Глава 24

Игнат Ни слова лжи. Для меня это даже немного странно. Я привык выстраивать схемы, искать обходные пути, благородными намерениями объяснять свои поступки. Или даже простым “хочу”. Впервые за много лет я обнажил душу. Я даже дочке не говорю о любви. Для меня чувства всегда были проявлением слабости. Поэтому я никогда не влюблялся. Даже мать Мирославы попала в мою постель так же, как попала Соня. По сути, все женщины оказывались в ней этим путем. Я к этому привык. Так было проще. Просто договорился, взял, что хотел, побаловал женщину, дал ей бабла, и распрощались. Все, конец истории. Мать Миры стала небольшим исключением. После того, как она забеременела, мы даже попытались поиграть в семью, но ее хватило ненадолго. Родив дочку, она впала в состояние, которое назвала послеродовой депрессией. Я ее и по врачам таскал, и на моря возил, и ухаживал. Ничего не помогало. Она просто даже не могла смотреть на нашу дочку. Я не понимал, как можно не любить этот крохотный комочек, который так внимательно смотрит на тебя. Заглядывает в глаза. Ни черта не понимает, но в то же время как будто понимает больше тебя – взрослого человека. Как только восстановилась после родов, Дина пустилась во все тяжкие. Ее сестра Рита чаще бывала с нашей дочерью, чем ее мать. Маргарита каждый день навещала Миру, носилась с ней, играла, общалась, учила чему-то новому, пока я работал. Я обеспечил ей безбедное существование, а она уволилась из лаборатории, в которой работала, чтобы стать няней для моей дочери. Пока Дина отрывалась по клубам и барам, ее сестра воспитывала нашу дочь. Первое время я пытался образумить свою гражданскую жену. Бесился, что она сделала свидетельство о рождении нашей дочери на свою фамилию. Потом успокоился. Так было даже лучше ради безопасности Миры. Потому что крупный бизнес всегда сопряжен со сложностями. А так, по крайней мере, был шанс защитить дочку. Когда Дина перешла уже все границы, а мне надоело вытаскивать ее из передряг, я просто выгнал ее. Дал немного бабла на первое время и выставил за дверь. В моем доме уже была женщина, готовая круглосуточно посвящать себя моей дочери. К тому же, кажется, Рита уже была влюблена в меня. Я к ней ничего не ощущал, но решил, что, возможно, стоит построить отношения с нормальной, спокойной женщиной, чем с такими стрекозами, как ее сестра. Не сложилось. Я даже переспать с ней не смог. Просто потому, что Рита потрясающая женщина, но меня всегда тянуло на других. Или, может, я боялся вступать в серьезные отношения после Дины. В общем, с Ритой мы остались хорошими друзьями, и она до сих пор поддерживает связь с Мирой, хоть у нее уже давно своя семья и дети. А я продолжил жить как жил. Строил не обременяющие отношения по договоренности. Брал что и кого хотел. Не парился и прекрасно себя чувствовал. Ровно до того момента, пока не увидел Софию. У меня тогда было ощущение, что в грудак влетел товарный поезд. Просто какое-то наваждение. Помешательство. Увидел ее глаза с немного испуганным взглядом и пропал. Я долго убеждал себя, что это эффект новизны. Что вот трахну ее и спокойно смогу послать. Что мне будет достаточно несколько раз подмять под себя ее молочное тело, и я буду свободен. Я ведь и с девственницами не связываюсь именно потому, что это всегда осложнения в виде ненужных чувств и соплей. И молоденьких девочек не беру по той же причине. Но именно на такой я и споткнулся. С первой нашей встречи я понимал, что эти отношения неминуемо приведут к тому, что мое сердце будет зажато в этом маленьким кулачке. Я уговаривал себя отпустить девчонку. Сказать Лейле, что девочка моя, и просто отпустить. Но я не смог. Просто, блядь, не смог! Злился на нее за то, что такая. За то, что вообще появилась в моей жизни! За то, что я, черт побери, сплю и вижу эротические сны с ней! Как подросток, который дрочит на какую-нибудь звезду сериала. Даже не знаю, когда понял, что назад уже не повернуть. Просто проснулся однажды утром и понял, что я уже по уши. Смеялся тогда сам над собой. Угораздило же в таком возрасте влюбиться в сопливую малолетку. Но в Соню не влюбиться невозможно. Она как луч света. Как целое солнце. Теплая, игривая, смешливая, с характером и собственным мнением. Но в то же самое время ранимая, испуганная и немного стеснительная. А как она краснеет! Как красиво смущается! Как чертовски сексуально стреляет взглядом из-под длинных ресниц! Черт! В это все невозможно не влюбиться! Вот и сейчас она смотрит на меня из-под полуопущенных ресниц. Стреляет таким взглядом, что у меня даже привстает. – Не молчи, – хрипло прошу Соню. Конечно, я надеюсь, что она сейчас бросится мне на шею и скажет, как сильно сама любит. Но вместо этого София проводит ладонью по моей щеке и улыбается. – Никогда бы не подумала, что такой мужчина, как ты, может влюбиться в такую, как я. – Ты ничем не хуже других. Даже лучше, – отвечаю, начиная нервничать от того, что она промолчала на мое признание. – Во всем лучше. Ты, как никто другой, заслуживаешь того, чтобы тебя носили на руках, баловали и лелеяли. Сонь, что скажешь на мое предложение? – На какое? Начать все сначала? Я киваю, а она встает с моих коленей. Поправляет свою рубашку и сглатывает. – Я хочу уйти, Игнат.