Глава 33

Наташа

Довольно эмоционально высказываюсь по поводу эффективности их работы, ставлю под сомнение их компетентность. Мужчины виновато меня выслушивают. Но меня это не успокаивает. Этот их прокол мог привести к беде. Или их уверенность, что они приехали на прогулку за город, приведет к беде в следующий раз.

Предложение о приставах отметаю сразу. Я цела и невредима, в туалете нет и не может быть видеонаблюдения, Макар скажет, что перепутал туалеты. Я знаю, что все именно так и будет, поэтому тратить силы на безрезультативные действия не собираюсь.

По дороге домой мне звонит Яша. В двух словах рассказываю ему о суде. И о проколе рекомендованных им людей тоже. В моем положении не до широких жестов. Он не отмахивается от моих слов, а говорит, что сменит людей, которые оплошали. Так и тянет съязвить, но удерживаю себя в руках. Не надо быть чрезмерно ядовитой. Это отталкивает людей.

Сожалений, что так поступила в отношении Константина и его напарника, не чувствую. За косяки всегда приходится платить.

Дома иду сначала к детям. Им интересно, как все прошло. Отделываюсь общими фразами. И только с Егором могу позволить себе поговорить более откровенно, когда мы остаемся пить чай с ним на кухне вдвоем.

Но он меня огорошивает:

-Отец звонил, говорил, что соскучился. Хочет увидеться.

Макар, конечно, всё еще их отец. И когда всё закончится, я не буду вмешиваться в их взаимоотношения, но не сейчас.

-Нет, - срывается с моих губ категорично.

-Ты собираешься запрещать нам общаться? - вопрос Егора звучит как упрек.

-Соня оставалась с отцом. Чем это закончилось, ты помнишь. Я не доверяю Макару. У меня есть причины. И очень советую прислушаться ко мне. Я не на пустом месте стала настолько осторожной, - мой ответ острый и неудобный, однако какой есть. Ничего другого я пока предложить не могу.

-Ясно. Я тебя услышал. Никогда не думал, что дойдет до такого.

-Егор, жизнь - это не развлекательный центр, в котором ты только и делаешь, что выбираешь развлечения. И люди, которые нас окружают, даже самые близкие, не всегда ставят нас на первое место. Мне эта истина тоже далась нелегко.

-Хорошо, подождем завершения судебного процесса.

Всё-таки, когда привыкаешь, что в твоей жизни все правильно, так, как надо, то, когда эта самая жизнь внезапно сходит с рельс, словно поезд при крушение, это очень трудно принять. Но необходимо.

Оставшись одна, звоню Саркисяну. Я далека от мыслей, что сегодня заседание так прошло случайно. Понятно, что в его ход вмешался кто-то очень влиятельный. Яша, конечно, занимает высокий пост, но не такой, чтобы указывать кому-то из судейских. А вот Саркисяна вполне могли послушать. Противоречить ему явно никто не решится. Все, кто когда-нибудь отваживались на подобное безрассудство, расставались со своими удобными креслами. Причем не по доброй воле.

Голос мужчины по телефону излучает благодушие до такой степени, что я чувствую себя пойманной в силки птичкой. Но всё равно еду на встречу. По меньшей мере нужно выслушать, что ему от меня надо. А потом уже думать, как выкручиваться.

Тихое кафе на набережной. Воздух пахнет уходящим летом и речной водой. Прямо у кромки реки стоит беседка, в которой я вижу человека, с которым пришла встретиться. Он поднимается мне навстречу.

-Здравствуйте, Наталия Васильевна. Рад, что несмотря на тяжелый день, Вы смогли уделить мне время.

Киваю в ответ на его слова.

-Добрый день, Артур Самвелович. Хотела поблагодарить Вас лично за помощь в этой щекотливой ситуации.

Машет рукой, как будто я говорю о чем-то несущественном. Но и он, и я знаем - это не так.

-Как в суде всё прошло?

-Хорошо.

Он отодвигает для меня стул. Я присаживаюсь. На столе чай в белом, фарфором чайнике, чайные чашки, фрукты, конфеты.

