Глава 28

Марат едва сдержался, чтобы не распахнуть дверь с грохотом. Остановило только то, что это могло слишком напугать Анну, а такого лучше избегать в ее положении. Где-то на задворках мелькнула мысль о том, что она и так слишком нервничает, но быстро исчезла, утонула в злости. Покровский без стука резко ворвался в спальню и на автомате сделал несколько шагов, прежде чем понял, что Ани в комнате нет. Спустилась вниз? Нахмурившись, он вышел в коридор и направился к лестнице, но увидел приоткрытую дверь в одну из комнат и остановился, как вкопанный.

Детская. Он ведь нанял дизайнера переделать эту комнату под детскую. И тот даже вроде бы звонил, что работу завершили, вот только эти дни совсем было не до него. Или до сих пор отделывают комнату, раз она не заперта?

Практически бесшумно Марат подошел к приоткрытой двери и заглянул в щель. Взгляд натолкнулся на фигуру Ани — она стояла вполоборота, склонившись над детской кроваткой. Первым желанием было распахнуть дверь и высказать ей все. И Марат почти поддался этому порыву, но только протянул ладонь к ручке, как сразу же отдернул ее, словно металл обжег кожу.

Анна плакала. Приглядевшись, Покровский увидел, что свободной рукой она прижимает к себе маленькую подушечку голубого цвета, так, словно это была самая ее большая драгоценность. Аня не рыдала напоказ, нет, наоборот пыталась сдержаться, чтобы ее никто не услышал и не пришел — прижимала ко рту ладошку. Последний раз такой плач Марат слышал только на похоронах отца, когда совсем уже старенькая бабушка, его мать, оплакивала своего сына. Столько обреченности и горя было в этих слезах — она знала, что ничего не может поделать, но не могла смириться с этой потерей и тихонько плакала.

Сердце перевернулось и ухнуло в пятки, настолько стало нехорошо от этой картины и всплывшей в памяти ассоциации. Покровский отшатнулся от двери, сглотнул судорожно и растерянно осмотрел коридор своего дома. С картины на стене осуждающе смотрел отец — его портрет всегда висел здесь как напоминание о том, каким он был бизнесменом. И каким человеком. Возможно, он не любил его мать. Но он не бросил ее.

И не отнял ребенка.

Внутри неприятно ныло. Марат шатающейся походкой сошел с лестницы и приказал водителю выгнать из гаража машину. Нужно было утопить это чувство в алкоголе. Он даже сам не знал, зачем — чтобы лучше разобраться в ситуации и поступить правильно или чтобы просто его заглушить и забыть.

И только после третьей стопки водки, которую он друг за другом осушил в баре, Покровский понял, что он сможет откупиться от Славы, от Ани, даже от своей матери. Сунуть денег побольше — им, судьям, чтобы вынесли решение об опеке в его пользу, СМИ, чтобы заткнуть их.

Но свою совесть так он никогда не заткнет.

******

Марат вернулся домой сразу же, как только осознал, что делал не так. Дорога домой и из дома заняла много времени по пробкам, поэтому на улице был уже глубокий вечер, когда машина наконец въехала во двор. Выпитый алкоголь не опьянил, но слегка спутал сознание. Скорее всего, сказалась усталость и то, что Покровский толком не успел за эти сутки поесть. Были дела поважнее. Сначала бизнес, а теперь вот надо было срочно поговорить с Аней.

Раздевшись, он жестом отказался от ужина, когда Зоя предложила сервировать стол, и спросил:

— Аня у себя?

— Она Тёму спать укладывает.

— Он здесь? — удивился Покровский. Вроде бы после приезда мальчишки он в доме не видел.

— Да, водитель привозит Артема в пятницу вечером после занятий в школе и секции сюда, — кивнула Зоя и обеспокоенно спросила, — Марат Павлович, вам ничего не нужно? Вы выглядите очень… уставшим…

— Нет. Спасибо, Зоя.

Марат поднялся наверх, заглянул в комнату, в которой обычно ночевал Артем, когда оставался здесь, но там было пусто. Тогда он направился к Ане и уже издалека услышал приглушенные голоса. Не стал подслушивать под дверью, сразу же распахнул ее и приветливо улыбнулся.

— Привет! Что делаете? — как можно непринужденнее поинтересовался он.

Комнату заливал свет ночника, а Артем с Анной сидели на постели, укрывшись пледом. Так… уютно и по-домашнему.

— Привет! — Тёмка сразу обрадованно вскочил на кровати, выхватил из рук девушки книжку и продемонстрировал, — Читаем сказку! У нас каждый вечер, когда я здесь, вечер сказок перед сном!

— Вечер сказок?

— Да! Иногда мы читаем по очереди — я или Аня, а иногда Аня просто рассказывает какую-нибудь интересную историю! Она их очень много знает!

Марат перевел взгляд на Аню. Она смотрела обеспокоенно, даже испуганно, словно ожидая подсознательно чего-то плохого. «Да и с чего бы ей ждать от меня что-то хорошее?» — с досадой подумал Покровский про себя, а вслух спросил, улыбаясь:

— Правда? Тогда я тоже послушаю? Чтобы лучше заснуть сегодня.

