Глава 6

Дмитрий

— У вас гости, Дмитрий Андреевич? — паркуясь на площадке под навесом, подмечает мой внимательный личный водитель. Александр — бывший оперативник, полгода как уволился из органов, но навыки никуда не делись. — Мне задержаться? — хмуро оглядывая внушительных размеров тонированный Гелик, беспокоится он.

Стоящий неподалеку красный «Лексус LS» на фоне черной громадины смотрится детской игрушкой, хотя, по сути, ею и является. Дорогая модная игрушка для красивой девочки Лейлы, подаренная ей в благодарность за помощь в организации моих вечеринок. С тех пор, как мы перешли деловую черту, она стала отказываться от платы за свои услуги. А я не привык к бескорыстной щедрости со стороны женщин. Пришлось пойти на маленькую хитрость. Думаю, Лейла тоже отлично поняла потаенный смысл моего внезапного подарка, но приняла и очень горячо отблагодарила. В общем, в накладе никто не остался.

— Нет, Саш, на сегодня ты свободен, — уверенно бросаю я, покидая прохладный салон автомобиля, и сразу ощущаю контраст. Душный, однако, выдался вечерок. — А завтра, как обычно, к семи утра жду.

Попрощавшись и отпустив водителя, я прямиком иду в дом. Быстро миновав холл, застаю в гостиной весьма любопытную картину. Лейла в развивающемся вокруг стройных ног пеньюаре порхает около моего заметно раздобревшего студенческого приятеля Ваньки Спиридонова, потчуя его своим фирменным «ядреным» рассольником и варениками с картошкой. Оба просто светятся от удовольствия. Ванька лопает так, что за ушами трещит, а Лейла радуется, что кому-то пришлись по вкусу ее кулинарные умения. К слову, готовит она действительно неплохо.

— О, Дим, привет. Твой друг к нам заехал, — заметив меня, Лейла спешит навстречу, сверкая белозубой улыбкой.

К нам? Очень интересно. И когда это мой дом успел стать нашим?

— Представляешь, мы с Иваном, оказывается, земляки. Он тоже с Кубани. Выросли в соседних поселках, — повиснув на моей шее, щебечет Леа. Я быстро целую ее в губы и мягко отстраняю.

— Мир на удивление тесен, — пожав плечами, направляюсь к поспешно вытирающему масляные губы Спиридонову. — Привет, Вань. Сто лет не виделись.

— Десять, — поправляет он с широкой улыбкой, одергивая топорщащийся на животе пиджак. — Охренеть, как время летит. Кажется, еще вчера диплом вместе обмывали, — поднявшись из-за заставленного тарелками кофейного столика, Спиридонов протягивает ладонь.

— Неплохо, кстати, обмыли. Качественно, — ухмыляюсь в ответ. Оба смеемся, вспоминая, как я тащил на себе его грузную тушу из клуба в общагу. Сытно пожрать и хорошо выпить Ванька любил всегда. Обменявшись рукопожатиями, мы садимся в удобные кресла напротив друг друга. Лейла снова начинает хлопотать. Теперь уже вокруг меня, предлагая тот же ассортимент, которым угощала Спиридонова.

— Не суетись, Леа. Я не голодный, — пресекаю ее попытки «соблазнить» мой желудок.

— И чем же тебя так сытно накормили в офисе? — она обиженно надувает губы. Я не утруждаю себя ответом. Если заикнусь про деловой ужин, из-за которого я немного опоздал, заставив Ваньку ждать, вопросов только добавится.

— Принеси лучше нам бутылку виски, пару стаканов и что-нибудь из закусок, — вопросительно смотрю на гостя, не сводящего с Каримовой «влюбленного» взгляда. — Ты как, Вань?

— За, конечно, — радостно отзывается он. — Только водителя придется вызвать. Я же за рулем.

— Видел-видел твой танк, — киваю я.

— Ага, грязи точно не боится. Я же охотой иногда промышляю, а на спорткаре в лес не проедешь.

