11 глава

Пятница. С утра бодрая планерка. Никто не косячит, воду в свои отчеты не наливает. К ланчу босс сваливает на встречу, мне поручает проверить некоторую документацию и ответить на многочисленные письма. Шароев возвращается к обеду.

Заходит в приемную и замирает, устремляя на меня темный немигающий взгляд. Я внутренне подбираюсь, при этом растягиваю губы в приветливой улыбке. Кажется, тучка намечается. Грозовая такая, с громами и молниями. Пытаюсь понять, где ошиблась, чтобы успеть придумать себе оправдание. Эх…, а ведь давно товарищ меня не встряхивал, не тыкал носом в промахи, как котенка, сделавший свои дела мимо лотка.

— Блузка красивая, - тихо замечает Тахирович.

Я опускаю глаза на свою блузку. Пожимаю плечами. Купила позавчера. Ткань полупрозрачная, но очень красивая. Фасон мой. Эротично-романтично. С утра у меня было игривое настроение, хотелось шалить, правда, работа напрочь выбила этот настрой и желание баловаться.

— Спасибо. Недавно купила, - поднимаю глаза на босса, он смотрит на меня странным взглядом.

— На шесть вечера вызови Марину из эскорта.

— Ммм, это что такое? – хлопаю ресницами, полностью демонстрируя шефу тупую блондинку.

Однако, начальство шутить не желает. Смотрит на меня так, что хочется вжать голову и вообще спрятаться под стол. Кусаю изнутри щеку, взгляд не опускаю, а Шароев давит и давит чернотой своих глазищ. Сколько мы так играем в гляделки, никому из нас неизвестно. Маратович еще раз окидывает меня с ног до головы странным взглядом и исчезает в своем кабинете. Я падаю в свое кресло и прикрываю глаза. А ведь так хорошо было весь этот месяц, и вот опять… Шароева видимо иногда не шуточно кроет от недотраха. Вот лучше бы трудился в спальне на славу нашему государству. Думаю, детишки бы у него получились чудные, милые. Нет же, это чудовищу трудится на благо государству только с точки зрения пополнения казны в виде налогов от баснословных прибылей.

Открываю записи, где прошлый секретарь оставлял все нужные контакты. Эскорт – это ведь девочки по вызову. Девочки, которые за деньги сделают все. Видимо, Воронина ушла в отставку.

— Алло, эскорт-услуги «Чародейка».

— Добрый день, это приемная Шароева…

— Заказ?

— Да.

— Время, имя?

— Марина, в шесть, в офис.

— Как в прошлый раз?

Я задумываюсь. Без понятия, что там было в прошлый раз. Сексуальная жизнь тирановича мне в последнюю очередь интересна. Можно, наверное, заказать допуслугу, типа плеточек, зажимов для сосков.…Для мужских сосков и плеточку для мужской задницы, чтобы всякая хрень из головы вылетела. Красочно представляю, как черная кожа касается ягодиц шефа, как зажимы стискивают его соски, делая их более чувствительными. Эх… Эпичное зрелище.

— Как в прошлый раз.

Пусть начальник развлекается, как привык. Может, полегчает и на душе, и в яйцах. Единственное, что меня радует, это я сегодня свалю домой пораньше, не буду перерабатывать.

Идея свалить пораньше домой, не воплощается. Тахирович грузит меня работой до такой степени, что у меня нет и минутки перевести дыхание. Принеси, проверь, отправь, отнеси – это малое, что слышу от него за последние часы.

Ровно в шесть на пороге появляется чудо дивное. В хорошем смысле. Я даже не сразу соображаю, кто она такая и зачем явилась. Высокая, со смуглой кожей, платиновыми волосами, васильковыми глазами – смутно на меня похожа. Одета в кожаную юбку, белую футболку и косуха. Встреть ее на улице, в жизнь не подумала, чем она зарабатывает.

— Марина? – вопросительно смотрю на девушку. Она кивает. Я вздыхаю.

С такими внешними данными можно смело покорять модельные подиумы, а она предпочитает прогибаться под таких чмошников, как Шароев. Чмошник? А как его еще называть? Воронина тоже очень даже ничего. И чего этому кобелю не мнется, нашел бы себе преданную, влюбленную дуру и трахался в удовольствия, экономя деньги и оберегая свое здоровье. Презервативы тоже не панацея от разных зараз.

— Проходите в кабинет, вас ожидают, - киваю на дверь, сама выключаю компьютер. Мое присутствие никому не нужно, босс будет занят, да рабочий день подходит к концу.

Марина скрывается в кабинете, я хватаю сумочку и на цыпочках, словно меня могут услышать и остановить, семеню на выход. Упс… Удача явно не на моей стороне. Дубовая дверь распахивается и перед глазами нарисовывается шеф.

— Куда пошла? Я тебя не отпускал!

— Что? – хлопаю глазами, разглядывая мрачное лицо Маратовича.

— Заходи, - приказывает, отступая в сторону, чтобы я прошла, но я стою на месте, недоверчиво косясь то на начальство, то на дверь кабинета.

— Я вам еще нужная? Думаю, что незаконченная работа может подождать до завтра, у вас сейчас более интересное занятие, - растягиваю губы в вежливую улыбку и бочком двигаюсь на выход.

— Иванова! – грозный рык останавливает меня, заставляет съежиться и испуганно вскинуть глаза на тирана этого недоделанного. – В кабинет! – чеканит.

— Зачем? Свечку держать? – блею тоненьким голоском, но Шароев явно не в духе. Он шагает ко мне, хватает за шкирку, как непослушного котенка, и затаскивает в кабинет.

