Глава 2. Обвинения

Последнее, чего я хочу - это оставаться рядом с проклятым прудом. Страх придает сил, и пусть ноги дрожат от слабости, но я заставляю себя встать. Вдоль тропинки, ведущей к пруду, тянется каменная декоративная ограда, и я опираюсь на нее и иду вперед. Вода с одежды стекает ледяными ручейками, волосы слиплись в мокрые сосульки, а во рту стоит противный привкус тины и желчи.

Я со страхом оглядываюсь - пруд все еще кажется безмятежным, но под его чёрной гладью скрывается что-то жуткое и ждущее. Хоть четвертая принцесса и сказала, что я тоже призрак, мертвецы не стали казаться мне

менее пугающими.

«Надо уходить. Сейчас же».

Я, едва волоча ноги, медленно бреду в ту сторону, куда убежали девушки. Вокруг простирается то ли парк, то ли огромный сад. Кругом пышная зелень и цветы, кое-где видны изящные деревянные беседки и каменные скульптуры. И я понятия не имею, где оказалась.

Это другой мир? Или прошлое? Одежда выглядела как костюмы в исторических дорамах. Может, в прошлом действительно умели призывать мертвецов и разговаривать с призраками? А потом утратили эти знания, и все современные люди считают истории о привидениях всего лишь байками.

Пока училась в школе, я любила на досуге читать книги про разных трансмиграторов. И сейчас ужасно завидую им, потому что они обычно довольно быстро понимали, где оказались. Открывали глаза и сразу: «О! Да это же мир дорамы, которую я только что смотрел!» А я последний раз что-то развлекательное читала или смотрела полгода назад во время празднования нового года.

Все остальное время из-за высокой учебной нагрузки я ничего, кроме учебников и обучающих видео не видела. Сейчас даже название не вспомню у той новеллы, что читала последней. Что-то про заклинателей, кажется. Но совершенно точно там принцесс в пруду не топили, так что это явно не она. Поэтому я понятия не имею, что делать дальше, или хотя бы куда сейчас идти, потому что тропинка раздвоилась.

- ...где же я? - невольно вырывается из моего рта хриплый шепот.

И словно в ответ на это в голове резко пульсирует боль, но вместе с ней возникают странные воспоминания. Как будто я давным-давно смотрела какой-то фильм, а сейчас вдруг начала вспоминать отдельные кадры. Неожиданно понимаю, что если пройти по тропинке направо, вскоре увижу Сиреневый двор, где живет наложница Чжу.

Одно за другим проступают и чужие воспоминания - обрывки сцен и отдельные фразы, как кадры из полузабытого сна.

Дворец. Шёпот за спиной. Презрительные взгляды. «Четвёртая принцесса... Белая тень... Проклятое дитя».

Я сжимаю виски, пытаясь унять нахлынувшие образы. Из-за чего теряю равновесие и падаю на колени, но почти не замечаю боли. Не знаю, сколько времени это длится, но у меня появляется ощущение, будто я лет десять каждый день смотрела какой-то очень неприятный сериал про дворцовые интриги, куда сценаристы щедрой рукой насыпали стекла, но не положили ни кусочка сахара.

Главная героиня этого сериала - четвертая принцесса, которой не повезло родиться с белыми волосами. Считалось, что это знак проклятия и принадлежности к темным силам, и в обычных семьях таких детей просто умерщвляли.

Но на девочку, в которой текла кровь императора, никто не посмел поднять руку. Хотя это совершенно не мешало окружающим над ней издеваться другими способами - оскорблять, издеваться, морить голодом. Ситуацию осложняло еще и то, что мать Лань Сюэ умерла в родах, и император считал девочку виноватой в смерти его любимой жены.

У Лань Сюэ была очень тяжелая жизнь. Наверное, она бы вообще умерла еще в младенчестве от голода, потому что никто не хотел возиться с проклятым ребенком, если бы не старая няня ее матери. Она верой и правдой всю жизнь служила матери Сюэ, а после ее смерти взялась защищать и дочь. Однако она уже была в летах, и скончалась семь лет назад. С тех пор четвертая принцесса выживала тут сама по себе.

