Эпилог
Аделина
Вечеринка удалась на славу, мы здорово повеселились. Уже под утро, когда большая часть гостей разбрелись по комнатам, в гостиной остались лишь несколько человек. Мы играли в карты, дурачились, по большому счету.
— Нашим девочкам было бы здорово отдохнуть! — забеспокоился Роберт, поглаживая свою жену Юлю по круглому животику.
— Все хорошо, правда.
— Устала?
— Да, но это приятная усталость. Дай нам немного потусить, повод самый классный. Ведь совсем скоро мы будем тусить только в направлении детских комнат! Да, Аделина?
Я закивала, не веря, что могу быть такой счастливой. До сих пор казалось, что это происходило не со мной, в реальности, а с кем-то другим, во сне.
Меня обнимал Эмиль, Юлю — Роберт, поодаль еще сидела одна парочка…
Один Юджин, сидевший посередине, стойко был один, и Роберт пошутил:
— Тебе, Юрвин, тоже не помешает найти вторую половинку…
— Юджин. Юд-жин. Неужели так сложно запомнить?! И нет, спасибо, мне пока не нужно! — замахал руками. — Я только что вылез из этих отношений и вот… Сыт по горло! Лучше скажите, когда Ада вернется к работе.
— Ада скоро отправится в декретный отпуск, подыщи себе другую помощницу, — отрезал Эмиль.
— Аделина, это так? — уточнил Юджин.
— Да, так. Сами понимаете. Не переживайте, я подберу вам хороший персонал.
— Жаль, мы только сработались, стали одной командой… Она даже начала воспринимать меня как личность, а не как босса, который не-Кароль, ай-ай-ай, совсем не-Кароль! — покачал головой, передразнивая меня.
— Я, что, так делаю?
— Да, делаешь. Когда смотришь, как я пью кофе.
— Бурду.
— Зануда, — рассмеялся Роберт. — Нет, тебе реально не помешает… Тем более, сходить на одно-два свидания ни к чему не обязывает. И от стрессовой ситуации развеешься, и свободнее вздохнешь в новых отношениях…
— Не-е-ет! Не хочу отношений.
— Тогда хоть потрахаешься, — фыркнул Эмиль. — А то трахаешься только с работой и своим велосипедом. Сколько километров намотал?
— Не хочу, нет. Выбирать, ошибаться… Вот еще. Приложения устанавливать, потом спам завалит! — покачал головой Юджин.
— Можно и более оригинальным путем пойти, не будь таким скучным.
— Кто скучный?! Я?! — удивился Юджин.
— Безумно скучный. Сходил бы на свидание вслепую, проверил остроту ощущений. Знаешь, как эта штука работает? Во!
— Фигня ваши свидания вслепую.
Юджин раскритиковал так, что даже Роберт не выдержал.
— Душнила. Нам с Юлей это здорово помогло. Иначе бы мы так и держали обиды. Это нас сблизило. Думаю, это пикантно. Но для тех, кто не лишен воображения.
— И у кого либидо в порядке. Ты свое либидо на велосипеде промотал! — добавил Эмиль.
— У меня все отлично. С воображением, либидо и спортом, в том числе — разозлился Юджин. — Давайте еще раз сыграем, напоследок! — перетасовал карты.
— А давай, — согласился Эмиль. — Выиграю, ты пойдешь на то свидание. Вслепую! И… если ты такой спортивный парень, отправишься туда на велосипеде.
Эмиль выиграл.
Юджин продул.
Кароль шлепнул картой с тузом Юджина по лбу:
— Все, катись на свидание вслепую. На велосипеде!
— Откуда у тебя эта карта взялась? — возмутился Юджин. — У тебя ее не было. Так, я все помню. Не может быть у тебя еще одного туза. Вы видели? Из рукава достал… Жулик!
Роберт тем временем смешал все карты, сегодня он явно был на стороне Эмиля.
— Спор есть спор. Проиграл, будь добр выполнить условия. С тебя — свидание вслепую! Мы проследим, чтобы оно состоялось по всем правилам.
— И кто теперь душнила?
***
Наконец, мы с Эмилем оказались в постели.
