Глава 24

Катя впервые состояла в таких постоянных отношениях.

Они всё делали вместе, и это было наполняло безумной радостью. Особенно Катя любила вечера, даже не полные секса, сколько «домашнего спокойствия». Стас продолжал работу над бюстом девушки, попутно делая наброски в своём альбоме, а Катя что-нибудь читала или слушала. Иногда она наблюдала за Стасом и отчего-то сравнивала со зверем. Сытым и довольным.

В какой-то момент их взгляды пересекались, и начиналось сумасшествие.

Руки Стаса, которые в её памяти, всего были сильными и причиняли боль, сейчас дарили невероятную нежность и наслаждения.

Она почти не возвращалась в свою квартирку, а Стас порой намекал, что пора перевозить вещи.

Пока зверь был спокоен её жизнь напоминала сладкий сериал.

Совместные походы за покупками делали их похожими на настоящих молодоженов в период бурного медового месяца. И Катя не видела  в этом никакой проблемы. Даже страх той смс притупился, недосказанность, и какая-то повисшая тягость от прошлого полностью стиралась из нового бытия.

– Сколько исполняется лет ребенку Вадима? – Стас катил тележку, когда они зашли в детский отдел.

Катя даже не знала, что дарить и до сих пор сомневалась, стоит ли ей вообще идти.

– Восемь.

– Уже большой, наверное, какую-нибудь приставку или химические домашние опыты.

– Это вряд ли, – уклончиво произнёс Стас, без интереса разглядывая машинки и прочие детские игрушки.

– Они так строги  с ним?

Кате, показалось, это странным.

– Нет, у Данила… так зовут мальчика, – пояснил Стас, – ДЦП, он не ходит и не  очень умеет говорить.

– Ох, – сочувственно протянула Катя.

Но такое случалось и не слишком редко. Вообще тех детей, что она видела на практике в больнице, ей всегда было безумно жаль, а родителей, не бросающих их и продолжающих бороться  с этим настоящими героями.

К тому же, Катя вспомнила, что Вадим говорил про какую-то реабилитацию.

– Да, – с сожалением кивнул Стас, – печальная история.

Они медленно шли между стеллажами с пестрыми детскими игрушками.

– Когда Вадик влюбился, он пришёл ко мне и сказал, что только теперь понимает меня, – Стас улыбнулся, – у них с Наташей не было ни свадьбы по правилам, ни вообще нормальных отношений.

– И это ты говоришь о «нормальных отношениях» – с улыбкой вздохнула Катя, чувствуя, на мгновение, что стало  душно.

– Поверь мне, – заверил Стас, – там настоящая пороховая бочка, чуть, что не так, бух – взрыв.

– И я так понимаю, что взрывается не Вадим.

Катя слегка приостановилась. На улице со вчерашнего дня погода не радовала. Заливал дождь, как будто смывая остатки не успевшего растаять снега. И в любом помещении становилось невыносимо жарко и душно.

Но не только это беспокоило Катю. Приступ внезапного головокружения на мгновения напугал.

– Что с тобой? – поддержал Стас, приобнимая её.

– Жарко, – выдохнула Катя, но ухватилась за его куртку, – так что там с Вадимом?

– Меня не волнует Вадим, ты вся бледная.

– Тебе кажется, – отвернулась Катя, – этот свет кого угодно превратит в вампира. Давай просто выйдем отсюда.

Катя вдохнула жадно свежего воздуха, когда они вышли на улицу. Пахло промозгло и сыро, но она словно ожила.

Катя не сразу осознала, что полностью использует Стаса как свою трость, да тот и не возражал.

– Может из-за того, что не поела сегодня с утра, – пробормотала Катя.

На смене она жутко вымоталась с тяжелыми пациентами и вредным начальством, который порой сам не знал, что им делать.

Стас вздохнул.

– Вот я и говорю, – подумай о другой профессии.

Катя не любила эту тему. Ей нравилась медицина, но она стала задумываться над тем, чтобы повысить свой статус от медсестры до врача. Но для этого нужно было идти заново учиться. Эти мысли начали посещать её после встряски с отцом Стаса.

В конце концов, будь она уважаемым врачом, он бы не посмел так с ней разговаривать.

Но скорее всего Стасу эта идея не понравится.

Они так и стояли, под навесом торгового центра, обнявшись, и Катя не ощущала никакого дискомфорта. Этот приступ прошёл также быстро, как и появился.

– Так что ты собирался подарить? – тихо спросила Катя, – и что подарить мне.

– Ничего не надо, ты же со мной идёшь.

– Нет, это не слишком красиво, – отрицательно качнула головой Катя.

– Я собирался оплатить им полный курс реабилитации, это им важнее.

Катя, конечно, не могла похвастаться такими финансами, но рациональность Стаса оценила.