— Конечно! Садись рядом с нами!

Он видел, как напряглась Аня. Она не доверяла ему, да и с чего бы вдруг? Не сводила с него настороженного взгляда и как будто без слов спрашивала: «Что ты задумал, Марат?». Покровский постарался не нервировать ее лишний раз и присел на постель не рядом, а в ногах.

— Может, пойдем спать? Уже поздно, — не выдержала Аня, закрывая книжку и обращаясь к Артему.

— Но мы же даже еще не начали читать! Может, хотя бы расскажешь историю? — расстроенно спросил Тёмка.

— Давай я расскажу, — предложил Марат.

Совершенно точно Аня не хотела находиться с ним даже в одной комнате. И раз разговора пока не получается, можно попробовать другим способом донести до нее. Хотя бы через сказку.

— Жила-была на свете прекрасная принцесса, — начал Покровский, но Артем сразу же поморщил нос.

— У-у-у, это же сказка для девчонок! Я не люблю про принцесс!

— Она не только про принцессу, она еще про очень злого дракона, который жил внутри принца.

— Как это? — брови мальчишки тут же взметнулись вверх, — Разве такое бывает?

— Бывает и еще как! Так вот, жила на свете прекрасная принцесса. Жила хорошо и счастливо, не ведала забот. Помогала всем, кому могла, такой была доброй и милой. И все ее очень любили. Но однажды встретила она принца. Сразу поняла, что это ее суженый. Да вот только принц был плохим. Он сильно обижал принцессу, хотя она совсем этого не заслуживала.

— Но ведь принцесса была хорошей, — возразил Тёмка, нахмурившись, и почесал нос, — зачем же принц ее обижал?

— Внутри него жил черный-черный дракон, который делал его очень злым. Из-за этого принц обижал всех, кто был вокруг него.

— И как он его победил? Зарубил мечом?

— Нет. Принц никогда не сможет зарубить его, ведь дракон — это часть его, он всегда будет внутри. Ему нужно бороться каждый день, чтобы усмирять его и не выпускать на волю, быть добрым и мудрым. Каждый день он должен доказывать, что сильнее дракона.

— Зачем?

— Чтобы принцесса ему поверила. И его друзья тоже. Принц ведь не может быть совсем один.

— Понимаю, — серьезно, совсем по-взрослому кивнул Артем. — А чем же все закончилось?

— Все еще не закончилось. Теперь принц должен доказать принцессе, что он правда может быть хорошим и добрым. Что он больше никогда ее не обидит, — глядя прямо в глаза Ане, произнес Марат, — что все будет хорошо. Будет так, как она захочет.

— Но ведь в сказке же всегда должен быть конец. А ты говоришь, что история не закончилась, — недоуменно хмыкнул Тёмка.

— Давай узнаем ее конец завтра? — не выдержала Аня, — Мы ведь завтра хотели прямо с утра поехать в зоопарк, а уже поздно.

— Да? Ну ладно, — вздохнул мальчишка расстроенно и с надеждой обратился к Марату, — ты ведь расскажешь ее потом дальше, папа?

После этих слов сердце мужчины предательски пропустило удар.

— Конечно, — сглотнув комок в горле, кивнул он.

— Здорово! Тогда я побегу чистить зубы?

— Да, беги, конечно. Я сейчас приду, — улыбнулась ему Аня.

Не успела она даже с кровати подняться, как этот маленький ураган уже унесся. Покровский поневоле улыбнулся, провожая его взглядом, а после перевел взгляд на девушку. Аня явно не собиралась с ним разговаривать, поэтому пришлось задержать ее за руку, когда она проходила мимо.

— Аня… — Марат бережно сжал пальцы вокруг ее запястья, заставляя остановиться.

— Меня Тёма ждет. Давай поговорим завтра. И… тебе лучше прилечь поспать, — не глядя на него, произнесла Аня. — Ты выглядишь очень уставшим.

Покровский не настаивал. Наверное, она просто почувствовала запах алкоголя от него и не приняла его слова всерьез. Или просто не поверила им.

— Я не спал чуть больше суток.

— Тогда тем более стоит лечь.

— Хорошо. Поговорим после. Завтра сюда должна заехать Слава, — предупредил Марат, поднимаясь с постели.

— Ты разрешил ей увидеться с Артемкой? — Аня так изумилась, что развернулась к нему всем корпусом и обвела мужчину удивленным взглядом, словно не верила, что он изменил свое решение.

— Да. Но тебе лучше, наверное, не встречаться с ней, чтобы слишком не нервничать. Вдруг она снова закатит скандал. А за ней и Тёмкой проследит охрана.

— Знаешь, она точно не та, кого мне стоит опасаться в этом доме, — хмыкнула она в ответ и отвела взгляд.

— Ань, я правда вел себя как мудак. Даже хуже. И…

— Аня-я! Я почистил зубы! — послышался звонкий голосок из коридора.

— Поговорим завтра, — Анна осторожно освободила руку из хватки Марата и вышла из комнаты. Пришлось отпустить ее к Артему. Но завтра… завтра он точно все ей объяснит. За все попросит прощения.

И, может быть, она окажется мудрее дурака-принца и найдет в себе силы его простить.