Я чуть в обморок не падаю, увидев возле дивана почти раздетую Марину. Не держи меня Тахирович, точно бы осела на пол. Босс никак не реагирует на полуголую девицу, тащит к своему столу, разворачивает свой трон и сажает меня, а потом задвигает.

Я в ступоре. Не понимаю, что происходит, при этом чувствую, как ужас накатывает на меня волнообразно. К горлу подступает приступ тошноты. Перед глазами то и дело пляшут мушки. Мне настолько плохо, что откатываюсь назад и привстаю.

— Сидеть! – рявкает Шароев, я как послушная собачка сажусь и зажмуриваюсь на секунду. Это все сон. Это не может быть реальность.

Когда открываю глаза, к сожалению, картинка не рассеивается. Марат Тахирович направляется к Марине, та уже снимает с себя трусики, поворачивается к боссу и улыбается ему. Приветливо, без тени смущения и страха. Тиран хватает ее за руку, разворачивает к столу так, что девушка оказывается ко мне спиной. Я хочу того или нет, разглядываю ее с ног до головы. Со спины выглядит очень даже ничего. Что она делает с шефом, вариантов не сильно много. Стараюсь не думать о том, что вижу, пытаюсь вырубить щитки своего сознания. Когда Марина внезапно, опираясь об стол, начинает приседать, я хватаю ртом воздух. Она, кажется, собирается сейчас этому мерзавцу делать минет на моих глазах. И пусть мне видна только ее белокурая голова, все слишком понятно, что она делает там.

Сказать, что я прифигела, ничего не сказать. Мне будто демо-версию порно включили без моего согласия. И по какой-то непонятной причине, даже глаза не удается закрыть. Я смотрю на движущуюся голову Марины, но почему-то рот наполняется слюной у меня. Вскидываю глаза на шефа-эксгибициониста. Он смотрит в упор на меня. Не моргает. Даже на расстоянии вижу, какие у него сейчас черные глазища. В них одна похоть. Откровенная, неприятная, порочная. Марат не отрывает от меня пристального взгляда. Зубы сжаты, губы приоткрыты, ноздри расширены, судя по медленно вздымавшейся и опускавшейся груди, дыхание затрудненно.

Какого хрена.… Это ненормально. Я не должна здесь находиться и видеть такое. Поведение Тахировича переходит все мысленные и не мысленные моральные границы. Вскакиваю на ноги, озираюсь по сторонам.

— Сидеть! – цыкает приказанным тоном Шароев.

Его тон молотком вбивает меня в его кресло. Я хочу развернуться к стене, чтобы не видеть эту похотливую вакханалию, но руки настолько дрожат и не слушается, что ничего не выходит. Вновь смотрю на Марата и Марину.

Тахирович хватает девушку за голову, рывком поднимает и бесцеремонно разворачивает ее ко мне лицом. Голубые глаза равнодушно на меня смотрят. Похоже, ей абсолютно плевать на невольного зрителя. Она послушно ложится на стол. Я вновь лицезрю ее макушку, вытянутые руки по краям с ярко-красным маникюром. Сам шеф-придурок прицеливался, в конце концов, нацелился и вошел в блондинку. Кусаю изнутри щеку, ломаю себе пальцы, пытаюсь не смотреть на этих двоих бесстыдников. Ладно, Марина, профессия обязывает быть раскрепощённой, но Шароев куда? Не мальчик чай, чтобы не контролировать свои гормоны.

И все же я становлюсь свидетелем этой порнографии. Тахирович двигается медленно, вращательно. Опирается кулаками об столешницу по обе стороны от распластанного тела. Замечаю сквозь белую рубашку напряженные мышцы. Он сосредоточен. Марина в такт ему подмахивает своим задом.

Внутри меня все звенит от возмущения. Я то закрываю глаза, считаю до пяти, то открываю глаза, надеясь, что этот кошмар кончится вот-вот. Однако, ощущение такое, что время застыло в этом кабинете.

Марат меняет темп движений. Ускоряется. Вдруг поднимает глаза и смотрит в упор на меня. Смотрит исподлобья. Взгляд тяжелый, мне кажется местами безумный. Так смотрят люди, по которым плачет психушка. Или эти… Маньяки. Аж мурашки по коже.

Мы смотрим, друг на друга, не мигаем. Это как гипноз. В груди становится тесно и жарко от этих гляделок. Дышу тяжело, словно не на полную мощность наполняю свои легкие кислородом. А может мне просто душно в этом кабинете. Однако, я понимаю, от чего мне не по себе. Тахирович смотрит на меня таким взглядом, из-за которого я покрываюсь испариной, сжимаю ноги, стискиваю кулаки. Он смотрит на меня так, будто не Марину сейчас трахает, а меня. Глазами.

Вот бы лишиться чувств. Думаю полчаса пробыть в отключке самое лучшее решение в сложившейся ситуации. А еще лучше умереть и воскреснуть в другом времени, в другом городе, а лучше в другой стране, чтобы в жизнь не пересечься с этим дьяволом в обличье человека.

Хватаю себя за шею. Удушить бы своими руками. Увы, я не способна совершить самоубийство. Хватаюсь за голову. Еще бы. Тут такое творится, не сойти бы с ума. Психика моя точно уже повреждена как битый файл. В итоге закрываю ладонями глаза. Единственный способ не видеть этот ужас наяву. Мне до жути хочется визжать, кричать, чтобы кто-то в панике ворвался в кабинет и остановил это безумие. Однако из моего горла и звука не вырывается. Я ору мысленно, меня естественно никто не слышит. Однако слышу все я: поскрипывание мебели, тяжелое дыхания, хриплый голос с командными нотками:

— Смотри на меня!