– Тогда я подарю что-нибудь вкусное.

Лютный только одобрительно улыбнулся.

После неприятный приступ дурноты появился у Кати ближе к вечеру от запаха вареного мяса. Но всё вскоре прошло, не нагнав паники. Вот только всё это натолкнуло Катю на уж очень внезапную и шоковую мысль – ей нужен тест на беременность.

Хотя осечек у них было всего две, потом у Стаса всегда была пара пачек презервативов в запасе.

Но лучше было проверить.

Детские дни рождения не проходили вечерами, но тут их пригласили ближе к пяти. Катя немного волновалась, сжимая в руках торт, который она купила на заказ специально для детей. Хотя мандраж, больше был больше вызван её состоянием, чем волнением. Потому что ожидание и тайны нервировали.

В машине, когда они подъехали к одной из многоэтажек, Катя посмотрела на Стаса спросив, как будто, не могла найти времени лучше.

– А что ты думаешь о детях?

Стас отстегнул ремень безопасности, немного нахмурился и пожал плечами.

– Ничего не думаю, а что?

– Ну… хочешь ты и не хочешь… – осторожно спросила Катя.

Стас широко улыбнулся, склонился к ней, проведя рукой по лицу, и удержал за подбородок.

– Я настаиваю на их появлении и желательно такие же рыжие как ты.

Кате отчего-то стало смешно. Правда это или нет, но вдруг стало совершенно не важно. Она Стасу верила.

Он крепко запечатлел на её губах поцелуй, который обещал гораздо больше, но не было времени.

Стас разочаровано простонал, когда она не позволила залезть себе под юбку.

– Мы и так на час опоздали, – шепнула она ему.

Это было правдой, и Катя вряд ли смогла бы объяснить их растрепанную одежду и поплывший макияж, если бы Стас продолжил.

Когда они, наконец-то, достигли квартиры Соколова, тот открыл двери в каком-то непривычном для него образе папы, и Катя в который раз удивилась его переменам.

– Ну, наконец-то, ей богу Лютный, тебя надо таблетками с понижением либидо кормить, иначе Катька от тебя сдохнет.

Он сказал это таким дружеским тоном, будто Катя всю жизнь была с ним лучшей подружкой.

– Отрезать бы тебе язык, – шутливо произнес Стас, подталкивая её в квартиру.

К ним навстречу вышла жена или девушка Соколова, потому что история их свадьбы так и осталась для Кати секретом.

Низенькая, чересчур полноватая, но миловидная с аккуратным макияжем и длинными черными волосами. Она приветливо улыбнулась, забирая из рук Кати торт.

– Проходите, не обращайте внимание на этого дурака, он просто завидует.

– Любимая, ну не позорь меня.

Катя посмотрела на Стаса, который в знак поддержки подмигнул ей. И всё начиналось неплохо.

Из знакомых за столом Катя видела только Женю. Тот приветственно кивнул, казалось, из-за его габаритов одного стула ему было мало.

Вадим показал им их места, а потом подвёл к Дане. Мальчик был в специальном кресле и заинтересованно их разглядывал. Его волосы были такими же черными, как и у матери, а вот светлыми глазами он пошёл в Соколова.

Стас на удивление, не вел себя зажато или безразлично. Он, по-мужски, пожал тонкую руку мальчика, присел рядом, что-то рассказывал, про то что скоро его родители покатают его на пони. Катя стояла рядом и только кивала, видя на горящие радостью глаза ребёнка.

За столом тоже все говорили только о детях, и Катя невольно возвращалась к мыслям о тесте. Может это и ложная тревога? Потому что в этом полном запахе помещений её ничего не раздражало.

– А где Кирилл? – спросил, наклонившись Женя.

– Я звонил ему, он сказал, что занят, – ответил Вадим.

Стас молчал, посмотрел то на одного друга, то на второго.

– Не просыхает, – снова продолжил Вадя, обеспокоенно покачав головой.

Катя не знала в чём проблема Кирилла, но раньше он всегда был самым ведомым и злым в их компании.

Жена Вадима, Наташа оказалась очень приятной женщиной, которая старалась угодить всем и никого не оставить без внимания. Так что вскоре Катя перестала чувствовать себя напряженно, особенно в момент, когда Стас положил ей руку на колено ладонью вверх. Она не сразу поняла его жест, но потом, вложила свою руку, переплетая пальцы.

Наверное, уходить нужно было именно в этот самый момент, потому что, глядя друг на друга, оба понимали, чего хотят.

Но они задержались на последний десерт, хотя ни Стас, ни Катя есть его не хотели. И когда свечи были погашены, в двери позвонили. По шуму из прихожей сразу стало понятно, что хаос начался с порога.