— Дим, нам обязательно надо съездить с Иваном на охоту. Я ни разу не была, но очень хочу, — озадачив меня очередным «нам», Лейла проворно убегает выполнять мой «заказ». Ваня смотрит ей вслед, пока она не пропадает из зоны видимости, а потом завистливо вздыхает:

— Эх, и везучий же ты, Коваль. Только вернулся, а уже и дом прикупил, и такой красивой хозяйкой обзавелся.

— Лейла пока не хозяйка, — сухо поясняю я. — У нее сегодня выходной, решила остаться.

— А я подумал, что без пяти минут жена, — подмигивает Спиридонов. — Ты присмотрись. Хороша же и готовит классно, и планы у нее на тебя большие.

— Спасибо, в курсе. А ты как сам? Женат?

— Да, — кивает Ванька, заметно погрустнев. — Пару лет уже. У Инки моей одни шмотки, салоны и курорты в голове. Детей не хочет, планов на жизнь — ноль. Прыгает по клубам, как стрекоза.

— А зачем женился? — без особого интереса любопытствую я, расстёгивая пиджак и ослабляя галстук.

— Красивая, — снова вздыхает Спиридонов, поглядывая на оставшиеся в тарелке вареники. — Но одной красотой сыт не будешь.

— Ты все о еде, — смеюсь я. — Давай лопай. Зря что ли Лейла старалась.

— Я под вискарь, — ухмыляется Ванька. — А ты колись, какими судьбами тебя в Москву занесло. Как сам, вообще?

— Хорошо все, Вань, — отвечаю, пожав плечами. — Кручусь потихоньку, а в Москву приехал работу работать.

— Работу работать — это ты про «А-Трест»? Под себя подгребсти решил? Тесно стало «Эллиот Капитал» в Австрии? — взгляд Спиридонова становится острым и пристальным. Дураком Спиридонов никогда не был. Понимает, что я не просто так его в гости позвал после десяти лет молчания.

— Зачем же сразу «подгребсти». Мы сотрудничаем, — непринужденно возражаю я. — «А-Трест» — компания перспективная. Почему бы не вложиться?

— Дим, вот только мне не заливай. Повидал я таких инвесторов из-за бугра, — на его лице снова появляется добродушная улыбка.

— Мальчики, а вот и я, — объявляет Лейла, вплывая в гостиную с нагруженным подносом.

— О, Лейлочка, столько всего. Да ты настоящая фея, — хвалит мою зардевшуюся любовницу Иван.

Пока «фея» расставляет тарелки с закусками на столе и убирает лишнюю посуду, мы с Ванькой обмениваемся дежурными вопросами. К серьезным мужским разговорам возвращаемся, только когда Леа снова нас покидает, пожелав приятного вечера. Она бы с радостью осталась и украсила мужскую компанию, но мне пришлось деликатно намекнуть, что у нас со Спиридоновым намечается мальчишник, а ей пора бы навестить собственную квартиру на Тверской.

— Насчет охоты, Дим, не вопрос. Звони, договоримся, — закусив после первой порции вискаря, предлагает Иван. — В любое время не обещаю, но вопрос решаем.

— Наберу, если надумаю, — киваю я. — У тебя как с работой? Слышал, карьерный рост пошел в гору.

— По-разному бывает. Должность главного проектировщика требует максимальной вовлеченности и нервишки выматывает неслабо. Да и генеральный в «Афине» гондон редкостный, но, как говорится, начальство не выбирают. Бабки платит хорошие, а остальное — к хренам собачьим. Мудаков везде хватает, — философствует Спиридонов, двигая к себе недоеденные вареники.

— Чем тебе так Лавров досадил, что ты его в гондоны и мудаки записал? — нарочито равнодушно интересуюсь я.

— Роман Алексеевич, когда в настроении, может, и не плохой мужик, но вот ставленники его совсем берегов не видят, — поясняет Спиридонов и, взявшись за бутылку, разливает по второй. Выражение его лица снова неуловимо меняется. — Давай начистоту, Коваль, я же вижу, что тебе от меня что-то надо. «А-Трест» почти завалил, теперь на «Афину» нацелился? — в лоб спрашивает Ванька.