Боже-е-е…
— Эмиль?
— Что, Золотце?
— Я тебя люблю. Очень. Я не против, чтобы мы завтра проснулись в одной постели.
— Вот это новости! — сделал вид, что возмутился. — Я-то думал, что секс и совместный сон — само собой разумеющееся после всего, что мы пережили, а ты, оказывается, решила возвести это в ранг награды?
Я рассмеялась, поцеловала его.
— Не важно, где. Здесь или в другом месте. Я всегда хочу просыпаться в одной постели с тобой.
— Всегда, Золотце.
Эмиль
Спустя время
Родившегося сына мы назвали Эльмир. Я уже осознал, что собственное сердце мне больше не принадлежит, но в полной мере это ощутил в момент, когда взял сынишку на руки. Такой кроха, темноглазое сокровище, наше чудо, маленькое чудо. За спиной выросла вторая пара крыльев — ведь первая пара — любовь моего Золотца — уже была при мне.
Первые месяцы после рождения сына мы едва находили время друг на друга с Аделиной, привыкая, что теперь нас — трое. Золотце разделила обязанности и приучала меня быть не только веселым папой, но и вовлеченным тоже — помогающим своей любимой. Разумеется, есть и другой персонал, но тепло рук родителей, жар их сердец и искреннюю, безусловную любовь не заменит никто, ни одна из самых лучших нанятых нянек.
***
Как-то мы накормили Эльмира. Говоря “мы”, я имею в виду грудь Золотца, уф-ф-ф… до чего аппетитную, и собственные умелые руки, укачивающие сынишку. После этого осталось немного времени на совместный, теплый душ, жаркий секс…
— Я хочу в тебя. Все в тебя… Можно?
— Я на грудном вскармливании, и вроде бы это безопасно, — простонала Аделина.
Она уперлась ладонями в спину душевой и приподняла попку повыше, изогнувшись.
Я прижался теснее, двигаясь. Одной рукой фиксировал ее за бедро, второй ласкал ее грудь, сжимая. В момент пика по моим пальцам заструилось теплое молоко.
— Эмиль… Эмиль… — заметалась Аделина.
Меня накрыло будто лавиной, перед глазами — метель из звездочек. Оргазм будто вспышка, пожар… Пожар по всему телу. Мне так нравилось быть с ней, в ней, видеть в ее влюбленных глазах собственное отражение и знать, что она видит в моих глазах — себя и мои чувства.
— Обожаю…
— Ты, кажется, сцедил молоко. Не надо опустошать грудь.
— Ты так сладко пахнешь молочком, Золотце.
Я развернул ее к себе лицом и лизнул сосок с тонкой молочной дорожкой.
— Попробуем, чем ты кормишь нашего сына. Ох, сладкая…
— Извращенец! — шутливо стукнула меня по губам. — Сыну оставь. Обожаю тебя…
— Я хотел тебе кое-что подарить, Золотце. После того, как выйдем. Но сначала я хочу тебя снова.
Аделина
Я не могла предугадать, что собирался мне подарить Эмиль. Он был непредсказуемым. От него в равной степени можно было ожидать, как невероятно дорогого подарка, так и грошового, но милого пустяка. Я высушила волосы, переоделась. Эмиль вышел и вернулся с коробкой в руках. С той самой коробкой, на крышке — плотный большой конверт.
— В твоей коробке воспоминаний было кое-что, доставшееся от твоих родителей. От твоей мамы, — достал сувенир.
Потом Эмиль показал конверт.
— Я нашел ее. Здесь — все, что нашли частные детективы. Мы можем даже увидеться с ней, если захочешь.
Хорошо, что я сидела. Иначе бы могла упасть.
— Откроешь для меня этот конверт? — голос дрожал. — Что там? Какая она? Неблагополучная, да?