Стас ощутимо напрягся, когда в комнату вошёл тот самый парень, которого Катя видела на кладбище. Сейчас он, показался ещё более запущенным. Значит, она была права, и это был Кирилл.

Тот мазнул пьяным взглядом по всем лицам, поймав её и широко улыбнулся.

– Ты… – он было ринулся к ней, но Вадим ухватил с резким:

– Не устраивай цирк в моем доме.

– Да ты же меня сам пригласил, брат, – как ни в чем не бывало заметил Кирилл и ринулся к имениннику, – Данечка, с днём рождения… дядя только без подарка, но… он за мной…

Он буквально запнулся о свои ноги и завалился на одного из гостей. Вадим резко отдёрнул его. Все начали подниматься, Данил плакать, а хозяйка материться так, что Катя никогда бы не подумала, что Наташа так умеет. Вот только Стас, так крепко вцепился в её руку, что ей показалось, она онемела.

– Я не просил тебя приходить вдрызг пьяным.

Вадим тащил его на выход, но Кирилл упирался.

– Я не пьян, я справляюсь с депрессией… кстати, ты же ублюдок, в порядке? Как тебе спится после всего этого?

Без сомнения эти вопросы он бросил Стасу. К тому временем, Наташа увезла ребенка в другую комнату, пригрозив ментами, если он не испариться через минуту, и все, кто не был приближен к этой троице друзей, тоже постарались быстро ретироваться со своих мест.

Стас вскинул голову и поднялся:

– Хочешь мне что-то сказать? – процедил Лютный, и Катя ухватилась за его рубашку, в слабой попытке успокоить.

Кира держал и Вади, к и Женя, словно пьяным шатанием он мог что-то сделать, твёрдо стоящему на ногах, Стасу.

– Хочу, ублюдок! – Кир сделал резкий выпад, но сильной ладонью Женя откинул его назад, только тот, к удивлению, быстро пришёл в равновесие. – Ты же увел её у меня, а уговор был девчонок друзей не трогать… Сам так говорил, помнишь?

Взгляд Стаса стал тяжёлым, его руки сжимались в кулаки.

– Ты не знаешь, о чем говоришь, – его голосом можно было резать сталь.

Катя поднялась, беря Стаса за руку, вернее его кулак, не ощущая никакой реакции.

– Стас…– своим голосом она будто привлекала внимание Кирилла

Он посмотрел на неё с какой-то сумасшедшей агрессией.

– А вот и она. Эта твоя сучка, – прошипел Кирилл, страшно оскалив рот.

Стас дернулся, но Катя удержала. Нет, ей не было обидно, даже плевать. С пьяными лучше не связываться.

– А мою ты угробил! Ты рассказал ей? Рассказал, как убил её! Её и моего ребенка!

В этот момент Стас не выдержал, ринулся, заехал Кириллу по морде.

Катя закричала. По полу началась возня, Женя оттаскивал разъяренного Стаса, на рубашке которого появились красные пятна крови.

– Ты не черта не знаешь! – орал Стас, дергаясь Киру навстречу, но встречая кольцо рук Жени.

– Так просвети, тварь! – гоготал, наверное, уже бывший друг.

Его лицо заливала кровь. Вадим пытался оттащить его к выходу.

– Ты получила мою смс? – внезапно дёрнулся Кир, в сторону Кати.

Она застыла, обнимая себя руками, не зная, стоит ли отвечать.

– Знаю, получила, так вот и не поняла ещё, кто этот ублюдок? Он убийца! Грёбаный убийца!

Кирилл продолжал кричать это, даже когда Вадим захлопнул за ним двери. Сам он с Женей пошли с ним, оставив Стаса и Катю одних во внезапно ставшей, холодной комнате.

Лютный медленно поднял на неё взгляд. Его лицо тоже было разбито. В частности, губа и нос.

И Катя почему-то не решалась сделать шаг в его сторону.

– Ты получала от него смс? – вопрос Стаса прозвучал глупо, но с такой интонацией будто она в его собственном владении и провинилась.

Катя сглотнула, погладила свои плечи и скрестила на животе.

– Это уже не важно.

– Важно, черт возьми! – он рявкнул так резко, что его голос словно приобрел форму, отрекошетив от стены и оседал в её звенящей голове. – Мы же договорились…

Стас сделал резкое движение в её сторону, а Катя, вздрогнув, отступила. Заметив это, Стас и сам застыл в беззащитной нерешительности.

Лютный был зверем. Сытым и спящим зверем, только потому что его добыча была рядом, не сопротивлялась и полностью подчинялась. Но стоило оступиться хоть раз и становилось понятно, что гнев зверя никуда не ушёл. И он может иметь катастрофические последствия.

– Я хочу домой, – Катя глубоко вздохнула и уточнила:

– К себе домой.