Глава 5
— Ты снова хочешь спорить?! — стальным голосом уточнил начальник.
— Я хочу рекомендовать вам, — Клим старательно выравнивал дыхание, — не торопиться. Возможно, она просто наврала.
Дядя помолчал.
— Я понимаю твою досаду, сынок, — проговорил он, — ты проделал определенную работу. Признаюсь, мы не учли тот момент, что их семейные отношения могут быть далеки от традиционных. Люди навели справки, и действительно — Спасский всегда гнобил дочь. Об этом знали и в школе, и в институте. Даже их бывшая горничная подтвердила.
— А раньше вы не могли…
— Не зарывайся, — рекомендовал Климу начальник, — это для тебя дело основное. У мозгового центра их десятки. Ты получишь свои деньги, а к ученому мы подумаем, как подобраться. Просто убери девчонку, это ведь изначально входило в твои обязанности.
— Этого не было в плане! Зачем ее убивать?!
— Ты там не выпил? — поинтересовался родственник. — Она видела тебя, Федю, квартиру. А теперь еще знает, что ты далеко не один.
— Благодаря Федору! Почему бы тебе не убрать его?
Даже в детстве Клим не говорил с дядей так смело. Тот, видимо, тоже удивился.
— Мальчик — сын моего друга. А друзья — наше все. Ты не завел друзей, Клим, не завел семью. Потому ты такой злой и жестокий. Я все сказал, сделай дело и отправляйся в свою квартиру и постель, пригласи девушку…
— Нет!
Несколько секунд они молчали.
— Я против, — не своим, но твердым голосом сказал Клим, — нужно хотя бы попробовать предъявить отцу Стеллы те видео, которые я снял. В конце концов работа не самая обычная. Не хочется думать, что я был в роли порноактера зря. Дядя! Это мое дело, у меня есть опыт. Я хочу хоть раз поучаствовать в принятии решений.
Дядя усмехнулся.
— Ты весь в отца, сынок, — в тоне проскочило презрение, — он тоже был смел рядом с женщинами. Хорошо, я подумаю над твоим предложением. Пока все остается, как есть.
Клим услышал короткие гудки и бросил мобильный на стол. Его разрывали настолько смешанные эмоции, что он даже не хотел их анализировать. От желания прямо сейчас сбежать со Стеллой в другую страну до намерения покончить с ней и не быть как отец. Хотя второе, конечно, было маловероятно.
Он не заметил, как она подошла сзади.
— Ты не убьешь меня?
Тихо и искренне. Его сейчас спрашивала не дочь злейшего врага, не циничная избалованная сучка. С ним говорила девушка, от прикосновений к которой он дрожал. Та, что кормила его горячей едой и шутила с ним на кухне. В сердце словно вогнали свинцовый штырь.
— Нет.
Она усмехнулась.
— Врешь.
— Я умею держать слово.
Это было правдой. Врал он редко, почти никогда. Клим никак не мог забыть веселое лицо отца на дне рождения дяди. Как тот лицемерно щебетал о своих планах. Клим ненавидел вранье. В работе он мог лишь что-то недоговорить ради самосохранения.
Он, правда, не думал, что лишит жизни дочь Спасского. Чем им могла помешать эта конфетка? Они живут не в криминальном сериале, где мочат направо и налево всех свидетелей. Почему дядя закусился на теме ее смерти, Клим не понимал.
— Расскажи мне о себе?.. — вдруг попросила девушка.
— Что?.. — Клим изумился.
— Ты с детства мечтал убивать?
— О таком не грезят, лежа в пижамке с мишками, — хмыкнул Клим.
— Тогда что тебя заставляет этим заниматься? — Стелла не прекращала.
— Слушай, ты и так уже слишком много знаешь, — строго проговорил мужчина, — хочешь еще?
Она пожала плечами.
— Может быть, ты первый человек, который мне интересен, — серьезно ответила она, — тебя ведь давно напрягает твоя жизнь? Мм? Тебя задолбало ходить под твоим начальством. Быть просто хлопалкой для неугодных мух?
— Решила поиграть в психолога? — Клим на самом деле засмеялся. — Не зарывайся. До тебя я спокойно делал свое дело.
— А теперь? — она подошла ближе. — Чем я особенна, почему моя семья именно твоя задача? Ты так сказал своему командиру. Поговори со мной, Клим.
Ее мягкий голос окутывал его, словно бархат. В душе встрепенулись давно парализованные нотки — так говорила с ним мама. К чему лицемерить, со Стеллой Клим давно отошел от привычной системы.
— Тогда делай чай, — велел он, — и не клади туда перец или соль, пожалуйста.
Девушка закатила глаза и зашагала к кухне. Клим двинулся следом.
— Значит, твой отец жил с моей матерью? — резюмировала рассказ мужчины Стелла.
— Да, только она ею еще не была. Ему она не захотела рожать детей, ссылалась на учебу.
Девушка кивнула.
— Возможно, к лучшему, — сделала она вывод, — была бы загублена еще одна невинная жизнь.
