Глава 21

Фил

Фил сидел в машине и смотрел через окна, как Лера со Стасом о чём-то разговаривают, сидя за столиком кафе.

– Хороша подружка, мать твою! – проговорил мужчина, скрипя зубами.

Ох, как он сейчас был зол. Терпеть не мог, когда ему врут. А девчонка нагло соврала, смотря ему в глаза. Так и соврала-то неумело, потому что не умеет этого делать. А сейчас как дурак, сидит и смотрит, как она улыбается Стасу. Головой своей понимает, что оно ему не нужно. Правильно говорил Беркут, не зарекайся, когда Фил его подтрунивал, когда он за рыжулей своей как пацан бегал. Он-то сейчас не лучше.

Не выдержал этого издевательства и без объяснений забрал её из этого кафе и подальше от этого малокососа. А сейчас сидит она в комнате, а он на кухне пьёт виски и не знает, как зайти туда. Сказать, что она ему нравится и не готов делить её ни с кем. Твою мать! Сложнее ситуации у него ещё не было. Проще вальнуть кого-нибудь и всё. А тут девка молодая, к которой тянет как муху на варенье.

Сделал глоток виски и пошёл к ней в спальню. Постучал.

– Войдите! – прозвучал расстроенный голос Леры, и он вошёл.

– Что делаешь?

– Альбом семейный смотрю.

– А мне покажешь?

– Конечно! – улыбнулась она ему и похлопала своей ладошкой по кровати рядом с собой. А Фила и не нужно долго упрашивать. Он быстро прошёл и сел рядом.

– Ну, давай. Знакомь меня со своей семьёй.

Девчушка улыбнулась ему и ткнула тоненьким пальчиком в фотографию.

– Это моя мама и отец. Они здесь ещё совсем молодые. Нас в то время с Мишкой даже ещё в проекте не было.

– Ты очень похожа на свою мать.

– Мне многие это говорили. А вот мы с Мишкой. Мне здесь год или два, я уже не помню. Это мы на море. Жалко, что я не помню своё детство.

Лера улыбнулась своим мыслям и продолжила.

– А это моя бабуля с дедушкой. – Девушка хотела перевернуть страничку фотоальбома, но Фил ей не дал этого сделать.

– Стой! – встрепенулся он, и она замерла, держа страничку в воздухе. Он приблизился к фотографии и внимательно посмотрел на женщину, которой было лет шестьдесят или даже немного больше. На него с чёрно-белой фотокарточки смотрела Зинаида Павловна. Та самая женщина из детдома. Фил, как заворожённый, уставился на неё. Пальцами провёл по лицу женщины и тут же вспомнил её тёплые ладони, которые гладили его и успокаивали в тот вечер, когда она его нашла в каморке полуживого. Он до сих пор помнит, как пахло от этой женщины. От её ладоней пахло едой и яблоками.

– Владислав Олегович, вы чего? – с недоумением проговорила Лера, и он поднял на неё свои глаза. Дотронулся пальцами до её скулы.

– Вот почему ты так на неё похожа.

– Я вас не понимаю. – Девчонка попыталась отсесть от него подальше, но Фил схватил её за локоть и не дал отстраниться.

– Помнишь, я тебе рассказывал про женщину из моего детства.

– Да, – кивнула она. – Зинаида Павловна.

– Это была твоя бабушка.

– Что? – она смотрела на него испуганными глазами и не могла поверить его словам. – Но я не знала, что она работала в детском доме. Как такое могло было случиться?

– Я не знаю. – Опустил своё лицо вниз, к фотографии. Он сам был в шоке. Несколько раз проморгался, чтобы убедиться, что это не пьяный бред. Но женщина так никуда и не делась. Тогда он снова посмотрел на Леру. Она сидела не шевелясь, и дышала практически через раз.

– Ты – это она.

Фил ничем не мог объяснить свой порыв, когда примкнул к губам девушки. Думал, Лера встрепенётся и убежит, но она продолжала сидеть на месте. А когда тёплые ладошки легли на его щёки, он словно с цепи сорвался. Так ещё никогда никого не хотел.

Прижал девчонку к себе. Приподняв, опустил её спиной на матрас. Стройные ножки обвили его торс так сильно, что он не мог пошевелиться. Фил целовал её жадно, боясь на секунду остановиться и потерять ту тоненькую ниточку, которая связывала их. Лера и сама была не против подыграть ему.

