Глава 50. Полина

Мы наконец-то вернулись домой. Квартира встречает духотой и пылью, но это не может испортить настроение. Радостная Милана убежала в свою комнату, там же игрушки, которых она столько времени не видела.

Асылжан ставит в коридоре пакеты с нашими вещами и выпрямляется.

– Всё притащил, в тачке не осталось ничего, – вытирает лоб.

– Спасибо, – встаю на носочки и целую медведя в щёку. Он приподнимает уголок губ, но всё равно хмурится.

– Мне уехать?

– У тебя есть дела?

– Нет вроде, – поворачивает голову в сторону Миланы, она болтает с игрушками и чем-то гремит.

– Тогда останься, конечно. Почему ты спрашиваешь такое?

– Может ты передумала, – пожимает плечами.

– Сдурел? Я не передумала, мы ведь обо всем договорились, – беру его за руку и веду на кухню. Мы садимся за стол и по взгляду Асылжана, я понимаю, что нам опять придется обсудить то, что мы обговаривали раз двадцать.

– Тошнит?

– Нет, всё в порядке, – улыбаюсь. – Что опять начинается? Мы договорились, что будем жить вместе, но ты опять спрашиваешь так, будто неприкаянный. Со вчерашнего вечера ничего не изменилось, Асылжан.

– Точно?

Господи, дай терпения.

– Точно. Что я сказала или сделала, что ты подумал обратное?

– Да хер знает. Ничего вроде. Не могу привыкнуть ко всему, – двигается ближе и кладет голову мне на руки. Прижимаюсь губами к виску и Асылжан хрипло выдыхает.

– Позволь себе иметь семью и тогда привыкнешь к новым поворотам в жизни.

Асылжан упирается лбом мне в грудь и мы сидим так какое-то время. Я понимаю, что ему тяжело осознать, что теперь всё будет иначе. В последние дни мы очень много разговаривали. И его неуверенность, что он справится со всем, вроде и умиляет, но и расстраивает. Я не знаю какие ещё сказать слова, чтобы Асылжан расслабился и просто начал жить.

– Мне нужно увидеться с родителями, сказать о беременности. И познакомить вас в ближайшее время.

Асылжан поднимает голову и рассматривает мое лицо, будто видит впервые.

– Познакомить нас? Это обязательно?

– Ты отец их будущего внука, конечно, это обязательно, – сдерживаю смех. – У меня нормальная семья, они хорошо тебя примут.

– Это вряд ли, – выпрямляется.

– Почему ты так думаешь?

– Полина, ну посмотри на меня, – наклоняет голову к плечу. – Люди меня боятся.

– Не из-за внешности. Милана тебя никогда не боялась, разве это не показатель? Если ты не будешь материться и словечками разбрасываться, всё пройдёт хорошо.

Я заранее уверена, что знакомство будет нормальным. У меня чудесные родители в этом отношении. Да и мама столько времени мне говорила, что пора найти мужчину. Так что, она встретит Асылжана как родного.

– Ты мне расскажешь, что на работе? – встаю из-за стола и открываю окно. Надо всё помыть, везде пыль.

– Помещение нашли, людей почти набрали.

– Значит, скоро можно выйти на работу? – заглядываю в холодильник. Здесь тоже кучу всего надо перемыть.

– Если ты чувствуешь себя хорошо. Не надо перетруждаться лишний раз. И без туфель, – стучит пальцами по столу. – Надо выбрать мебель в мою хату, чтобы у малявки всё было.

Малявка. Обычно мне такие обращения не нравятся, но от Асылжана это звучит слишком ласково.

– Завтра Милана пойдет в сад, можно после этого съездить, – выливаю воду из чайника.

Асылжан встаёт за спиной и кладет руки на живот. От его жара у меня сразу появляются мурашки.

– Мне всё это очень нравится, – шепчет на ухо.

– Что именно? – ставлю чайник на столешницу.

– Домашняя суета. Это непривычно, но мне нравится. Ты совсем другая, – трётся щетиной об мое плечо.

– Разве? – поворачиваюсь к нему лицом. – В чём?

– Мягче. И такая… Не знаю, и выдрать тебя хочется жёстко, но и смотреть как ты вертишься тут. Всю голову запудрила мне.

Я смеюсь и обнимаю Асылжана за шею. За его спиной шорох и Милана возмущённо фыркает.

– Мам, у Фионы опять голова отвалилась, – дочь протягивает любимую куклу. Я не знаю как она играет с ней, но у куклы периодически что-то отваливается.

Асылжан поворачивается, присаживается на корточки и забирает у Миланы игрушку.

– Малявка, что ты с ней делала, что она такая потасканная? – усмехается и приделывает голову обратно. Но так сдавил, что пластик треснул. Милана издает звук удивления и я на секунду замираю, что сейчас случится истерика со слезами. – Бля. А чё она? – Асылжан вертит пластмассовую голову в руках и искренне не понимает, что только что случилось.

– Бля, – Милана повторяет за ним и я взрываюсь.

– Милана, так нельзя говорить. Асылжан, – толкаю его в плечо и мужчина поджимает губы. – Следи за речью, прошу тебя.

– Да, хорошо, – будто отмахивается. – Малявка, я сломал твою игрушку.

Милана смотрит на куклу и начинает тихо плакать. Асылжан открывает рот, чтобы что-то сказать, а потом обнимает девочку.

– Я немного не рассчитал силу, мне очень жаль. Извини, – кладет ладонь на темную макушку и Милана всхлипывает.

– Я ее так любила.

У Асылжана меняется лицо, как будто ему очень больно.

– Куплю тебе новую. Эту вряд ли починить можно. Ну, или она будет такая же потрёпанная жизнью, как я. Давай лучше новую?

Милана вытирает глаза и кивает.

– И лабубу? – заглядывает ему в лицо.

– Не знаю, что это, но да. Собирайтесь тогда, – отпускает Милану и поднимается. Дочка уходит в комнату и Асылжан виновато на меня смотрит.

– Куда собираться? – спрашиваю.

– За игрушками, куда ж ещё.

– Мы сейчас приедем в магазин и она разведёт тебя на миллион новых кукол, ты понимаешь? – улыбаюсь. Асылжан ещё не знает, как Милана может выпрашивать.

– Ну и хрен, что поделать. Только пусть не плачет.

А Милана больше не плакала, да и я тоже.