дракон. Ты сама дракон, украдешь кого хочешь, — улыбнулась я, а она впервые за наш разговор, заливисто рассмеялась, а потом сказала. — Пойдем. Я все же хочу показать тебе свою сокровищницу.

— А если ты меня захочешь убить, потому что я не так посмотрела на что-то?

— Не захочу, — улыбнулась она сквозь слезы. — Тебя волнуют люди больше, чем золото, и это так прекрасно. По крайней мере, для дружбы со мной. Пойдем?

— Пойдем, — согласилась я. — А потом нам дадут завтрак?

— Непременно. — Она кивнула. — Я тоже проголодалась.