Девчонка прикасалась к Филу очень осторожно, словно гладила дикого зверя. Да он и был зверем в её ласковых руках. Так, как она была ласкова и нежна, он ещё ни от кого такого не испытывал. У проституток и девок, которые были с ним за деньги, это было всё так наиграно и отточено, что иногда становилось противно. А здесь совсем всё по-настоящему. Искренне.

– Лер, – оторвался он от неё, и их взгляды встретились. – Если ты не хочешь, я не буду. – Очень тихонько мотнула головой, а её тоненький пальчик лёг ему на губы, приказывая замолчать. Осмелела, хоть ещё и дрожит.

– Я хочу, – совсем тихо, почти шёпотом произнесла она и сама потянулась к его губам.

Да он и сам безумно хотел её, только вот слишком поздно признался себе и одновременно боялся причинить ей боль. Как бы не разорвать её. Она ведь такая маленькая, такая хрупкая, словно фарфоровая куколка в руках неумелого дельца.

Сорвал с неё кофточку, обращая внимание на аккуратненький белый бюстгальтер, под которым такая же маленькая грудь. Один рывок, и она уже без лифчика лежит под ним. Её небольшая налитая грудь, цвета молока, словно предназначена для него. Соски набухли и торчат, как пики. Именно такой он её себе и представлял. Возбуждена, девочка. Наклонился к одной груди и прикусил сосок, а потом сразу же зализал, как зверь рану. А затем перешёл на вторую грудь, проделывая с ней то же самое. Изо рта девчонки послышался тихий стон, а его член в штанах дёрнулся. Ещё немного, и ширинка разойдётся по швам от натиска.

Кажется, он попал в рай. И за что ему эта награда? Не хотел снимать с неё остальное бельё, а хотел именно порвать. Так он и сделал. Дёрнул вниз штаны и трусики, ткань которых не выдержала и разошлась по швам, оставляя только неаккуратные лоскуты ткани.

Он смотрел на неё сверху вниз, любуясь её прекрасным миниатюрным телом. На шее быстро пульсировала венка от волнения, а грудная клетка быстро то поднималась, то опускалась. Его сухие и избитые пальцы на её теле смотрелись как нелепое пятно на красивом холсте. Прошёлся ими вокруг груди, задевая соски, спустился вниз, к пупку, обводя его зигзагами и вниз, к идеально выбритому лону. Положил пальцы на половые губы, такие мягкие и горячие. Кажется, он ещё ни разу не дотрагивался до чего-то прекраснее. Скользнул внутрь, протискивая свой палец всё глубже и глубже, а Лера выгнулась в спине дугой и застонала ещё больше.

«Не отпущу, моя!» – твердил его внутренний голос. Захотелось пометить её как свою самку и спрятать от всех, чтобы никто не смел на неё смотреть. В нём проснулся ревнивый хищник.

Ещё пару раз толкнулся пальцем внутри неё и аккуратно вынул его. Смотря в глаза девчонке и не отводя взгляда, поднёс палец к своим губам и облизал.

– Безумно вкусная. Моя! – этих слов было достаточно, чтобы вынести ей приговор.

– Безумец, – прошептала Лера и прикрыла глаза от наслаждения.

Не мог больше держать себя в руках и, освобождая свой член, вошёл в неё аккуратно, стараясь не причинять ей боль и привыкнуть к его размеру. Обхватив Фила ногами, она толкнулась вперёд, давая понять, что ей хочется большего. И он задвигался быстрее, жёстче. Хватило несколько толчков, чтобы привести её к оргазму. Оглушительному и страстному. Она закатила свои глаза и выдохнула со стоном, падая на кровать бездыханным телом. Фил ещё несколько раз дёрнулся в ней и излился, не выходя из неё. Так быстро он ещё не кончал. Словно прыщавый подросток, который первый раз сексом занялся.

Это была одна из его лучших ночей. Да, на нём не скакала умелая проститутка и не делала отсос, от которого глаза закатываются. Сегодня всё было очень прилично и невинно. Но это самое лучшее, что когда-либо с ним случалось. Эта ночь была бессонной и счастливой. Он даже попытался себя пару раз ущипнуть, чтобы убедиться, что это не сон. Кажется, дикий зверь стал домашним.