Глава 17

Вероника

С самого утра близнецы начали спешно собираться. К чему такая суета я так и не поняла. Но я с интересом наблюдала, лёжа на кровати, как они быстро перемещаются по комнате туда-сюда — от ванны к шкафу и обратно, что у меня даже в глазах зарябило, если честно.

— Ники, хватит валяться. У нас через два часа самолёт. Быстро вставай и одевайся, — деловито скомандовал Алекс.

Он затянул галстук, накинул на себя пиджак и, улыбнувшись мне, направился к двери.

— Тебе ещё нужно позавтракать как следует, — остановился у самой двери и обернулся. — Думаю… лучше донор, чем кровь из пакета.

Я тут же сморщила носик и посмотрела на него таким умоляющим взглядом, который сам за себя говорил абсолютно без слов: «А может не надо?».

— Надо, сладенькая… Надо! — безапелляционно заявил Алекс. — Ты же не собираешься морить голодом наших малышей из-за собственных предрассудков?

— Я… Нет. Я… просто…

Вспомнились слова Иво о том, что наши дети будут синтхарры и им, скорее всего, уже сейчас нужна кровь. А я наивно решила, что та рыжая девушка была первым и последним человеком, которого я кусала.

М-да. И кусать никого не хочется и детишек морить голодом я не смогу. Бли-и-н! Вот же засада!

— Ладно, — буркнула я, вставая с кровати.

— Вот и умница, — довольно улыбнулся Алекс. — Жду вас внизу.

Я подошла к шкафу и раздражённо распахнула дверцы.

Что надеть? Нечего надеть. Зашибись!

— И в чём я, по-вашему, должна ехать? В халатике?! — недовольно заворчала я.

Чувствую, как во мне вновь начинает просыпаться зверь. Вроде бы что такого? Мелочь. А для женщины настоящая трагедия.

Резко разворачиваюсь и тут же натыкаюсь носом на пакет с броской кричащей эмблемой Dolce&Gabbana, который Ник держит в руках.

— Заказал вчера для тебя. Подумал, что должно пригодиться, — всунул мне пакет в руки и прежде чем уйти чмокнул в макушку. — Одевайся и спускайся вниз.

— Ник, — окликнула я его. — Я вчера так и не спросила, что вы решили насчёт Анатолия Сергеевича?

Николас остановился и немного нахмурился, обдумывая ответ.

— С ним всё будет хорошо, малышка. Не волнуйся. Расскажу тебе об этом в самолёте. Одевайся, — жестом указал на пакет.

Рассуждать долго не стала, быстро переоделась и спустилась вниз.

Уже сидя в самолёте, когда Николас рассказал мне о том, что предложил Михаил по поводу Немирова, я задумалась. Почему он это предложил? Не понимаю его мотивов. Может из-за Вари?

Что-то Варька всё-таки темнила насчёт их отношений. Так и недоговаривала до конца. Когда они успели сблизиться? И что было между ними? Ведь не зря же она была сама не своя в его присутствии.

Ох, Варя-Варя! Неужели никогда теперь не узнаю правду?

А дальше жизнь понеслась своей чередой. Мы прилетели в Сиэтл и поселились в поместье клана Де Валлар. Поместье находилось где-то на окраине Сиэтла. Огромная территория в несколько гектаров земли, огороженная и охраняемая от нежеланных посетителей, в самом центре которой находился большой двухэтажный особняк. Красотища там неописуемая. А главное, есть где вдоволь побегать, чтобы потренироваться управлять своей суперскоростью и не набить шишек.

По приезду, увидев довольную физиономию Эрика, встречающего нас у парадного входа, я обнажила клыки и посмотрела на него ТАК «радостно», что он потом месяца три в поместье носа не показывал. Странно, да?

Берга и Миллера обратили в вампиров, а примерно через месяц их… В общем, нет больше их. Даже не знаю, заслужили они такой конец или нет. Но, когда Николас рассказал, что они творили ради достижения своих целей и что ещё собирались совершить, жалости я к ним больше не испытывала.

Анатолий Сергеевич после тщательной прочистки мозгов стал работать на первородных. Тайно, конечно. Никто об этом не знал, даже его семья.

С помощью Немирова первородным удалось раскрыть большой заговор против вампиров и устранить их зачинщиков.

Варя, вернувшись домой, продолжила свою размеренную жизнь. Окончила университет и получила диплом журналиста.

Спросите откуда я всё знаю? А вот откуда. Когда мы приехали в поместье Де Валлар я сообщила близнецам, что не намерена хоронить себя заживо и прятаться от всего мира.

Да, я теперь вампир. И что?

Это же не приговор!

В наше время вампиры спокойно живут среди людей и даже неплохо процветают. Так чем же я хуже? Почему я должна скрывать своё существование от близких мне людей?

Я долго думала над этим и пришла к выводу, что просто не смогу спокойно жить дальше эти бесконечные тысячелетия, если ещё раз не увижу маму, не услышу её голос и не смогу обнять её. У меня каждый раз рвалось сердце на части, когда я представляла, как она страдает и плачет, оплакивая свою пропавшую дочь.

Но пока это только мечты. Реально увидеться я с ней не могу из-за своей повышенной кровожадности. Но я стараюсь… Стараюсь изо всех сил, чтобы поскорее преодолеть эту тягу к человеческой крови, научиться её контролировать и не бросаться на всех людей как голодный зверь.

Ник и Алекс мне помогают. Они всегда рядом, когда дело доходит до кормёжки. Даже самой смешно, но этот процесс по-другому я назвать не могу.

