Глава 8
Я слышала всё словно сквозь туман. Тело одеревенело и ничего не чувствовало. Голова раскалывалась.
— Как, как ты мог это допустить?! — доносился крик где-то на границе сознания. — Почему твои подчинённые травят моих наложниц, а ты об этом ничего не знаешь?!
«Какие подчиненные, кого травят?» — не могла понять я, вяло шевеля мозгами.
— Простите, лайет, я не знал… не знаю, как это произошло…
— Если ты ничего не понимаешь, так, может, и твоя пустая голова тебе ни к чему?!
«О чём это он? Голова ни к чему?..»
— Так палач быстро решит эту проблему!
Мужской голос переходил в обезумевшее рычание.
— А лучше я сам тебе помогу…
«Нет-нет, — мелькнула у меня испуганная мысль. — У него очень полезная голова, все головы хоть немножко полезны!..»
Я издала какой-то нечленораздельный звук, крики в помещении затихли, а в следующий миг хлопнула дверь.
— Лера, — послышался тихий голос, и кто-то приятно погладил меня по волосам. — Лерисса, Лерия, Лерана… Как бы тебя не звали на самом деле. Ты так напугала своего лайета…
А потом сильное горячее тело прижалось к моей спине, вызывая внутри обжигающую волну тепла, а я снова погрузилась во тьму.
Выныривая в следующий раз из своего забытья, я почувствовала себя гораздо лучше. Вокруг было темно, и сперва я даже слегка перетрусила, что ничего не вижу. Но потом где-то в стороне мелькнул отблеск свечи, и стало ясно, что сейчас всего-навсего ночь.
Следующим открытием явилось невероятно приятное ощущение щекочущего тепла, распространяющегося по всему телу, как мурашки. Это тепло словно вытесняло из головы туман, а кровь заставляло двигаться быстрее. С каждой секундой я всё сильнее чувствовала свои онемевшие руки и ноги, а кожа начинала трепетать от прикосновений простыни и одеяла. И горячего тела за спиной.
Я вздрогнула, понимая, что полностью обнажена, на мне лежит тяжёлая мужская рука с чёрной татуировкой, а сзади раздается спокойное дыхание.
Леран.
В груди стало жарко, как только я поняла, что это он. И что он тоже обнажён.
Почувствовав моё шевеление, мужчина приподнял голову, очевидно, пытаясь рассмотреть лицо. Но я не открывала глаз. Мне вдруг стало трудно дышать от невероятно-острого ощущения его близости.
— Лера, — прошептал он еле слышно, опустившись к самому уху. — Моя Лера…
А затем вдруг вобрал в рот мочку, обжигая горячим языком и прикусывая.
Я тяжело выдохнула, надеясь, что он не заметит моего пробуждения. По позвоночнику вниз поползла будоражащая змея желания.
Он был так близко, что когда его тело пошевелилось, казалось, что каждый сантиметр кожи чувствует жар касаний. Рельефная грудь, очертания которой я могла сейчас лишь угадывать, повторяла положение моей спины. Сильные мужские бёдра прилегали к моим собственным ногам. А мои попа с поясницей касались его живота и того, что было ниже…
Я старалась дышать, как можно ровнее, слушая стук чужого сердца. Моё собственное грозило вырваться из груди и покинуть меня навсегда.
— Пусть будет светел сегодняшний день, потому что я не потерял тебя… — снова раздался его едва различимый шепот.
Он зарылся носом в мои волосы, с лёгким урчанием потерся о них, осторожно ость. Тогда они спускаясь к шее.
Одна его ладонь неподвижно лежала у меня на животе, и я каждую секунду чувствовала волны тепла, исходящие из неё. И от этого мне становилось невероятно хорошо. Я понимала, что он лечил моё тело, как тогда в парке. Но сейчас этот процесс носил ещё более интимный характер.
Тяжелая рука слегка вздрагивала, мышцы на ней периодически становились твердыми, как сталь, словно он хочет что-то сделать, но не позволяет себе шевелиться.
— Как же я хочу тебя, моя маленькая трепетная лань…
Горячая волна лизнула низ живота. Немного хриплый голос сводил с ума. Я зажмурилась, стиснув зубы, лишь бы не издать ни звука. Лишь бы не выгнуться навстречу, не потереться бёдрами о его плоть, вдруг ставшую откровенно твёрдой.
