Глава 31. Модный клуб

Велосипед Поля произвел в городке фурор. Не только подростки, но и взрослые, раскрыв рты, останавливались и смотрели вслед парню, катящему на странной железной конструкции.

Шлем для безопасности им был признан категорически неудобным, и поэтому, немного поспорив, изменили саму конструкцию на трехколесную.

Шикарный, с посеребренными деталями и мягким удобным мини-креслицем вместо классического велосипедного седла, транспорт и на Земле бы не оставил никого равнодушным. А еще первый заезд по городу был рекламой перед открытием клуба. 

Поль посещал лавочки и магазинчики, подъезжал к прилавкам на рынке и всем вежливо вручал листовки с датой мероприятия. 

Конечно, их заведение не могло вместить всех любопытствующих, поэтому одноклассники Поля и Элии получили персональные приглашения. Также получили их и некоторые знакомые. Остальным пришедшим на открытие обещалось зрелище и лотерея удачи.

Идею с лотереей подкинула детям Арина, а кузены Полоцкие, поняв суть, просто пришли в восторг.

Призами служили как билеты на вход в открывшийся клуб, так и всякие вкусности, красиво упакованные в яркие коробочки, а еще скидки в пекарне и трактире.

Так что к открытию заведения на тихой улочке было не протолкнуться от желающих посмотреть на невиданное в этих краях зрелище.

А посмотреть было на что.

Большие окна террасы позволяли рассмотреть необычный интерьер, стоящие под окнами аж четыре велосипеда притягивали взгляды. Ребятня, кучкуясь озабоченными стайками, шушукалась и крутилась рядом, борясь с желанием потрогать механические блестящие детальки.

А еще один из велосипедов был двухколесным и, как парконялка, запряжен в маленькую повозку. Это тоже вызывало множество предположений и пересудов среди собравшихся. 

Народ уже начал волноваться, когда двери клуба неожиданно распахнулись и на крыльцо вышел седой как лунь крошечный старичок с расписной ложкой, заткнутой за богато вышитый пояс, худенькая девочка с русыми волосами, забранными на затылке в небрежный узел, высокий плечистый рыжий парень и маленькая полная дамочка.

И если старичок в нарядной рубахе выглядел франтом, то дамы в белоснежных и с оборками, но все же фартуках на торжестве смотрелись странновато. А в молодом человеке многие знакомые с трудом признали Поля сэн Рэна.

Парень вытянулся и растерял всю полноту, теперь это был статный юноша, и только рыжая шевелюра и россыпь веснушек на лице остались от прежнего облика.

Впрочем, волна ароматов, вырвавшихся из заведения вслед за вышедшими, напрочь лишила окружающих желания что-то обсуждать или злословить по поводу странных нарядов для торжества.

Запахи, как шлейфы духов, сменяли друг друга. Никто не видел, как сидящие в кустах духи-проказники расслаивали и точными магическими потоками направляли ароматы к подходящим, как они считали, людям. 

Дети азартно и недоверчиво вдыхали нежные запахи сливочной карамели, сладких ягод и медовых пряников. Дамы с наслаждением деликатно принюхивались к ванили, тонким ноткам пряностей и будоражащим шоколадным аккордам. А стоящие в отдалении солидные, но не менее любопытные мужчины безошибочно учуяли выпечку, пропитанную мясными соками, и приятный запах освежающего яблочного кваса.

— Ну, здравы будьте, люди добрые. — Дед Панас в пояс поклонился толпе и вытащил из-за пояса ярко заигравшую расписными узорами здоровенную ложку. — Я, как старейший домовой этого мира, приглашенный в это заведение хозяйствовать, рад всем пришедшим. Хоть тут и молодежный клуб наладили, но праздник сегодня для всех. А вот это хозяева сего места, и они все вам сейчас объяснят.

Понимая, что длинные речи скучны и не годятся, Поль коротко объявил о начале праздника и о вступлении в клуб.

— Мы будем рады всей молодежи в наших стенах, а правила и вся информация ждет вас в специальных буклетах. Ее всем подходящим по возрасту доставят домовые духи.

— А нам призы обещали, — выкрикнул из задних рядов какой-то молодой работяга — судя по шилу и дратве, торчащим из кармана кожаного фартука, сапожник с соседней улицы.

— Вот с вас тогда и начнем, — светло улыбнулась ему Элия. — Выбирайте!

Перед ошалелым лицом трудяги закрутились разноцветные шарики.

— Ну, чаво смотришь? — Дед Панас ухмыльнулся в бороду. — Лови свою удачу да народ не задерживай!

Мужчина несмело цапнул первый попавшийся ярко блестящий комочек, и рядом тут же появился крошечный домовенок со здоровенной коробкой, украшенной ярким бантом.

