Глава 14. Настя

— Пожалуйста, Архан, — я с трудом сдерживала раздражение в голосе. Вроде бы взрослый мужчина, а ведёт себя, как ребёнок. — Не дёргайтесь.

— А ты не тыкай иголкой мне перед глазами!

— Откуда вы знаете, что иголка перед вашими глазами? — удивилась я.

— Ты меня за дурака не держи! — прохрипел он. — Я чую.

— Тогда вы должны чуять моё раздражение. Сидите смирно. Мне и так неудобно стоять, сгорбившись.

— Тогда сядь, блять.

Архан схватил меня за талию (и не промахнулся!) и силой затащил к себе на колени. У меня будто кто-то выбил землю из-под ног.

— Это… это… — слова расползались, не желая складываться в нормальное предложение.

— Это удобно. Давай быстрее.

— Нельзя спешить в таких делах, — проворчала я, сосредоточенно склоняясь ближе. — Можно задеть нерв или сделать прокол неаккуратно — останется шрам. Некрасивый.

Он усмехнулся, низко, лениво, будто я только что сказала что-то до смешного наивное.

— Некрасивых шрамов не бывает, женщина, — произнёс он на удивление спокойно, даже хвастливо, отчего по коже моей побежали мурашки. — Особенно у мужчин. Каждый — как подпись судьбы.

Я подняла глаза и на секунду забыла, что он не видит. Потому что в его лице, в этой чуть дерзкой полуулыбке было слишком много жизни.

— Просто попытайтесь сидеть ровно. Буду очень признательна, — пробормотала я, стараясь сосредоточиться на работе, хотя пальцы предательски дрожали.

Близость мешала. От него исходило тепло — живое, мощное, и всё во мне протестовало против того, что этот молодой, сильный мужчина больше не видит.

Как так вообще бывает? Неужели можно вот так просто — ослепнуть? В одну секунду, и жизнь ломается пополам?..

Я осторожно ввела иглу. Архан шумно втянул воздух носом, но не издал ни звука. Ни морщины, ни гримасы боли. Терпел. Молча. Видимо, гордость не позволяла иначе.

«Настоящий кавказец», — мелькнуло в голове, с акцентом как из анекдотов.

Когда он перестал дёргаться, я быстро сделала ещё два стежка, затянула узелки и аккуратно обрезала нитку. Взяла пластырь и заклеила боевую, или правильнее сказать — душевую, травму.

— Готово, — выдохнула я и, не удержавшись, довольно улыбнулась… только потом вспомнила, что он этого всё равно не увидит.

Архан медленно поднял руку и осторожно коснулся пластыря. Его пальцы скользнули по коже, уверенно, но осторожно, будто он проверял не только мою работу, но и меня саму.

— Неплохо, — произнёс он сдержанно, в своем фирменном тоне, где даже похвала звучала как вызов. — Рукастая, значит.

— Ну, я же учусь на доктора, — не удержалась я от гордости.

— В медицинском? — выгнул здоровую бровь.

— Ага, — ответила я и тут же поёрзала.

В следующее мгновение до меня дошло, что я всё ещё сижу у него на коленях.

Срамота, Настя. Просто срамота…

Я вскочила так резко, будто подо мной загорелись его коленки, и отступила на шаг, чувствуя, как уши заливает жаром.

— Простите… я просто…

Архан не сказал ни слова. Только уголок его губ едва заметно дрогнул — словно он с трудом сдерживал улыбку.

На кухне, где мы сейчас находились, повисла странная тишина. Мне нужно было уходить. Того, что сказал Архан, уже не забыть, и его наглость никуда не делась. Он всё ещё считал меня шлюхой, подстилкой, или ещё кем-то там.

— Мне пора, — тихо произнесла я, глядя себе под ноги, чтобы не выдать дрожь в голосе.

Несмотря на то, что он был козлом редкостным, мне было немного жаль оставлять Архана. Это сегодня он упал в душе, а завтра… не дай бог с лестницы упадёт и шею сломает.

Я уже сделала шаг к двери, стараясь не смотреть в его сторону. Хотелось просто выйти — подальше от этой странной тишины, от этого мужчины, который никогда не скажет…

— Не уходи, — вдруг раздалось за спиной.

Голос был низкий, сдержанный… но не приказной, как обычно. В нём не было ни злости, ни насмешки, только усталость.

Я замерла, рука всё ещё лежала на дверной ручке.

— Что? — спросила едва слышно.

— Мама и Саид расстроятся, — произнёс он чуть тише. — А ты хоть не такая шумная.

Я не оборачивалась, ощущая затылком, как он смотрит. Да, он был слепой, но я словно чувствовала его невидимый взгляд на себе. И не ошиблась. Глянув в его сторону, заметила, что плечи его были напряженны, подбородок упрямо поднят — будто ему было тяжело просить.

— Хорошо, — кивнула я.

— Просто не доставай меня, — сухо добавил Архан.

— Хорошо, — повторила я.

— Хочешь — заказывай еду из ресторана. Мне пофиг, — он уселся на стул и откинулся назад. — Главное, чтоб еда была.

— Хорошо. Но… — я запнулась, глядя на свои босые ноги, — можно я буду готовить? Вы же… будете есть то, что я приготовлю?

Он повернул голову в мою сторону, и в уголке губ мелькнула тень ухмылки.

— Если ты будешь первая пробовать.

Я фыркнула и не сдержала смех.

— Конечно. Без проблем. Яды я не люблю, только если ради науки.

Он тихо хмыкнул, и впервые за всё время его лицо стало чуть мягче.

«Настя, ты остаешься, — сказала я себе мысленно, чувствуя, как уголки губ поднимаются. — Супер… Но это не точно».