Глава 14

Роуэн

То счастье, та беззаботность и уязвимость, которые я чувствовал сегодня с семьей, все это осталось где-то там, далеко. На склад я пришел уже совсем другим человеком.

Я сдерживал свою ярость столько, сколько мог, но теперь, засунув руки в карманы, насвистывая, иду в сторону задней комнаты. Я здесь по делу, а значит, от моего расслабленного вида, повседневной одежды, взъерошенных волос и очков, не осталось и следа. Вместо этого на мне привычный свеже выглаженный костюм, идеально уложенные волосы, дорогие туфли и контактные линзы.

Именно эту свою сторону я клянусь никогда не показывать Кларе и Ретту.

Я захожу в заднюю комнату, Дек идет за мной по пятам. Я останавливаюсь, чтобы осмотреть мужчин, висящих на потолочных промышленных крюках. Крюки свисают так, что их ноги едва касаются пола. Бедолаги, солдаты Братвы, висят, прикованные за запястья наручниками к крюкам. Они злобно смотрят на меня из-под разбитых в кровь лиц. Но им невдомек, что это еще была всего лишь разминка.

– Добрый день, господа, – громогласно произношу я, так что голос гулко отдается от стен.

Я снимаю пиджак, аккуратно кладу его на стол рядом с инструментами и закатываю рукава. Пока закатываю, спокойно объясняю:

– Итак, у меня есть достоверные сведения, что ваш босс не только ебанутый, но и пытается следить за мной.

Оба парня одного роста и телосложения, светловолосые. У одного глаза голубые, у другого карие.

Кареглазый заговорил первым:

– Мы тебе ни хрена не скажем.

Он сплевывает в мою сторону, а я только качаю головой, с легкой усмешкой.

– Почему они всегда сначала такие крутые, Деклан? – спрашиваю я.

Дек улыбается и качает головой:

– Без понятия, Босс. Наверное, тупые.

В обычной жизни я для них просто Роу. Но когда идет дело – я Босс. И ни один из моих братьев не осмелится перейти эту грань. Роу регистрируется на главных воротах нашего поместья и там же исчезает.

– Мы за тобой не следили, – бормочет второй.

Ах да, к делу.

Я подбираю со стола два свежих отточенных кабелереза и кидаю один Деку:

– Кого выбираешь?

Деклан изучает обоих, потом усмехается:

– Я возьму кареглазого.

Конечно. Он всегда выбирает самый сложный вариант.

Я успеваю перебрать три пальца у голубоглазого, прежде чем тот начинает орать, чтобы я остановился. Кареглазый вскрикивает, но в остальном молчит.

– Мы не единственные, кто следил за тобой, – выдыхает Голубой.

Кареглазый бросает ему взгляд в духе «заткнись, нахрен». Поздно, теперь мне стало интересно. Я зажимаю его указательный палец между лезвиями кусачек и начинаю медленно давить.

– Кто еще?

Голубой всхлипывает:

– Я не знаю, чувак...

Ебаный Престон. Голубой взвизгивает, и только тогда я осознаю, что нечаянно отхватил ему палец. Упс.

Мы продолжаем работать с ними еще несколько часов. Выбиваем зубы, отрезаем пальцы на ногах, сдираем кожу с мышц, наносим удары с такой силой, что кости трещат, пока, наконец, кареглазый не ломается.

– Ник хочет, чтобы ты сдох, – выдыхает он. – Он готов на все. Ты не делаешь ни одного движения, о котором бы мы не знали. Как там твоя баба с ребенком? Думаешь, они в безопасности у тебя дома? Да они нигде не в безопасности. Мы доберемся до тебя, доберемся до них, где угодно. Удачи тебе, Роуэн. Если останешься в живых, то уже без них. И без своих братьев.

Он захохотал, как псих, и все то бешенство, что я сдерживал последние сутки, вырывается наружу.

Я действую быстрее молнии, одним движением вспарываю ему горло от уха до уха.

Пока он захлебывается собственной кровью, я склоняюсь к нему и шепчу:

– Никто не угрожает моей семье и остается в живых.

Голубоглазый таращит на меня глаза, как блюдца:

– Я... я больше ничего не знаю. Только то, что в итоге никто из BOCG не останется в живых.

Я вытаскиваю пистолет из-за пояса брюк, целюсь, и нажимаю на спуск. Прямо между глаз.

Поворачиваюсь к Деклану. Вижу, как злость каменным выражением застывает у него на лице. Стиснув зубы, он произносит:

– Поставим на них охрану. Они не выйдут из дома без кого-то из нас. С ними ничего не случится.