Чужих воспоминаний очень много, однако они не затмевают мои собственные. Я прекрасно помню, кто я такая. Ли Луси, двадцать лет, студентка второго курса Пекинского университета здоровья. Любимая еда - хот-пот, увлечения - чтение книг и биология, а моя мечта - стать высококлассным врачом. И я понятия не имею, как меня угораздило влипнуть во всю эту историю с трансмиграцией.

Не успеваю толком свыкнуться с полученной информацией, как слышу чьи-то голоса.

- Она здесь! - впереди раздаётся крик.

Я вздрагиваю и кое-как вновь поднимаюсь на ноги. Из-за поворота садовой дорожки показываются люди - несколько мужчин в тёмных одеждах, а за ними женщины в разноцветных платьях. Благодаря воспоминаниям принцессы, я теперь знаю, кто это такие. Впереди стоят евнухи, некоторые из них обучены в качестве стражников и выглядят, как обычные мужчины. Но главный евнух по имени Гао Фу от них сильно отличается. Он полностью лысый, а еще толстый и обрюзгший. На круглом расплывшемся лице сохранились некоторые детские черты, поэтому оно кажется странным и отталкивающим. С теми, кто выше него, он угодлив и предупредителен, а на остальных всегда пытается наступить. Лань Сюэ его ненавидит, и это полностью взаимно.

Позади евнухов толпятся женщины: наложницы, дочери императора и их служанки. Им любопытно узнать, что происходит, и из-за чего поднялся весь шум.

А прячась за их спинами, стоят те самые девушки, что убегали от пруда. Одна из них - высокая, красивая и с надменным взглядом, тут же выступает вперёд, увидев, в каком я жалком состоянии. «Лань Циюнь», - вспыхивает у меня в голове. Вторая принцесса и единокровная сестра Лань Сюэ.

- Это она! Лань Сюэ сошла с ума! - её голос дрожит, но не от страха, а от злорадства. - Она напала на служанку Гуйин и начала ее душить! А потом утопила!

Я замираю от шока. Что за чушь?

- Что за бред?! - хрипло вырывается у меня.

Только сейчас вспоминаю, что сестры ненавидели друг друга. Циюнь всегда задирала младшую, просто не могла пройти мимо без того, чтобы не оскорбить.

- Ты всегда была сумасшедшей, Лань Сюэ. Тебя и раньше видели разговаривающей с пустотой. А теперь ты ещё и людей начала нападать!

Окружающие начинают перешептываться и смотрят на меня с отвращением, смешанным с легким страхом. К моему изумлению, они все верят, что тощая и низкорослая четвертая принцесса сама накинулась на высокую крепкую служанку.

- И как я напала на ту служанку?! Я же ростом ей всего по грудь и вешу раза в три меньше! Я в прыжке ее, по-твоему, душила? Или скамейку поставила, чтобы достать?! - от возмущения и абсурдности обвинений я даже почти не чувствую боли в горле. - А отпечатки ее пальцев у меня на шее как появились?

Воспоминания Лань Сюэ о последних минутах жизни не сохранились, но тут особого ума не надо, чтобы догадаться, почему Циюнь стояла и смотрела, как Гуйин душит ее сестру.

- Это ты приказала служанке убить меня! Вы хотели обставить все так, будто я сама упала в пруд и утонула, но я сопротивлялась, поэтому у вас ничего не вышло.

- О, теперь ты ещё и обвиняешь меня? - Лань Циюнь поворачивается к старшему евнуху. - Гао Фу, вы же видите - она не в себе. Её нужно изолировать, пока она не навредила себе... или другим.

Евнух с каменным лицом шагает вперёд.

- Четвёртая принцесса, вам следует пройти с нами.

Это не просьба. Это приказ.

Я невольно отступаю назад. Похоже, даже самые очевидные свидетельства не имеют для них никакого значения. Всем не терпится избавиться от проклятой четвертой принцессы. Если они меня заберут - я вряд ли это переживу, запрут где-нибудь в камере и забудут кормить. В панике делаю еще шаг назад. Но куда я мне бежать?

И тут я слышу лёгкий шёпот за спиной.

«Ты же знаешь, как позвать их...»

Я оборачиваюсь. На краю дорожки, между деревьев, стоит призрак Лань Сюэ. Её бледные губы растягиваются в улыбке.

«Ну же, - шепчет она. - Разбуди их снова».

А потом до меня доносится другой звук - лёгкий плеск воды.

Кто-то вылезает из пруда.