Мне проще было думать, что она просто одна из тех непутевых мамаш…
Эмиль сел рядом, обнял, дал мне время совладать с эмоциями, потом начал рассказывать:
— Не алкашка, не наркоманка. Немного запутавшаяся в прошлом, поддавшаяся на уговоры семьи. Твою маму зовут Мадина. В их семье случилось несчастье — отец погиб. За семейные дела взялся старший брат Мадины. Но, не имея должного опыта управления финансами, слушая всех подряд, он вогнал семью в огромные долги. Тогда он решил поправить дела при помощи выгодного брака, нашел состоятельного взрослого жениха для младшей сестренки… Тут и выяснилось, что у Мадины была короткая интрижка с другом старшего брата. Интрижка закончилась ранней беременностью. Тайной беременностью… Мадина была симпатичной, но пухленькой и не все поняли сразу, что она беременна. Ко времени, когда правда открылась, было слишком поздно и для аборта, и для вызывающих родов. Поэтому старший брат решил прикрыть позор Мадины, якобы отправил ее на лечение. Она родила, малышку отправили в дом малютки. Судя по тому, что брак все-таки состоялся позднее, Мадину подлатали и выдали, как невинную девушку. Финансовое положение семьи спасли. Но брак не стал счастливым. Больше Мадина не могла завести детей. Супруг несколько лет терпел бесплодие жены, потом завел вторую жену. Привел ее в дом. Как только вторая жена забеременела и стало ясно, что родится мальчик, наследник, случился поспешный развод. Бывший муж твоей мамы женился на любовнице, Мадина осталась одна, получила медицинское образование и работает педиатром. Она одинока, у нее нет ни мужа, ни семьи. Если хочешь, мы навестим ее. Только если хочешь, Золотце. Я ни на чем не настаиваю. Какой бы ты выбор не сделала, я его поддержу.
***
Я решила все же встретиться с мамой. Заранее мы о себе не сообщали, я не знала, какой будет реакция. Эльмира взяли с собой. У самой двери я вдруг струсила и долго не могла нажать на кнопку звонка.
— Может быть, мы просто уедем обратно и сделаем вид, будто не приезжали ни разу?
Но в этот момент раздались шаги за дверью. Она распахнулась, на пороге Мадина — обутая, с пакетом мусора в руках.
Мы застыли друг напротив друга. Едва дышали.
— Привет, Мадина. Это я, — я нырнула рукой в карман ветровки и достала короткую записочку.
Мадина выронила пакет с мусором, сползла по стеночке и разревелась.
— Девочка моя. Прости! Не проходило ни одного дня, чтобы я не сожалела о своем поступке. Ни одного… Но считала, что недостойна искать тебя после того, как оставила.
Встреча вышла переживательной. У меня тоже глаза на мокром месте были. Мы поговорили, пожалуй, Мадина мне даже понравилась — то, как она не опустила руки, когда все пошло прахом — имею в виду в навязанном ей браке.
— Я всегда хотела стать врачом, и когда осталась одна, решила выучиться и исполнить хотя бы что-то из задуманного.
— А отец? — поинтересовалась я. — Ты с ним общаешься?
— Он давно погиб, — отмахнулась Мадина. — Один из тех, что играл с жизнью и смертью постоянно. Погиб во время выполнения одного из трюков на байке…
Хорошо, что мы встретились.
Многие вопросы отпали. В душе поселилась уверенность, спокойствие, появилась какая-то целостность, принятие себя окончательно. Договорились видеться почаще.
— Мне кажется, что любить еще больше невозможно. Но теперь я люблю тебя еще сильнее, за то, что вернул мне и эту часть жизни, — призналась я Эмилю позднее.
***
Мадина очень сильно хотела понянчиться с Эльмиром, и, если учесть, сколько в ней скопилось нерастраченной любви, внука она начала обожать с первого взгляда.
Немного позднее наше небольшое семейство потрясла еще одна новость — я снова оказалась беременной. Сидела на унитазе и дышала через раз, глядя на две полоски.
— Золотце, все хорошо? Ты что-то долго в душе сегодня, чистюля.
— Все хорошо.
Тем не менее, я вышла со слезами на глазах и тестом на беременность.
— Что такое? В чем дело?
Я махнула перед носом Эмиля.
— Зачем ты суешь мне под нос эту палочку? Думаешь, волшебная? Желания сбываются иначе, Золотце. Нужно всего лишь попросить «Папу» и все сбудется.