Я убираю пистолет в кобуру и глубоко вдыхаю. Решаю не разбираться со всем этим, пока снова не увижу их, не удостоверюсь, что с ними все в порядке.

– Помоги мне разобраться с этим дерьмом. Потом, душ, назначим охрану. Я хочу увидеть свою семью.

* * *

Мы оба приняли душ и теперь возвращаемся в поместье, всю дорогу домой обсуждая план действий. Подъезжая к дому, я глубоко вдыхаю. Мы наконец-то вычистили склад. Не уверен, что там вообще когда-либо было столько дерьма.

Наконец в голове становится тихо, впервые с тех пор, как Клара рассказала мне все прошлой ночью. Все, чего я сейчас хочу, зайти в дом, обнять их обоих и убедиться, что с ними все в порядке.

К сожалению, мне придется подождать. Есть еще одно, чертовски важное дело. Выхожу из машины, запираю двери внедорожника и поднимаюсь по ступеням. Открываю дверь, Дек идет за мной буквально в паре шагов, и я вызываю Нолана:

– Позови своего лучшего человека и зайди ко мне в кабинет.

Нолан откликается из коридора:

– Да, Босс.

Мои братья, сидящие на диване, приподнимают головы и встают. Они уже поняли, если я вызываю лучших из лучших, значит, дело серьезное.

Я только успеваю устроиться за своим столом, как в кабинет заходит Нолан, а за ним Киллиан. Так я и знал, что он приведет именно его.

Киллиан быстро поднялся по служебной лестнице, настолько он предан делу безопасности и порядку. У него почти непревзойденное внимание к деталям. К тому же он внушает уважение без лишней угрозы, а это значит, в людных местах он не будет привлекать лишнего внимания. А еще, возможно, Ретт быстрее к нему привыкнет.

Я киваю Нолану, чтобы тот закрыл за собой дверь, а затем жестом приглашаю их сесть на стулья напротив меня. Дек устраивается сбоку от моего стола, скрестив на груди руки и закинув ногу на ногу. Киран и Мак стоят за моим креслом, по обе стороны, тоже скрестив руки. Близнецы заняли позиции по обе стороны двери, просто наблюдают, пока я сам не дам команду вмешаться.

– Киллиан, для тебя есть новая задача, – говорю я.

Киллиан выпрямляется, весь напрягся в ожидании. Уши у него буквально навострились.

– Что прикажете, Босс?

Я бы мог немного его подразнить, но мне уже не терпится увидеть свою девочку и моего Маленького Медвежонка, так что перехожу сразу к делу:

– Отныне ты будешь охранять Клару и Ретта. Если они покидают дом, то ты ведешь машину. На улице ты должен находиться не дальше чем в четырех шагах от них. Если хоть что-то случится с кем-то из них, ты будешь молить о смерти.

И, чтобы он не расслаблялся, добавляю, спокойно и без улыбки:

– Если вдруг не слышал, мой любимый инструмент это нож для чистки овощей. Он отлично отделяет кожу от мышц.

Лицо Киллиана бледнеет, и чтобы окончательно донести до него свою мысль, я вытаскиваю нож, который всегда держу в носке, и с размаху вонзаю его в дерево стола.

– Не разочаруй меня, Киллиан. Тебе это вряд ли пойдет на пользу.

Киллиан резко кивает:

– Есть, сэр. Я защищу их ценой своей жизни.

Этого достаточно. Я махом отпускаю их:

– Лучше бы так. Завтра приступаешь.

Когда они уходят, Деклан ухмыляется:

– Обычно я бы спросил, какого черта ты так пугаешь человека, которому собираешься доверить свою семью. Но, черт возьми, впечатляет. Молодец, Роу.

Я закатываю глаза и убираю нож обратно в ножны.

– Кто-нибудь знает, где они?

Флинн пожимает плечами:

– Последний раз я видел их еще до того, как ты уехал. Думаю, она боится выходить из твоей комнаты без тебя.

Надо это исправить.

– Пойду проверю их. Мы скоро спустимся.

Я почти добираюсь до двери, намереваясь найти их, когда меня останавливает Мак:

– Сегодня утром ты напомнил мне нашего отца. Быть отцом для своего ребенка тебе идет, старший брат.

Я улыбаюсь ему через плечо:

– Спасибо, Мак. Я собираюсь восполнить каждую секунду тех первых четырех лет, что меня не было рядом с ним. И каждое мгновение, пока я не встретил Клару. Они – все для меня.

Я выхожу из кабинета, чтобы найти свою маленькую семью.