— Начистоту так начистоту, — я тоже перехожу на деловой тон. — Группа компаний Лаврова — главный конкурент «А-Трест» на строительном рынке, а я вбухал в этот холдинг крупный инвестиционный пакет, и мне очень не нравится, что в последние месяцы «Афина» активно использует все возможные грязные методы для потопления «А-Трест».

— Боишься прогореть? — ухмыляется Спиридонов.

— Нет, не хочу топить друга, — качнув головой, спокойно отвечаю я.

— Ого, звучит как угроза, — подбирается Ванька, забыв о вожделенных варениках.

— Скорее, как предложение сотрудничества, — направляю его мысль в правильное русло.

— Если ты хочешь меня переманить или перекупить у Лаврова, буду вынужден отказаться. Производственным шпионажем я тоже не занимаюсь, — на этот раз деловая чуйка Ваньку уводит куда-то не туда.

— Не напрягайся, Вань, — успокаиваю приятеля, поднимая свой стакан. — Я предложу условия, которые устроят обе стороны.

— Обе стороны — это «А-Трест» и «Афина»? — хмуро уточняет Спиридонов.

— Нет, обе стороны — это я и «Афина».

— Что ты хочешь от меня? — не увиливая, прямо озвучивает вопрос Иван.

— Устрой мне личную встречу с Лавровым. Остальное я разрулю сам.

— Ты-то, может, и разрулишь, а я могу без должности остаться, — разводит руками Спиридонов.

— Не ссы, Вань. Компенсирую все риски. Поработаешь еще на своего мудака и гондона, — широко улыбнувшись, ударяю своим стаканом по его. — Давай еще раз за встречу. Я правда рад тебя видеть.

— За встречу, — поддерживает Спиридонов. — Вот только попробуй снова на десятку пропасть, я тебе устрою такую «дружескую» встречу, век не забудешь, — погрозив мне, Ванька опрокидывает в себя очередную порцию алкоголя.

Я следую его примеру. До дна не получается. Горло жжет с непривычки. Давно не позволял себе крепких напитков. Не было случая, подходящей компании, да и времени на головную боль жалко, но завтра выходной, а значит, можно расслабиться.

— Дим, телефон, — Ванька кивает на мой светящийся на столе айфон. — Еще одна секси-крошка, — комментирует, успев рассмотреть аватарку.

Вот жук глазастый. Надо с ним повнимательнее. За десть лет люди могут сильно измениться и не всегда в лучшую сторону.

Взяв телефон, задумчиво хмурюсь, не спеша отвечать на вызов. Пялюсь, как дурак, на красивое фото, гадая, что от меня понадобилось госпоже Абрамовой-Беловой в пятницу вечером. Неужели соскучилась? Да хрен тебе, Коваль, не обольщайся, такие крепости так просто не сдаются.

— А ты времени зря не теряешь. Только одна за порог, уже другая звонит, — продолжает болтать Спиридонов.

— Это по делу, Вань, — тряхнув головой, я резко поднимаюсь и направляюсь к террасе с выходом в сад.

— Дим, ну какие дела? Время позднее. К тебе друг приехал. Шли всех на хер, — возмущается Ванька, успев слегка «закосеть». Вроде из России не уезжал, а пить так и не научился.

— Отлучусь на пару минут. Я быстро. Ты тут наливай пока, — распоряжаюсь я, открывая стеклянную дверь.

Эля, Эля, что же ты творишь, девочка? Каблуком мне в сердце, как в прошлый раз, не выйдет. Нечего там больше топтать. Я, конечно, не устою, но ты же сама потом плакать будешь.

Элина

Вечером, после тяжелого дня, проведенного в разъездах по городу, я наливаю себе бокал белого вина, намереваясь выпить его в гордом одиночестве. На повестке вечера — твердый сыр, алкоголь и душевный фильм «Ешь, молись, люби». Я смотрела это кино сотни раз, но все взлеты и падения героини проживаю вместе с ней заново, словно никогда не видела. Меня цепляют даже первые кадры развода Лиз с мужем. Сердце переходит на бег, когда я на мгновение представляю себя на ее месте…

Разорвать длительные отношения, когда они «идеальны» — на это нужна особая смелость.

Как только главная героиня встречает на своем пути нового избранника, мысли автоматически переносят меня к Ковалю и проекту, который он мне подарил.