— Ваш выигрыш — корзина пирожков с капустой, — важно пропищал он.

И в руках сапожника после исчезновения коробки оказалась плетеная корзинка со свежеиспеченными мини-пирожками.

Толпа заволновалась, желая испытать удачу, а Элия, улыбаясь, показала на велосипеды, к которым направился Поль.

— Возможно, кто-то получит главный приз! Велосипед! Символ нашего клуба! И еще разрешается меняться выигранным, но продавать или покупать нельзя! Приз исчезнет тут же.

Рыжик выкатил вперед трехколесную машину с синим бархатным креслицем и блестящими серебром деталями.

— А вон тот для чего? — не удержался кто-то из малышни, ткнув в велоэкипаж.

— А это вас катать! — хохотнул Поль. — Кто попадет к Лисике на чаепитие, тот домой поедет на нем с ветерком.

Шушуканье в толпе усилилось. Видимо, странное чаепитие у Лисики всех заинтриговало.

Повинуясь жестам Элии, которой незримо помогали духи, цветные шарики разлетелись среди собравшихся.

Молодые домовята, приглашенные помогать, только успевали разносить выигрыш. 

— Печеная баранья нога и скидка на все напитки в трактире Полоцкого, — разочарованно взвыл какой-то школяр. — Меня туда если и пустят, то скидка на чай, что ли?

К нему тут же подскочила пара мужиков, наперебой предлагая поменяться.

Выиграл пузатый бородач в суконной жилетке с предложением горшка мороженого. Второго расстроенного мужика перехватила шустрая бабуля. Мужику досталась огромная банка повидла, и он с радостью обменял ее на скидку в пекарне.

Радостный гомон, мена с торгом и вопли счастливчиков создавали потрясающую атмосферу. Кто-то, уже со всем разобравшийся, спрашивал, что еще приготовили для них, ведь обещали еще и зрелище.

Но организаторы просили потерпеть до главного выигрыша.

— Да! Да! — Вопль счастья и визг раздался на всю улицу, и сквозь расступившуюся толпу протиснулся молодой младший целитель Ксиш Томецкий. — Я выиграл эту машину! 

Он тряс маленькой белой картонкой с рисунком золотого велосипеда.

Вполне взрослый мужчина радовался, как ребенок, и, присев на корточки, благоговейно ощупывал свое новое транспортное средство.

Его сердечно поздравили и вручили памятку пользователя с короткой инструкцией, а еще подошедшая Лукерья вручила ему пакет со сладостями, тихонечко попросив покрасневшего целителя передать их одной пациентке.

Конечно, секретарша сэн Хейля была на несколько лет старше Томецкого, но целителю, ухаживающему за много пережившей женщиной, было все равно. Черноволосая, утонченная, с аристократически бледной кожей и изящными пальцами, она казалась ему самым прекрасным созданием в мире. Он очень надеялся, что, поправившись, она не отвергнет его внимание.

Об этом всем Лушка узнала от Арины, вместе с мужем навещавшей Абигейль в лечебнице.

— Там о влюбленном целителе сплетничал весь персонал, но он, как свойственно всем влюбленным, этого не замечал абсолютно.

Среди призов также оказался огромный торт, который его обладательница, нарядная дама в легком летнем платье и шляпке, не получила сразу. Она удивленно вертела в руках картонку, обсуждая с приятельницами, не значит ли это, что надо идти за ним в лавку к маэстро Леопольду.

Появившийся рядом домовенок вежливо пригласил ее к входу в клуб, где уже успели установить круглый столик и рядом поставить мягкое кресло.

Даму, представившуюся госпожой Вирджинией сель Мерсье, усадили в кресло, и Лукерья с Элькой, расспросив ее о предпочтениях, принялись творить прямо на глазах у изумленной публики.

Нежнейший бисквит пропитывался сиропом и посыпался ореховой крошкой, коржи прослаивались взбитым ягодным муссом и карамельно-лимонным кремом. Как апофеоз всему, на пышный узор из взбитого зефирного крема были посажены ажурные шоколадные и карамельные бабочки. 

Госпожа Вирджиния слегка испуганно наблюдала за растущим на ее глазах величественным сладким сооружением, не представляя, как доставить эту конструкцию домой.

— Этот торт, сделанный по вашим пожеланиям, будет доставлен в указанное вами время в указанное место в вашем доме, — к облегчению дамы, сообщила ей Лукерья, закончив пристраивать на белоснежный зефирный цветок последнюю сладкую бабочку.

— О-о-о! — Мадам сель Мерсье переглянулась с приятельницами в толпе собравшихся. — Тогда попрошу вас доставить его в чайную комнату через полчаса.