— Я поклялся отомстить твоему отцу, — продолжил мужчина, — ты в мои планы не входила, я даже не думал о ее и его детях.
Она нахмурилась.
— Почему ты не убил его?
— Слишком просто, — пояснил Клим, — я хотел лишить его всего, как он лишил меня.
Стелла покачала головой.
— У нас есть схема, по которой мы отберем у него главное. Но об этом я не могу тебе рассказать.
Девушка встала и отошла к окну.
— Бедный, бедный мальчик, — медленно произнесла она, — доставалось тебе от дядюшки? Ты назначил главного врага в детстве, но… Ведь это было только решение твоего отца.
— Замолчи!
Слова ударили ему в виски. Он не был готов разбираться с занозой, которая сидела в сердце всю жизнь и уже стала частью его организма.
— Шш…
Стелла обошла его сзади, и горячей кожей головы он почувствовал холодные пальчики. Она провела несколько нежных линий ото лба к затылку, помассировала его виски. Он растворялся в ее прикосновениях и окончательно предавал себя.
Боль отступила. Хотелось встать, повернуться, впиться в пухлые губы. Но она не давала, продолжала держать его в плену ласковых рук. Он едва не стонал, невинные поглаживания вызвали сильнейший стояк. И Клим настолько не помнил себя, что даже не скрывал возбуждение. Он закрыл глаза и хрипло дышал.
Клим развернулся, опустил ладони на изгиб ее талии. Стройное женское тело подалось вперед. Он приподнял край ее футболки, большими пальцами скользнул по бархатистой коже животика. Стелла сделала глубокий вдох. Ее тоже волновали его прикосновения, от этой мысли возбуждение накрыло Клима лавиной.
Он снял с нее трикотажную одежду, осторожно усадил к себе на колени. Мужчина действовал медленно, словно боялся спугнуть ее согласие. Но она не думала сопротивляться, лишь крепко впивалась в его плечи и выгибалась, пока он жадными поцелуями очерчивал ее ключицы.
Клим прикоснулся губами к шее своей «жертвы». Кожа ее была тонкой и нежной, через нее так четко прослушивался ускоряющийся пульс. Он с наслаждением всасывал кожицу, ощущал легкий запах своего геля для душа и чуть солоноватый вкус. Девушка уже начала тихо постанывать, терлась промежностью о его изнывающий пах.
Ему хотелось почувствовать ее возбуждение. Он не смог себе отказать и опустил руку в ее трусики. Пальцы тут же утонули в горячей влаге. Клим нащупал подушечками нежный клитор, помассировал и оттянул чувствительный бугорок. Звуки из нутра Стеллы стали громче.
Мужчина поднялся на ноги еще с ней на бедрах. Проигнорировал спальни и со своей ношей приблизился к дивану в гостиной. Светлый мягкий с короткой спинкой и шириной двуспальной кровати — то, что нужно. Клим опустил Стеллу на поверхность, тут же просунул руки ей под спину и справился с застежкой бюстгальтера.
С силой втянул ноздрями ее теплый запах и накрыл ртом сосок цвета молочного шоколада. Вкус ее груди был тоньше самой изысканной сладости. Он смаковал бархатистые ореолы. Довольно жмурился от громких криков и острых ноготков в спине. Она была почти на пике, когда он занялся второй частью белья.
Тонкие трусики оказались отброшенными на спинку, его глазам предстали гладкие сочащиеся лепестки. Она замерла, и он без труда устроился меж длинных ножек. Большим пальцем чуть раздвинул губки.
Сокровенная часть ее тела была цвета спелого разрумянившегося персика. Клима никогда не тянуло разглядывать женщину там и уж тем более ласкать ртом. Но сейчас ему хотелось ощупать глазами каждый нежный миллиметр. А вскоре к взгляду присоединился и язык.
Стелла поскуливала, хваталась руками за обивку дивана, скользила по его голове. Поджимала в исступлении изящные пальчики ног. Выгибалась, а потом напротив вжималась в мягкую мебель. От этой картины он возбудился бы даже мертвым, а уж сейчас его член стоял как каменный. Но отчего-то мужчине хотелось прежде довести до оргазма ее.
Он решил усилить ее ощущения и двумя пальцами проник в лоно. Но на пути руки внезапно встала преграда. Кончики пальцев плотно охватила эластичная кожица. Сейчас Стелла полностью расслаблена и открыта для него. Неужели она…
— Ты девственница?!
Клим подскочил с дивана. Даже пенис, казалось, слегка опал.
— Тебя это пугает? — хрипло поинтересовалась девушка.
Мужчина закашлялся.
— Нет… Но… Не нужно тогда.
Он никак не мог собраться от вида ее распластанной на широкой поверхности. С торчащими сосками и истекающей смазкой. Каких усилий ему стоило сейчас тормознуть!
— Сделай это, Клим.
Она выглядела спокойной и уверенной. Что за?
— Ты должна лишиться невинности с другим человеком.
Его член явно был не согласен и болезненно заныл.