Я крадусь в свою спальню и нахожу их уютно устроившимися на кровати вместе с Сэйфом, снова смотрящих этот чертов мультик про ниндзя. Сейчас время дневного сна, так что я удивляюсь, увидев Ретта бодрствующим.

Он, похоже, замечает меня краем глаза, потому что тут же резко поворачивает голову ко мне. Его лицо озаряет огромная улыбка, и он начинает судорожно махать руками, быстро-быстро что-то показывая на языке жестов.

Я многое выучил, но все равно не успеваю за тем потоком, что он пытается мне выдать.

Клара берет инициативу в свои руки:

– Солнышко, дай сначала Роуэну зайти, а потом расскажешь ему все мысли.

Она смеется и легко постукивает кончиком пальца его по носу.

Я подхожу ближе, целую его в лоб, потом наклоняюсь и целую его маму. Господи, как же я скучал. И ведь меня даже не было целого обычного дня.

Улыбаясь в ее губы, я тихо бормочу:

– Нам пора начать нормально пользоваться телефоном, малышка. Я с ума сходил, не слыша вас.

– Я не хотела тебя беспокоить, – шепчет она, отстраняясь и похлопывая по месту рядом с собой на кровати.

Я забираюсь на кровать, притягиваю к себе ее и Ретта.

– Ты никогда не будешь мне в тягость. Звони, пиши, выходи на видеосвязь, если Ретт захочет поболтать, без разницы. Я всегда отвечу.

Она кивает, и мы все снова поворачиваемся к фильму.

Я начинаю перебирать пальцами волосы Ретта, пока он не засыпает. Как только я убеждаюсь, что он крепко уснул, медленно встаю и осторожно поднимаю Клару.

Беря ее за руку, веду в ванную. Она тихонько прикрывает за нами дверь.

Стоит ей повернуться, как проходит всего пара секунд, и Клара бросается мне на шею.

Я подхватываю ее под ягодицы, легко поднимая так, что ее ноги обвивают мои бедра. Она застала меня врасплох, но я скорее провалюсь сквозь землю, чем позволю ей упасть.

Ее губы скользят по моей челюсти и опускаются ниже, к шее, заставляя меня сдавленно выдохнуть:

– Клара...

Я вообще-то привел ее сюда, чтобы поговорить, понять, почему она весь день не выходила из нашей комнаты. Но в конце концов я тоже всего лишь мужчина. Ее руки начинают расстегивать пуговицы на моей рубашке, и ей приходится отвлечься от моей шеи, чтобы видеть, что она делает. Этого короткого мгновения мне хватает, чтобы мозги хоть чуть-чуть прояснились.

– Красавица, нам нужно поговорить, – хрипло выдыхаю я. – А потом я тебе обещаю, мы продолжим.

Будто в одно мгновение между нами возникает стена. Она начинает вырываться, и я осторожно опускаю ее на пол. Клара тут же отступает назад, скрестив руки под грудью, словно пытаясь защитить себя. Я замечаю, она встала так, чтобы заслонить собой дверь в комнату, где спит Ретт. И мне приходится изо всех сил подавлять боль от мысли, что она сейчас ставит меня в один ряд с этим ублюдком Престоном.

– Малышка... – тихо произношу я, поднимая ладони вверх, показывая, что не собираюсь приближаться.

Клара качает головой:

– Я... я прошу прощения. Если я что-то сделала не так, прости. Только отпусти нас. Я заберу Ретта, и мы уйдем.

У меня внутри что-то ломается, сердце трескается пополам, а дыхание сбивается в груди.

– Нет, Красавица, нет, – тихо говорю я. – Я не знаю, о чем ты подумала, но ничего плохого.

Она смотрит на меня с таким выражением, будто сама не уверена, верит мне или нет.

– Малышка, клянусь. Я всего лишь хотел поговорить о том, почему парни сказали, что вы весь день не выходили из комнаты.

Она смотрит на меня с такой настороженностью, что страшно становится:

– Я не знала... можно ли нам вообще выходить. Я думала, нам велено оставаться здесь.

Меня чуть не выворачивает наизнанку от этой мысли. Они правда думают, что заперты тут, если меня нет дома?

– Можно я кое-что тебе покажу?

Клара колеблется, но все же кладет свою руку в мою.

– Мы просто пройдем через нашу комнату, не побеспокоив Ретта.

Она кивает, позволяя мне осторожно провести ее через спальню и вывести за дверь.

Я молюсь только об одном, чтобы то, что я собираюсь ей показать, заставило ее понять, что я – не он.