Глава 31. Письмо

Спустя пару дней, ранним утром, когда я ещё не окончательно проснулась и валялась в кровати, прислушиваясь к уличному шуму, Мирелта принесла мне небольшой конверт:

- Не успели обустроиться на новом месте, а вас уже друзья нашли!

- Странно, я ещё никому не сообщала наш новый адрес…

Взяв конверт, я мгновение поколебалась перед тем, как вскрыть: в последнее время все неожиданные новости приносили только разочарование. Ни адреса, ни имени отправителя.

- Откуда это?

- Уборщику отдали, а он мне отдал. Сказал – молодой госпоже. Неужели тайный поклонник завёлся? – хитро прищурилась Мирелта. – Вот как у вас всё складывается: стоило захотеть – само пришло.

- Вряд ли поклонник… Ладно, дай ножницы.

Внутри оказался сложенный вдвое листок, покрытый аккуратным мелким почерком.

«Привет, Леа! Мы с Нилли замечательно провели время у вас в гостях, теперь наша очередь приглашать. Но поскольку домик мы сняли слишком скромный для приемов, предлагаю поездку в гаригу. Мы подъедем к восьми утра к твоему дому. Есть несколько прекрасных мест, и я их тебе с удовольствием покажу… Глеон»

- Всего лишь знакомый, - я разочарованно кинула письмо на стол.

- И чего этот знакомый хочет?

- Прогуляться по гариге.

- Интересное предложение…

- Не выдумывай. Мы поедем все вместе – он, его жена, слуги. Тебе что-то не нравится?

Не удостоив меня ответом, Мирелта пожала плечами и ушла. В последнее время она начала вести себя со мной, как старшая подруга. Мне так и хотелось напомнить ей, что вообще-то она моя горничная, но терять такого полезного советника совершенно не хотелось.

Ладно, пусть показывает характер, тем более, что характер у неё вполне сносный, если не считать мелочей.

Сев к туалетному столику, я быстро набросала ответ, где сообщила, что готова ехать куда угодно, лишь бы не сидеть дома, и если там, куда мы направляемся, будет хоть немного прохладной воды и тени, то я полностью согласна.

Единственным, что меня немного раздосадовало, было авторство письма. Всё-таки я дружу с Нилли, а с Глеоном едва знакома. Но письмо отправил он – похоже, в их семье он главный. Как магисса могла дать обычному человеку столько прав?!

И тут же я одёрнула себя: хватит осуждать свою единственную подругу в этой чужой и непонятной стране. А то вообще не с кем поговорить будет.

Отослав письмо, я приказала подать завтрак. Скрипнули ворота в доме напротив. Даже не глядя в окно, я уверенно распознала их протяжный звук. Ещё немного – и я буду по слуху различать, в котором из соседних домов хлопнула дверь. Но вдруг в привычные звуки ворвался уверенный быстрый стук копыт – всадник, не иначе. Насколько я успела заметить, верхом по этой улице проезжали редко.

Любопытство взяло верх, я приставила пуфик к стене и вскочила на него. Насколько мне было видно, всадник остановился возле входа в наш дом. Сверху не получалось разглядеть лица, зато я в подробностях рассмотрела накидку на плечах всадника. По красному фону шли бурые причудливые зигзаги, сплетаясь и превращаясь в примитивно нарисованные листья и бутоны. Не самый типичный асхаинский узор – местные больше предпочитали россыпь абстрактных орнаментов, перекрывающих друг друга.

Охранник, выглянувший навстречу всаднику, что-то сказал ему вполголоса, а всадник, наклонившись к нему, ответил так тихо, что даже если бы я знала асхаинский, не смогла бы разобрать ни слова.

В этот миг охранник поднял руку, указывая точно на моё окно, и я поспешно спрыгнула с пуфика, чтобы не показалось, будто я за ними слежу. Возможно, всадник так и не поднял лица следом за жестом охранника, но я уже не видела этого, поскольку принялась за завтрак.