-Чай со мной попьете? Предложил бы отпраздновать Вашу победу, как полагается, но Вы же знаете - врачи запретили.

Артур Самвелович ростом чуть ниже меня, но довольно крупный, полный. Седина посеребрила его иссиня-черные волосы. Только взгляд остался прежним, жгучим, как красный перец. И в чем-то демоническим. Мне всегда хотелось с этим человеком быстрее распрощаться. У него была серьезная операция на сердце, как итог полный запрет на алкоголь. Для восточного мужчины это тяжело.

-Я поухаживаю. - останавливает меня, когда я приподнимаюсь, чтобы разлить чай по чашкам.

Делает это сам. Пододвигает мне одну. Пробую. Чай и правда вкусный. С бергамотом.

Какое-то время пьем молча, наслаждаясь тишиной и вкусом.

-Судья была очень лояльна, - говорит мне Саркисян, - Несмотря на сумму, которую предлагал ей Ваш муж.

Он выжидающе смотрит на меня.

-Что Вы хотите, Артур Самвелович? Только давайте без средневековых танцев.

-Мужиком бы тебе, Наташ, родиться, - переходит он на более неформальное общение.

-А если без лирики?

-Я хочу купить у тебя долю бизнеса, которую ты отсудишь у мужа.

Ну, вот и приехали. Одариваю его скептическим взглядом.

-Отсудишь, отсудишь, даже не сомневайся.

Его уверения означают почти 110 процентов успеха. Кроме одного подводного камня.

-За бесценок не отдам.

Качает головой, улыбаясь.

-Не боишься меня?

-Не настолько, чтобы подарить Вам мое благополучие, - смотрю ему прямо в глаза. Не знаю, что будет в случае нашего с ним конфликта, но что-то мне очень сильно надоели люди, желающие съездить к обедне на чужом горбу.

Он откидывается на спинку плетенного стула, складывает крупные ладони с толстыми будто сардельки пальцами на своего животе и рассматривает меня как какое-то диковинное чудо.

-На отца ты сильно похожа, дочка. Жаль, что нет его. Он бы никому не позволил тебя обидеть. Но как ты говоришь, продолжим без лирики. Если я дам рыночную цену, продашь?

Задумываюсь. Решать нужно сейчас. Второго шанса не будет. Остаться в одной компании с Макаром, принимать участие в управлении, следить чтобы они с отцом меня не обворовывали - нужно ли мне это? Нет. Макара следует вычеркнуть из моей жизни, чтобы он стал воспоминанием, а не постоянной составляющей. И место жительства лучше сменить. Так мне будет проще. И детям. Ели он захочет с ними общаться после развода, то найдет такую возможность. Если же нет, то на расстоянии это всё равно воспринимается легче. Так что смысл мне цепляться за прошлое и за то, что не случилось?

-Продам, - мой ответ звучит уверенно, - Но только в случае нормальных, адекватных условий.

-Я понял уже, - улыбается Саркисян, - Я думаю, мы поладим.

После столь оптимистичного прогноза мы с ним допиваем чай, разговаривая о погоде. Затем я прощаюсь и еду домой, удивляясь тому, что он не стал загонять меня в угол.

Мои размышления прерывает телефонный звонок. От Марка.

-Привет. Как ты? - ловлю себя на том, что мне нравится слушать его голос.

Потом встряхиваю головой и напоминаю сама себе, что я взрослая тетя, а не семнадцатилетняя девчонка.

-Нормально. Привет, - отвечаю осторожно.

-Я завтра приеду...

Это заявление рождает внутри меня панику.

-Но ты же собирался на следующей неделе.

-На следующей неделе у меня командировка, Наташа. Да и ты уже решила большинство своих важных дел.

Так и тянет спросить, откуда ему это известно.

-Марк, это не лучшая твоя идея.

-Тем не менее. Я завтра приеду, - опять давит. Да что же это такое?

-Хорошо. Пока, - и уже сама прерываю вызов. не дожидаясь его ответа.