Пестрая стайка дам во главе со счастливицей торопливо покинула торжество.

Торт исчез под аханье толпы, а Элия, подмигнув ребятне, взялась за ножи. Под восторженные крики фрукты и овощи в ловких руках девочки превращались в птиц, зверей, цветы и даже целые скульптуры. По описаниям мамы и с магической помощью духов девочка буквально за неделю освоила искусство карвинга.

Все эти витаминные поделки моментально были розданы окружающим, а около стола уже стояли Луша и сам дед Панас.

— Ну что, малышня, — весело подмигнул старичок, — леденцы, небось, любите? А вот такие видали?

На столе на небольшом артефакте-нагревателе появилась кастрюлька с растопленным жженым сахаром, и домовые, макая туда палочки, творили для детворы настоящее волшебство.

Капли леденцовой массы обретали форму и превращались в цветы и зверушек, в сказочных персонажей и невиданных чудищ.

Мальчишкам больше всего нравились леденцы с жуткой инсекзарцей. Они с удовольствием с хрустом откусывали ей голову. А девочки застенчиво облепили домовушку, радуясь русалочкам, зайчикам и толстопопым медвежатам.

Толпа потихоньку начала расходиться, все торопились воспользоваться скидками, порадовать домашних неожиданными подарками и обсудить необычное мероприятие со знакомыми.

Не разошлась только детвора, приглашенные на открытие клуба счастливчики-школяры и трое озадаченных горожан, державших в руках розовые билетики с надписью «Чаепитие с Лисией».

На чаепитие попали кудлатый парень, подмастерье столяра с застрявшими в волосах мелкими стружками, сухощавый старичок, живущий по соседству и забредший на крылечко посмотреть, чем тут занимается молодежь, и женщина с усталыми глазами. Трое ее ребятишек с леденцами в руках весело скакали рядом, и она не знала, что делать с единственным билетиком в руке.

Впрочем, нарядная малышка Лисия в желтеньком платье с оборочками, вышедшая к ним вместе с отцом Элии, быстро решила эту проблему со свойственной детям непосредственностью.

 — Без приглашения на чай не положено, — важно заявила она, — зато Поль может покатать детей на велосипеде, пока вы со мной играете.

При последнем слове в глазах подмастерья и женщины мелькнуло выражение ужаса, и только старичок, искренне обрадовавшись, расплылся в улыбке.

— Давненько я с молодежью не чаевничал, — мечтательно прижмурился на солнышко он и, повинуясь приглашающему жесту юной хозяйки мероприятия, довольно шустро поковылял внутрь помещения.

Женщина, обреченно вздохнув, последовала за ним, горько досадуя про себя, будто ей и так со своими детьми возни мало, а помощник столяра, удрученно взмахнув рукой, попытался упросить Поля дать ему покатать малышню вместо чаепития.

— Молодой человек, — подошедший Франц сэн Хейль взял его под локоть, — не заставляйте юную леди и меня долго ждать. Поверьте, вам понравится.

— Сомневаюсь, — пробурчал парень, но послушно побрел за магом внутрь.

Внутри весело гудели школяры, обсуждая интерьер, необычную выдачу еды по типу земных столовых и свод правил и привилегий клуба в виде толстенькой брошюры, выданной каждому.

— И что, я тут работать должен, что ли? — кривился изящный манерный брюнет, с недоумением тыкая пальцем в строчки.

— Можешь и не работать, Ингри, — беспечно пожал плечами вихрастый блондинчик, сидевший рядом, — но тогда весь этот список привилегий и бонусов не для тебя.

Отметив, что список «плюшек» составлял солидный кусок брошюры, Ингри замолк, старательно вчитываясь.

— А мне кажется, это так интересно! — Шатенка в бледно-зеленом платье с восхищенным смехом шлепнулась в середину кресла-мешка. — Все как у взрослых, только лучше! Не надо сидеть с мамой в салоне и отковыривать крошечные кусочки микропирожного. И деньги не надо на развлечения просить. Что сложного в том, чтобы ставить на подносы требуемое и забирать тарелки с чашками?

— Молодец, девонька! — сунув ей в руки креманку с мороженым, одобрил дед Панас. — Самым работящим еще подарки полагаются и премии.

Пока молодежь обсуждала и пробовала, знакомилась с правилами и осматривала развлекательные площадочки, в отгороженном мягком уголке расположились «гости» довольной Лисики.

Накрытый стол был огромен. Хоть еда и была на кукольных тарелочках, но они были величиной с кофейное блюдце. А чашки гостям поставили вполне обычные и подали кувшины с напитками. Самовар, стоящий посреди стола, восхитил даже помощника столяра, а уставшая многодетная мать, поняв, что от нее, по сути, ничего не требуется, расслабилась и даже несмело заулыбалась.