— Ты, «Папа», скоро сможешь отточить свое мастерство в переодевании подгузников еще раз. Так сказать, закрепить результат! Потому что я беременна. Долбаная естественная контрацепция не работает!
— Не ругайся при ребенке, Золотце, — на нашей большой кровати уже вовсю ползал Эльмир. — Иди обниму, поцелую… Может быть, даже отметим это? Теперь точно без резинки можно…
— На это и был расчет?
— Скажем, я не исключал такую вероятность, — хитро заулыбался, паршивец! Но такой любимый, безумно…
***
Мы не спешили делиться этой трепетной новостью, наслаждались ею вдвоем. Но как-то в кругу друзей коснулись темы детей, и пошло-поехало.
— У меня как-то был сон. Про то, как Роб выбирал тажин на рынке Марокко. Самый большой, на всю семью. Мне кажется, сон был вещий. Мы скоро снова станем родителями. Марк будет не единственным ребенком в нашей семье! — с трогательной улыбкой заявила Юля, как всегда, не таясь.
Я посмотрела на нашего с Каролем сынишку, который на пару с сыном Роберта и Юли ползал по детскому коврику, обгрызая все, что попадалось ему на пути, и улыбнулась.
— Только не говори, что мы снова родим почти в один срок.
— За нами повторяют, Золотце! — включился Эмиль. — Роб, ты ужасен.
— А ничего, что я женился намного раньше, и мой сын старше, и кто, как не я, много раз призывал тебя быть серьезнее?
— Уверен, все не так, как ты это представил. Давай спросим незаинтересованное, холостое и бездетное лицо. Юджин! Юджин… Земля вызывает воздух!
Эмиль пощелкал пальцами перед лицом Юджина, который был невероятно задумчивым и смотрел на наших сынишек, не сводя с них пристального взгляда.
— Что с тобой, Юрвин? — подколол Роберт.
Но Юджин даже не откликнулся, думая о своем. В последнее время он вообще как-то пропадал, не часто появлялся на наших посиделках. Мне было интересно, что же происходило в жизни нашего общего друга, но он был таким закрытым и не допускал никого близко к самому сокровенному, что накипело в душе.
— Извините, — наконец, он словно очнулся, зевнул. — Я немного задумался. К тому же плохо высыпаюсь. Ума не приложу, как вы собираетесь жить в доме, полном младенцев. Они же не дают высыпаться ночными бдениями.
— Тебе-то откуда знать? — усмехнулся Роберт. — Если только со слов других.
— Вообще-то знаю на своем примере, — снова зевнул Юджин. — Живет в моем доме девушка с ребенком.
— Ты, что, женился?!
— Стал отцом и молчишь?!
— Ничего из этого.
— А-а-а… Гражданский брак, — щелкнул пальцами Эмиль. — Чтобы не навешивать на себя обязательств перед законом. Хитро-о-о…
— Все не так. Просто девушка на меня работала, а еще ей пойти… кхм… некуда.
— Он врет! — заявил Роберт. — Видели? Подбородок потер. Уверен, у него интрижка!
Роберт и Эмиль наперебой стали строить предположения, Юджин отнекивался с улыбкой.
— Да что же там такое?! От любопытства сейчас лопну! — отозвался Кароль, Роб подхватил:
— Как насчет визита в гости, а? Ты редко зовешь нас к себе. Хотим посмотреть на твой дом.
Пока наши мужчины активно наседали на Юджина, с требованиями и попытками расколоть твердый орешек, Юля сжала мою ладонь:
— Родим нашим бравым мужчинам по девочке, Ада?
— Думаешь, у тебя будет девочка?
— У меня был вещий сон, помнишь? Думаю, да. Будет девочка… На этот раз. А ты? Прислушайся, материнское чутье подскажет лучше всяких крутых УЗИ.
— Ох, честно, даже не знаю. Знаешь, я впервые не планирую. Да, не планирую, не забегаю наперед, не загоняю себя и свою жизнь в рамки. Все благодаря Ему…
Я обернулась, поймала взгляд Эмиля.
Он как будто даже на расстоянии горячо меня поцеловал с клятвой: “Всегда буду рядом, Золотце…”