Глава 28

– Так вот где ты спряталась!

Знакомый, чуть запыхавшийся, голос раздался за спиной. На моем лице не дрогнул ни единый мускул.

Мать не предпринимала попыток наладить связь с момента моего ухода из дома. Не искала меня, не узнавала у подруг.

Не беспокоилась вовсе!

Что же сейчас изменилось? И как она меня нашла здесь?

Октябрь выдался теплым. Всю весну и лето я из кожи вон лезла, чтобы хоть как-то заработать и оплатить съемную крохотную студию. Спасибо девчонкам с кафедры. Не испугались гнева профессора и помогали, кто чем может.

– А я тебя ищу, ищу! Весь парк обошла!– мама, как всегда, была аккуратно одета и умело подкрашена.

– Как ты меня нашла? И зачем?

– Ася, не начинай. Это твой любимый парк с детства. Не набегалась еще за восемь месяцев?– женщина поморщилась. А потом кивнула на мой большой живот.– Все в порядке… с ним?

– С твоим внуком? Да.

– Мальчик, значит. Хорошо. Их в приемные семьи охотнее берут.

Я молча встала со скамейки и пошла по дорожке.

Наивная дурочка! Я уж подумала, она мириться пришла.

Ошиблась.

– Ася! Мне нужно тебе кое-что рассказать!– мама догнала меня.

Мое молчание она приняла за согласие и продолжила:

– Отца сняли с должности. Ты не знаешь? Конечно, разве тебе до родителей?

Я так же молча шла к выходу из парка. Любой ответ посчитался бы плохим.

– Нам стало очень сложно жить, Ася. Зарплата у отца мизерная, а отложенные деньги очень быстро заканчиваются.

– Выйди на работу ты,– я пожала плечами.– Две зарплаты в семье лучше, чем одна.

И сама чуть не засмеялась. Чтобы мама и работала? Она этого не делала никогда! Ее всегда содержал отец.

– Ты понимаешь, что говоришь?– ожидаемый взрыв негодования не задержался.– Это просто невозможно. Кстати, а на что ты живешь? И где? Выглядишь не шикарно, но вполне сносно.– Она оглядела меня с ног до головы.

На что я жила?

Квартиру и витамины оплачивала с тех денег, что оставил мне Яр. Продукты и одежду покупала на свои заработки. Я не спала ночами, делая контрольные студентам, писала для них курсовые и дипломы. Бралась за любую надомную работу по специальности, только чтобы выжить в одиночестве.

И мне вполне хватало на скромную жизнь.

Но рассказывать об этом я не хотела. Уже было понятно, чего хотят от меня родители.

– А вот у Вячеслава дела пошли в гору,– неожиданно переключилась мама на бывшего жениха.– Его проект по защите окружающей среды выиграл государственный грант. Молодой человек вот-вот защитит кандидатскую.

– Мам, зачем ты мне об этом всем рассказываешь?– я остановилась и сложила руки на животе.

От появления родительницы я начала нервничать, низ живота заболел, а сердце вдруг заколотилось как заяц в капкане.

Покрытые матовой помадой губы женщины превратились в ниточку:

– Я разговаривала с ним о тебе. Он готов снова принять тебя, даже назвать своей невестой.

– Да что ты?– улыбнулась я.

Напряжение в животе становилось все сильнее.

– Ничего смешного. Ты опозорила нас, опозорила его. Но он все равно испытывает к тебе чувства. Очень благородный мальчик!

– И зарабатывает хорошо,– не удержалась я от подколки.

– Да! Очень хорошо зарабатывает. А тебе бы пора подумать и родителях. Хорошие дети так и поступают, заботятся о матери и отце. К тому же, не в твоем положении выбирать, знаешь? Но выход все равно есть.

– Да? И какой же?– мне очень хотелось сесть. Ноги слабели с каждой минутой.

– Ты рожаешь и оставляешь в роддоме этого незаконнорожденного. Скажем всем, что он умер в родах. И тогда ты сможешь выйти замуж за Вячеслава со спокойной совестью.

Я смотрела в ее глаза с ненавистью.

Как вообще можно такое говорить? Как язык поворачивается?

Бросить собственного ребенка только ради выгоды?

И эта женщина – моя мать?

Боль в животе стала нестерпимой. Она обхватила весь живот и жгла, жгла огнем все внутри.

– Ох,– я согнулась, упираясь руками в коленки.

– Боже, Ася, хватит сцен!– визгливо отреагировала мама.– Это дешевый трюк.

Если б я могла говорить, я бы ответила ей, что она его проворачивает всю жизнь.

Но говорить я не могла.

Хватала воздух ртом, перед глазами плыли круги.

И я только заскулила от страха, почувствовав, как намокает белье и колготки.

Я не описалась, это точно.

Воды отошли!

Но ведь еще рано!

– Ася, что с тобой?– мама, наконец, сообразила, что что-то в самом деле не так.

– Скорую,– прохрипела я, не в силах разогнуться.

– Что?

– Скорую!

– Анастасия!– в меня вцепились мужские руки.– С вами все в порядке?

Я смотрела в незнакомое лицо и, закусив губу, мотала головой.

Все совсем не в порядке!

– А вы кто?– возмутилась мама.– Откуда вы знаете мою дочь? Вы отец ее ребенка?

Но короткостриженный мужчина на нее даже не взглянул.

Подхватил меня на руки и размашисто зашагал к воротам парка.

– Скорую ждать будем дольше. У вас есть своя больница или едем в ближайшую?

– В ближайшую,– прошептала я резко потрескавшимися губами.

– Понял.

Меня аккуратно уложили на заднее сиденье большой машины и закрыли дверь. Где-то там, на улице, осталась мать. Она возмущалась и что-то кричала этому незнакомцу, но мне было все равно.

Я гладила живот, дыша, как выброшенная на берег рыба:

– Рано ты собрался на выход, малыш. Рано тебе еще.

– Не переживайте, Анастасия,– мужчина запрыгнул на водительское место.– Все будет в лучшем виде. С нашим наследником все будет в порядке!