Все перезнакомились, а малышка Лисика как взрослая расспрашивала их про жизнь, погоду и работу, предлагала попробовать то пирожок, то коржик, подкладывала варенье и совершенно серьезно выслушивала про сложность обработки честалового дерева, цены на детские вещи, из которых малышня вырастает мгновенно, и лечение артрита припарками с листьями фисянника.

Непонятно как, но эти трое случайных людей нашли общий язык, и вот уже парень предлагает женщине помочь с починкой мебели, старичок обещает посмотреть у себя почти совсем новые вещи, из которых быстро выросли его дети и которые с тех пор хранятся в сундуках, уложенные еще покойницей женой, а улыбающаяся дама обещает одному домашний обед за помощь, а другому — растирку для суставов по фирменному рецепту, передаваемому в ее семье через поколения.

Пьющий чай господин сэн Хейль, наблюдая за происходящим, тихонько улыбался про себя, подозревая во всем этом неслучайную магию духов-хранителей. Поль и Элия, представив Лисике гостей, были от чаепития милостиво освобождены.

— Настоящие гости лучше, чем брат с его подружкой, — вынесла вердикт малышка на осторожную попытку отпроситься, сославшись на занятость, — но ты меня еще покатаешь!

Покатать Поль согласился легко, а сейчас он ехал на велоэкипаже с малышней и счастливо улыбался, вспоминая слова сестренки «брат с его подружкой». Элия теперь нравилась ему очень сильно, а то, что им вместе удалось пережить столько приключений и девочка столько всего умела и знала необычного, делало ее в его глазах просто потрясающей.

Правда, его чувства омрачало то, что, как он думал, сама Элия считала Поля увлеченным Наталкой.

«Надо как-то ей сказать, а лучше — предложить встречаться», — думал парень, крутя педали по городу. 

Проезжая мимо кондитерской Леопольда, он с удивлением увидел, как оттуда выбежали в ужасе две нарядные барышни. Из самого заведения раздавался шум и вопли хозяина.

Что там так кричит прилизанный маэстро, Поля не интересовало, и он, сделав круг, покатил обратно к зданию клуба.

А все было очень просто. Злоба и зависть притянули в кондитерскую изгнанную из дома сэн Рэнов шишиморку. Вот тут-то вредная старушонка и развернулась во всю мочь. Леопольд и к охрам жаловаться бегал, и к градоправителю. Ябедничал, что это конкуренты в лице его кузенов и нового заведения натравили на него злокозненного духа.

— Мать-то у девчонки берегиня, видать, не могут честно конкурировать, — верещал он, оттопыренным мизинчиком поправляя усики над губой, — вот и поселили мне вместо положенного домовика какую-то пакость! Призовите их к порядку, господин градоправитель!

За плечом градоправителя материализовался домовик и, ставя на стол начальства кофий с плюшками, авторитетно заявил:

— Брешет. Сам виноват. В дом, где одни завидки по углам ютятся, нипочем наши не пойдут! Да и не звал он никого, думал, сами заявятся, раз он такой весь из себя.

Градоправитель кивнул, нахмурившись, и посоветовал незадачливому кондитеру убираться и кляузы не разводить.

Пристыженный маэстро, выходя из кабинета, еще и захлопнувшейся дверью по заду получил.

Конечно, пришлось ему потом через кузенов договариваться со всеми, мириться и спесь свою поумерить, но нескоро это случилось, и шишиморка успела ему крови попортить и бизнес почти до упадка довести.

Чтобы выгнать вредную нечисть, понадобилось присутствие самого деда Панаса. К Леопольду въехала молоденькая домовая, и характер маэстро сладостей заметно улучшился.

А пока Поль, вернувшись в клуб, забрал оттуда многодетную мать и отвез ее домой вместе с укатавшейся до одури и наевшейся леденцов малышней. 

Помощник столяра со свертком промасленной бумаги, в котором лежала кулебяка, сказал, что доберется сам, а дедок просто вышел и уселся на лавочку, греясь на солнышке. Ему до дома было только улицу перейти.

Школяры, все еще споря и обсуждая развлечения, тоже группками расходились. То тут, то там раздавались возгласы:

— А вот если такого вида голема сделать, то быстрее подсказки найдет... 

— А если в дартс кто магией с артефактом мухлевать сможет...

— Это же надо, как из простых деревяшек! Как, ты сказал, это назвали? Дженга?

— Надо непременно попробовать поработать! Ты слыхала, там уже запись на две недели вперед! И обещают работникам на пробу мороженое с новым вкусом!

Городская молодежь явно была довольна тем, что и для них в городе что-то появилось!