Он словно знал куда бить. И попал в самое сердце.

Нервно сжимаю айфон в руке, то и дело поглядывая на экран. Позвонить ему? Зачем, да еще и в восемь часов вечера?

Но это же будет рабочий звонок.

Почему нет?

А это не слишком?

Но так хочется услышать его голос.

Дура, что ты делаешь?

А потом пальцы сами набирают в адресной книжке «Коваль» и нажимают зеленую кнопку вызова абонента. Он не отвечает слишком долго, и я уже сто раз успеваю передумать, но сбрасывать глупо. Все равно увидит и перезвонит.

— Здравствуй, — немного взволнованно щебечу я, когда абонент наконец принимает вызов. — Прости, что беспокою так поздно…, — все еще чувствую себя идиоткой и кусаю губы, жалея, то поддалась соблазну.

— Все нормально, говори, — официальным тоном отзывается Коваль.

— Сегодня я ездила в конюшню деда, — мой голос дрожит, когда я вслух называю место, являющееся свидетелем нашего прошлого. — Впервые за долгое время, — дозировано выдаю с легким придыханием.

— И как там? — дежурно любопытствует Коваль.

— Все отлично, само здание и конюшня в прекрасном состоянии. Но нужно обязательно проверить всех лошадей. Тщательно, досконально, Дим. Все-таки с детьми будем работать. Нужно отобрать самых подходящих специалистов для этих целей. Трех пока достаточно, не все скакуны подходят для подобного проекта. К тому же один из жеребцов хромает из-за открывшейся раны. На вид очень похоже на заражение. Тянуть нельзя. Может, ты знаешь хорошего ветеринара? — и только в конце своей фразы я понимаю, насколько это нелепо звучит.

— Я совсем недавно приехал в Москву, Элина, — напоминает Дима. — А ты звонишь мне в восемь вечера и интересуешься, знаю ли я здесь хорошего ветеринара, — подлавливает меня Коваль. Нам обоим ясно, что причина моего звонка — лишь предлог. — Тебе не кажется это странным?

— Да, кажется… правда, — немного теряюсь, ощущая, как морально сажусь в лужу. — Я зря тебя набрала, ты прав, справлюсь сама.

— Стой. Перестань. Я просто шучу, — одергивает меня Коваль.

— Не смешно, Дим. Конь умирает, — искренне переживая за жеребца, возмущаюсь я.

— Я найду ветеринара к утру. Лучшего. Есть мысли, где искать, — дает четкое обещание Дима.

— Правда? — затаив дыхание, уточняю я.

— Правда. И привезу его на конюшню лично. Но только при одном условии, — с долей иронии в голосе добавляет Дима: — Если ты признаешься, что ты позвонила, потому что просто хотела меня слышать. А может, и видеть, Элина? — усмехается Дима, а у меня руки стали чесаться от назойливой мысли задушить его за то, что он имеет наглость произносить все это вслух.

Мог бы и промолчать, даже если нам обоим понятно, почему я набрала его номер.

— Не мечтай, Коваль, — откровенно надсмехаюсь над ним я. — Давай продолжим соблюдать дистанцию. Думаю, мы оба понимаем, что ее сокращение не приведет ни к чему хорошему. Давай не будем портить эти прекрасные, сдержанные и спокойные отношения между нами. Как руководитель ты мне нравишься, и я благодарна тебе за ту возможность, что ты мне дал. Считай, что купил мой голос в совете директоров.

— Комплименты… это всегда приятно, Эль, — благосклонно отзывается Дима, его голос становится сексуальнее и глубже. — Я люблю, когда меня хвалит красивая женщина. Особенно такая женщина, как ты. Но дистанция — это определенно то, что я и сам хотел тебе предложить. Доброй ночи, Элина, — Дима кладет трубку, ясно давая мне понять, что наш телефонный разговор был исключительно деловым.

И его желание приехать завтра на конюшню не несет в себе двойного дна.

И это взаимно.

Конечно взаимно.

Очередная рабочая встреча, не более.

В месте, где он не раз стягивал с меня трусики.

Просто прекрасно.