Вы себе даже не представляете, сколько я уже доноров перекусала, прежде чем сама научилась останавливаться, не доводя человека до критичного обескровливания.

Ну, так вот, к чему я всё это. В общем, пока я не научилась полностью себя контролировать, я решила общаться с мамой и с Варей по видеосвязи. Интернет — хорошая штука! Даже находясь за тридевять земель, ты чувствуешь, что ты почти рядом с человеком, который тебе дорог.

Близнецы восприняли эту идею позитивно и с радостью предоставили мне компьютер.

«Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не грустило».

Эту фразу ляпнул Алекс, когда настраивал мне скайп, за что получил мой благодарный поцелуй.

С отцом, к сожалению, мне таким же способом поговорить не позволили, мотивируя всё теми же причинами: исследования, стресс, срыв проекта и всё такое.

Когда первый раз вышла на видеосвязь с Варей, она сначала очень удивилась, а потом буквально визжала мне в экран, как же она рада меня видеть.

А мама…

Мама тихо плакала, пока я рассказывала ей о том, что же со мной случилось, и что теперь всё хорошо, даже просто замечательно. Говорила о том, как сильно хочу её увидеть, но пока не могу. Не могу, потому что боюсь неосознанно причинить вред ей и маленькому Сэму. Говорила о том, как скучаю по ним, и мечтаю, что скоро смогу их обнять… без страха за их жизни. А мама улыбалась и кивала, глотая слёзы. И говорила, что она так счастлива, что я жива и невредима, что ей абсолютно неважно, кем я теперь стала.

«Будь ты хоть вампиром, хоть… оборотнем, — усмехнулась она. — Это неважно, Ники. Главное, что ты жива».

Её слова были для меня, как бальзам на израненную душу. Я очень переживала за то, как она воспримет тот факт, что я теперь не человек.

Возненавидит? Не поймёт? Не примет?

Но все мои опасения были стёрты одной её улыбкой и глазами, сверкающими счастьем.

С Варей мы общались почти каждый день. И если честно, то мне её очень сильно не хватало.

Варя рассказывала мне о своей жизни, а я ей о своей. Оказывается, что Михаил стёр не все воспоминания из её памяти, а в основном только те, что были связаны с Эриком. В её глазах больше не было страха перед вампирами и это меня радовало.

Беременность моя протекала на удивление очень хорошо, без каких-либо осложнений. Малыши росли в животике не по дням, а по часам. И вскоре уже начали активно пинаться. А когда это произошло, радости близнецов не было предела. После этого они с меня буквально пылинки сдували и тряслись надо мной так, словно я была хрустальной вазой. Честное слово! Даже раздражать начинало. Но я молчала и улыбалась, так как прекрасно понимала, что клыкастики, наверное, всё-таки волнуются, ведь папочками они станут впервые.

Иво был у нас довольно частым гостем. Делал мне УЗИ, проводил какие-то обследования, в общем, следил за развитием беременности.

Кстати, забыла сказать. Приступы неконтролируемой ярости и злости в течение беременности стали постепенно сходить на нет, и к концу срока я вообще стала ласковой и пушистой киской. Даже удивительно.

Иво сказал, что это, скорее всего, влияние моей беременности. Возможно, малыши влияют на меня на каком-то генетическом уровне, заранее готовя к роли матери. Это один большой и жирный плюс моей беременности. В остальном всё осталось по-прежнему, клыки никуда не делись, а жажда тем более. Потребность в крови с каждым днём только возрастала всё больше и больше. Я пила кровь из пакетов, из доноров, но мне всегда было мало.

Сидим как-то на кухне втроём. Я тогда была на пятом месяце, и мне до ужаса приспичило крови, прямо посреди ночи. Ну, вы понимаете, я же всё-таки беременная, а беременным не отказывают.

Ну, так вот, сидим за столом, я приговариваю уже третий пакет с кровью, а Ник внимательно так на меня смотрит, на его губах блуждает довольная улыбка, а потом он вдруг совершенно серьёзно говорит:

— А ты не лопнешь, деточка?

Я чуть не подавилась последним глотком и растерянно посмотрела на Ника.

— Что?

— Не обращай внимания на этого придурка. Пей, сладенькая… пей, — усмехнулся Алекс.

К началу родов я была похожа на большого бегемотика, как и пророчила Варя. Для меня собрали целый штат врачей — гинекологи, акушеры. И все люди. Представляете?! Оказывается, среди вампиров не нашлось ни одного акушера-гинеколога. Просто раньше они были им без надобности (ведь вампиры не рожают), поэтому их и не обращали. Но сейчас первородные всерьёз задумались над этим вопросом.

Ну и наконец настал сей радостный момент, когда меня скрутило от схваток.

Роды проходили…

Боже, даже вспоминать об этом не хочу!

В общем, пока я родила, насмерть перепугала всех врачей своими длинными острыми клыками. Рожающую вампиршу они точно не ожидали увидеть. Ну ни как!

А теперь о хорошем. У нас родились две прекрасные малышки. Они были такие хорошенькие, что даже словами передать не могу.

Девочки были двойняшками и были совершенно разные. Одна была с милым золотистым пушком на голове, и мы назвали её Миланой, а вторая с тёмно-каштановыми волосиками, прямо как у папочек. Алекс сразу сказал, что будет Алисой и никак иначе.

Как выяснилось, малышки действительно оказались синтхаррами, потому что родились уже с маленькими крохотными клычками и очень даже любили полакомиться кровью, пока, слава Богу, только из бутылочки.

Вот такое у нас замечательное пополнение в семействе клыкастиков.