— Ты первый мужчина, которого я захотела, — тяжело дыша, призналась она, — так будь первым во всем. Иди сюда.
Сам Клим куском камня явно не был и большего призыва не потребовалось. Хотя ему все равно пришлось ее оставить, чтобы взять презерватив. Надев защиту, он вновь склонился над девушкой. Она доверчиво смотрела на него, была такой юной и хрупкой. Из головы пропали все мысли, осталось лишь желание овладеть ею.
Он еще раз раздвинул ее ноги. Согнул в коленях, чуть приподнял и подвинул ее к краю дивана. Провел головкой пениса по теплой мокрой плоти. С ее губ сорвался стон, он тоже едва не зарычал от удовольствия. Притянул ее к себе, вошел быстрым толчком. Появилась кровь, но немного. Стелла захныкала.
Оставаясь в ней, мужчина приблизился губами к лицу.
— Скоро боль уйдет, — прошептал он ей на ухо.
Девушка только кивнула. Ее глаза увлажнились, но она не вырывалась, полностью доверяя ему. Клим смотрел на ее личико и окончательно понимал — не только в постели, но и в жизни он сейчас должен взять за нее ответственность. Она всего лишь молодая глупышка. Напыщенная с виду но ласковая и нежная, добрая, человечная. А еще красивая и сексуальная, черт подери.
Следующие движения в ней он проделал максимально нежно. Ласкал грудь, набухший клитор. Она еще стонала больше от боли, но он все же ощутил судорогу ее оргазма вокруг своего члена. Отпустил себя и сильно кончил в презерватив.
Когда они смогли нормально дышать, Клим отвел Элю в ванную. Почему-то теперь ему хотелось так ее называть, хотя бы внутренне. Он тоже постоял под струями, когда она уже ушла к себе в спальню, завернувшись в халат. Мужчина не понимал, что творится в душе девушки и не трогал ее пока. Но едва сам лег на кровать в своей комнате, дверь тихонько скрипнула.
Она скинула халат и юркнула к нему под одеяло. Устроилась на его груди, прижавшись прохладными сосками. Он уже не чувствовал возбуждение, только странную щекочущую нежность. Эля тихонько вздохнула.
— Что вам нужно от моего отца?
— Я хочу мести, — еще раз признался Клим.
— А те, кто стоит над тобой? — не успокоилась девушка. — Не поверю, что вся ваша система впряглась за твоего папочку. Прости.
Клим немного помолчал.
— Ты соображаешь, но чем меньше ты знаешь, тем лучше.
Она усмехнулась.
— В моей ситуации что-то может быть лучшим? Меня могут убить в любой момент.
— Нет!
Больше всего на свете он сейчас хотел, чтобы она ему верила. Даже наказание ее отца ушло на второй план.
— Что ты чувствуешь ко мне?
Ему хотелось рычать от негромкого вопроса. Почему женщинам все время нужно выяснить отношения?! Неужели непонятно, что она засела в нем глубокой занозой? Ей хочется признания в любви?
— Эля, давай спать.
Он сгреб ее в охапку и перекрыл возражения об имени глубоким поцелуем.
***
Стелла проснулась раньше Клима, высвободилась из крепких объятий. Хотелось побыть несколько минут наедине с самой собой, а то с ним рядом мозг снова начнет выкидывать номера. Какую же похоть он разжег в ней вчера… Впрочем, здесь было не только это.
Она должна была ненавидеть его, ведь он вел себя с ней как преступник. Шантажировал, был не прочь развлечься с ней в постели ради мести ее отцу. Он вел себя как скотина, и все, что она должна чувствовать к нему, — лишь омерзение. Но сейчас в ней сидело другое…
Стелла не помнила человека, которому было бы на нее не плевать. Она не брала в расчет нянек, которые отвечали за ее безопасность головой и кошельком. Не якобы друзей, на вечеринки которых она привлекала народ. Не молодых похотливых сокурсников.
Клим обещает сохранить ей жизнь, кормит ее свежей едой. Вчера не оттрахал для своего удовлетворения, а ласкал с упоением. Не хотел трогать ее невинность, и не из брезгливости. Он подумал об ее эмоциях.
Девушка обняла себя руками и села на подоконник на кухне. Она вспомнила, как ощущала себя под ним — покоренной его силе, опыту. Впервые она отдалась кому-то целиком и полностью. (3303c)
Тело еще болело от непривычных ощущений, но ей уже хотелось повторить эту близость. Чтобы он двигался в ней сильнее. Она тоже желала трогать и ласкать его везде. Стелла до боли прикусила губу. О чем она думает на пороге гибели?
Стелла приготовила завтрак из остатков яиц и колбасы, заварила кофе. Девушка уже хотела заглянуть к Климу, но тот сам появился на пороге. Меж бровей мужчины пролегла морщинка. Он жалеет о вчерашнем? Однако когда тот заговорил, она поняла, дело не в этом.
— Послезавтра презентация и открытие очередной аптечной сети твоего отца. Дядя хочет устроить вам там очную ставку.