Я знала, чем всё кончится. В этот момент мне, как никогда прежде, стало ясно: я отношусь к этому мужчине вовсе не так, как нужно. Не так, как должна. Я хочу быть с ним, и хочу, чтобы он был со мной. Но разве не пропадёт его интерес ко мне, как только он получит то, чего хотим мы оба? Ведь я — лишь рабыня…
— Ты не понимаешь, моя лань… Не понимаешь, — произнёс он вдруг тихо, продолжая какую-то мысль и будто говоря с самим собой. — Тебе бы убежать от меня, да уже поздно…
В этот момент его губы, касающиеся моей шеи, вдруг раскрылись, и он с жадностью сжал зубами кожу. Как волк, настигший добычу. А сильное тело неожиданно страстно пошевелилось, прижимаясь ближе и вдавливая в мои бедра горячую твёрдость.
— Твоё тело слишком сладкое… слишком желанное…
Я прикусила губу, понимая, что внутри у меня разливается пожар.
И одновременно вспомнила слова из справочника по тёмным наррам:
«Тем более осторожно необходимо вести себя с наррами, у которых поглощение энергии превращается в зависимость. Тогда они могут быть жестоки и крайне опасны…»
Но я уже слишком плохо соображала. Мне хотелось повернуть голову, спросить его. Прекратить это безумие в самом начале. Пока оно ещё не переросло во что-то большее. Пока он меня не поцеловал…
Но вдруг я почувствовала, как его обжигающе-горячая плоть проникла между моих ног. Бархатная кожа бесстыдно касалась моего бикини, разжигая желание.
Широкая ладонь слегка пошевелилась, придавливая меня к обнаженному телу. А бедра тут же протолкнули мужское естество вперёд. Вершина напряженного оружия раздвинула складочки моего лона, сладко лаская, лишая воли.
Я застонала, нарушив свое сонное молчание, чувствуя, как легко скользит его твердость по моему влажному безумию. Мне так хотелось ощутить его внутри, что я больше не могла играть спящую красавицу.
— Да, — выдохнул он, почувствовав мой отклик. Укусил меня за плечо, с жадностью втягивая воздух, продолжая медленные движения, так горячо возбуждающие тело и так страстно имитирующие секс.
Я изогнулась, прижимаясь к нему, как кошка, умоляющая о том, чтобы её оттрахали. Это было так пошло и одновременно так эротично, что я переставала узнавать саму себя. Подняла руку вверх и назад, зарываясь в его волосы и снова не сдержав стон.
— Вот так, хорошо, — прошептал он, хрипло, сильнее прижимаясь, скользя между бёдер всё быстрее.
Но этого было мало. Касания горячей плоти казались слишком короткими, слишком мягкими. Я подошла к той грани возбуждения, когда напряжение стало болезненно, а единение тел — необходимо, как воздух.
— Пожалуйста. — прошептала я, захлёбываясь дыханием. — Пожалуйста…
Но вместо того, чтобы войти в меня и погасить, наконец, этот пожар, Леран опустил ладонь с живота вниз, безошибочно находя самое чувствительное место между моих ног.
Со коротким вскриком я выдохнула, как только его пальцы прикоснулись к источнику напряжения. И дёрнулась всем телом навстречу.
Мужчина тяжело задышал, не в силах больше сдерживаться. Губы оставили мою шею, голова запрокинулась назад, а из груди донёсся хриплый сдавленный стон. А я поняла, что ничего более эротичного не слышала никогда в своей жизни.
В то же мгновение оргазм лавиной накрыл моё распалённое тело. Я задрожала, а из приоткрытого рта сами собой срывались рваные всхлипы удовольствия. В следующую секунду горячая лава Лерана разлилась между моих бёдер, а мужчина, наконец, остановился, откатываясь на спину и тяжело дыша.
Один из самых удивительных оргазмов в моей жизни. Хотя у меня даже не было секса.
А потом я вдруг почувствовала, что сил совсем не осталось.
— Почему на этот раз, Леран?.. — проговорила вяло, чувствуя, что вот-вот провалюсь в сон.
Горячая рука снова обняла меня, но на этот раз от неё веяло лишь тёплой нежностью.
— Потому что ты слишком слаба, — раздался тихий ответ. — А мне не хотелось становиться ещё большим чудовищем, чем я есть. Спи, моя лань. Волк будет мирно спать рядом.