Глава 16
Самолет летел чертовски медленно. А время тянулось еще медленнее. Александра то и дело посматривала на часы, но стрелки будто не хотели двигаться с места. Она так и не смогла дозвониться до Константина. И это тревожило.
В голове заезженной пластинкой крутился их разговор с Марией.
— Ты уверена, что тебе нужно улетать? — в голосе Марии звучало явное сомнение.
— Дела вроде бы в порядке, ничего срочного, ты справишься, — с бодрым видом начала говорить Александра, но Мария ее остановила.
— Дела салона — да. А вот то симпатичное дело, которое ходит за тобой по пятам… Уверена, что его нужно оставлять без присмотра?
— Да, — твердо сказала Александра.
— А если придет, начнет спрашивать: куда уехала, когда будешь?
Александра вздохнула: в чем-чем, а в этом она не сомневалась. И придет, и начнет спрашивать.
— Тогда скажи, что улетела к жениху.
Мария посмотрела на нее и укоризненно покачала головой. Видимо, снова хотела сказать: «ты уверена?», но Александра ее опередила:
— Да, я уверена.
Какой же умной, хорошей и правильной она тогда себе казалась. И какой дурой была на самом деле. Кого она хотела в чем убедить, кому сделать лучше? Демидову? Уже тогда стоило сообразить, что жена, тайком вздыхающая о другом мужчине, так себе счастье, весьма сомнительное.
Вернув кольцо Олегу, Александра тогда вылетела из офиса, вдохнула полной грудью морозный воздух и… И впервые за последнее время почувствовала себя свободной и почти счастливой.
И тут же похолодела, вспомнив, что натворила перед отъездом с острова. Если бы можно было отмотать время назад! Константин утром стопроцентно получил известие, что она уехала к жениху. И это после всего, что случилось вчера. И значит, вроде как сделала свой выбор…
Александра достала телефон, нашла в списке контактов то самое любимое имя и нажала вызов. Его российский номер не работал. Видимо, не стал включать роуминг. Ее пальцы, и без того замерзшие даже в перчатках, теперь просто заледенели.
Что она наделала? И что теперь делать?
Ни в каких соцсетях Константин не присутствовал.
Он и раньше не слишком любил бывать на виду, а после объявления его одним из самых завидных женихов страны, и вовсе пропал с радаров. Иначе его бы просто засыпало тоннами любовной корреспонденции.
Все хотят замуж за миллиардера. Вон даже обучающие семинары на эту тему проходят, собираются стадионы. Неужто им, этим «стадионам» невдомек, что миллиардеров не так уж и много. Впрочем, о какой ерунде она сейчас думает.
Думать надо о том, как найти Константина. А она ведь ничего, ничегошеньки не знает: ни его «островного» номера, ни даже отеля, в котором он остановился. И что же теперь? Обзванивать их все по очереди и спрашивать, нет ли там такого постояльца? А вдруг уже нет? Вдруг уже в это самое время он возвращается с острова? И их самолеты, двигаясь навстречу друг другу, даже махнут друг другу серебряными крыльями. Вот и все.
Как только самолет приземлился и разрешили включить телефоны, Александра набрала Марию.
— Привет! — торопливо выпалила она. — Константин приходил?
— Приходил, конечно.
— И что ты ему сказала?
— Что ты велела, то и сказала.
— А он?
— А он ушел, ясное дело. Что ему тут делать, если ты к жениху уехала.
Александра зашла в дом, швырнула сумку, в которую упаковала теплые вещи, села на диванчик в гостиной и обхватила голову руками. Ничего, еще ведь не все потеряно. Допустим, Константин улетел. Значит, скоро он появится на связи.
Она позвонит и снова рванет туда, в холод, потому что рядом с ним холод не страшен и вообще погода не имеет значения. Нужно просто собраться с силами. А сейчас их не было. Александра чувствовала, как по щекам катятся крупные горячие слезы.
— Эй, есть кто-нибудь дома? — раздался голос у входа.
Знакомый голос, слишком знакомый.
Сердце дернулось и пустилось вскачь. Александра подняла заплаканное лицо. Сквозь мокрые разводы проступал любимый силуэт:
— Ты когда-нибудь научишься закрывать дверь?
Она молча смотрела на него во все глаза, смотрела и никак не могла наглядеться. Словно видела его в последний раз не вчера, а сто тысяч лет назад, и за эти сто тысяч лет так соскучилась, что внутри все скручивалось и ныло от дикой, звериной тоски, от ужаса, что могла никогда больше и не увидеть. Ей выпал шанс, счастливый билет один на миллион, а она чуть так бездарно все не испортила!
— Костя… — прошептала она пересохшим горлом, поднялась и словно пьяная сделала несколько нетвердых шагов вперед.
От облегчения, что он здесь, никуда не улетел, хотелось разреветься. Впрочем, она и так уже ревет …
Он мгновенно оказался рядом, обхватил сильными теплыми руками.
— Алька, ты что? — встревоженно пробормотал он ей в волосы. — Что случилось?
Да что там встревоженно. В его голосе явно слышалась легкая паника. Видимо, Константин Павлович, глава фирмы, олигарх, бизнесмен и прочая, прочая… как и все мужчины пугается женских слез.
— Я думала ты улете-е-ел… — провыла Александра, уютно утыкаясь носом в его плечо.
Рубашка под щекой мгновенно намокла. Кажется, что-то такое уже было…
— Не дождешься, — горячее дыхание шевельнуло волосы у виска, слезы мгновенно высохли. — Осталось у нас тут вчера одно незаконченное дело…
— Так давай закончим… — мурлыкнула Александра и жадно поцеловала маячившую перед глазами крепкую шею, вдохнула запах чистой мужской кожи и…
И словно сошла с ума. Вернее, они оба сошли с ума. И мир сошел с ума, бешено закрутился, подталкивая их друг другу, сминая, вдавливая…
И не было нежности и ласки… Потом, они будут потом… И ласки, и долгие прелюдии, и дразнящие прикосновения, все будет потом. А сейчас они не могли больше ждать и медлить, и так слишком долго ждали и медлили… И едва не упустили…
Желание, острое, жгучее, горячее, кипело в крови, неслось по венам, грохотало в висках, мутило голову. Два сплетенных тела, жадные руки, жаркие поцелуи, бесстыдные, глубокие, до остановки дыхания, до звона в ушах. От бесстыдных прикосновений, укусов, хриплых словечек хотелось изгибаться и кричать в голос. Его горячие губы на ее груди, его пальцы ласкающие там, внизу, отчего из горла рвутся развратные крики и стоны…
Рывок — и диван под ее спиной, и желанная до боли, до всхлипа тяжесть мужского тела, и блаженная наполненность, и движение крепкой тугой плоти внутри ее тела… И волны жара и дрожи, и колючие искры под ставшей болезненно чувствительной кожей. И яростные толчки, быстрее, еще быстрее…
И яркий, ослепительный оргазм, немыслимый, неведомый, сладкий, расходящийся блаженными судорогами по телу. И ответный хриплый стон чужого оргазма. И нега, качающая словно на волнах…
— В следующий раз надо успеть раздеться, — задумчиво сказал Константин.
— Угу… — пробормотала Александра ему под мышку.
— Можешь уже начинать…