Глава 10

В памяти отложились клочки-моменты сборов в дорогу. Лишь черные глаза нового императора Дарлимеи не выходили из моей головы. И столько в них было любви, печали, надежды…

Мне, глупой, неопытной соплячке, стало понятно — этот человек полностью принадлежит мне. Стоит только захотеть, протянуть руку, и меня утопят в любви и ласке. Я бредила этим взглядом, бредила теми прикосновениями, которые достались мне от Маршена. Пусть и мимолетные, но жаркие, они глубоко запали в мое сердце.

Я не хотела признавать, что помимо Маршена в моем нынешнем состоянии виновата и Изабелл. Я буквально горела от воспоминаний нашей встречи. Мне представлялись картины одна страшнее другой. И я не знала, как вырваться из этого дурмана. Единственным успокоением стали сны… которые раньше были для меня кошмаром. Чужая история, открывающаяся в моих видениях, утешала, давала забыть тревоги и сомнения. Я не желала возвращаться в реальность. Мое бодрствование нельзя было назвать полным. Глаза мои были открыты, но в них отражалась пустота. Я была там, вместе с юной Ликаей в ее жизни. Я смотрела ее глазами на перемены, которые происходили с ней, все больше мечтая узнать продолжение. Я как пьяница, лишенный возможности выпить, с нетерпением ждала, что покажут Боги мне на этот раз. И, наверное, испытывала больше счастья, чем тот же пьяница, наконец получивший доступ к жбану с брагой. Сны стали моей слабостью и моей зависимостью.

— Лика, Лика… — Меня настойчиво трясли за плечо.

— А? — Я повернула голову к собеседнику.

— Лика, ты уже третий день сама не своя. Ни с кем не разговариваешь, на кота своего внимания не обращаешь. Будто кукла… Что с тобой?

В подтверждение слов Дрема котенок царапнул мне руку, я машинально отдернула ее. Что он сказал, третий день? Это мы столько уже в пути? Надо же, а я и не заметила… Пейзаж за окном не радовал. Осень вступила в свои права: хочет — теплом порадует, а хочет — дождями наградит. Но все это так незначительно сейчас для меня, так неважно… Лишь досадное приложение к путешествию, не более. Словно откликаясь моим мыслям, по крыше кареты застучали капельки, пока еще робкие, но обещающие перерасти в ливень.

— Лика!

— Дрем, отстань, а? — особо не надеясь на успех, грубо попросила я.

— Хватит хандрить! Было бы из-за чего! Приедешь в Шанталез, лично скажешь Правителю об отказе участвовать в отборе и поедешь обратно! — рявкнул он мне на ухо. — А там уже и замуж выйдешь за своего Маршена.

— Дрем, позволь-ка спросить, с чего ты решил, что я хочу замуж? — оторвалась я от лицезрения унылого пейзажа.

— Твое поведение.

— Да? А тебе не кажется, что если бы я действительно этого желала, никакой Высший Правитель не стал бы мне помехой? — прошипела я и вновь повернулась к окну.

— Уже лучше, — буркнул Дрем. — Тогда в чем причина?

В чем причина, в чем причина… Да я сама не знаю! Может, вон в осени дело! Хотя нет, дело совершенно не в погоде, а в одном черноглазом императоре. Почему я настолько выбита из привычного русла, сама себе объяснить не могу. Внезапно нахлынули старые чувства — горечь от обмана Маршена и острое осознание утраты такого близкого тогда счастья.

Почему я не бросилась в объятия новоиспеченного императора при прощании? Почему не приняла предложение, от которого до сих пор в сладкой неге сжимается сердце? Все проще некуда — я обиделась. Думаете, легко было шестнадцатилетней девушке с уже устоявшимися принципами получить молчаливый отказ (ну, так мне это виделось) от предмета своей любви? Ведь я ждала, что мой «повар» вернется, извинится и объяснит, почему не смог прийти в оговоренный час, сославшись на неотложные дела. Да скажи он, что шнурки для корсета сестры наглаживал, я бы поверила!

Наши целители часто твердят, что время — лучшее лекарство. И я не могу с ними не согласиться. Время пролетело, от той пылкой, немного наивной детской любви не осталось и следа. А моя реакция на Маршена — не что иное, как дань прошлому.

Дрем прав, не стоит мне хандрить. В конце концов, я давно жаждала приключений, а поездка в Шанталез обеспечила меня ими сверх всякой меры. Да и эти мои странные сны стали полнее, я больше не забываю то, что привиделось. Возможно, из-за отдаленности от Школы Стихийников мое сознание раскрывается для информации. А вдруг именно пропитанные вековой магией школьные стены так будоражили мою кровь, не позволяя ни принять увиденное, ни тем более отразить?.. Я теперь просто наблюдатель, сгорающий от любопытства. Что я увижу в следующий раз? Чем кончится следующая встреча с Ликаей? И чем это обернется для меня?

Я потянулась к котенку, который фыркал от обиды за мое невнимание. Нежно провела по чисто вымытой шерстке, за что тут же была прощена.

— Дрем, теперь в личине нет необходимости?

До меня только сейчас дошло, что рядом со мной сидит не кучер, а магистр в истинном своем виде.

— Уже нет, главная задача — доставить вас целой и невредимой. А экзамен ребята будут проходить заново.

— Заново? — эхом повторила я.

— Да. Я учел все обстоятельства и сделал вывод, что так будет намного честнее. Но сопровождать тебя — все еще остается их обязанностью.

— И что у них за экзамен будет?

— Извини, Лика, но тебе знать не положено.

Стук капель по крыше перерос в барабанную дробь. Магистр еще в деревне отказался от императорской охраны, и бравая троица проштрафившихся вояк отправилась с Маршеном обратно в Дарлимею. Из окна кареты мне было отчетливо видно скачущую верхом, промокшую насквозь, растрепанную Раниру. Жалкое зрелище. А если учесть, что в карете едем только мы с Дремом и за три дня состав четверки не менялся, напрашивается вывод, что ребята все это время провели верхом, в любую погоду, без сна и отдыха…

— Дрем, пусть Ранира едет с нами, — попросила я. — Не думаю, что есть разница, где находится маг — внутри кареты или снаружи.

— Нет, она останется там, где есть.

— Почему?

— Ей давно пора охладиться.

— Не слишком ли жестоко? Она все-таки девушка…

— На что ей магия? Пусть пользуется с толком для себя, — пробурчал магистр.

— Так нельзя, — искренне возмутилась я и попыталась встать.

По закону подлости карету тряхнуло, и я больно приложилась макушкой о потолок.

— Сядь, до привала несколько часов, потерпит, а за ночь отдохнет.

Я не стала с ним спорить, шестое чувство просто кричало: «Бесполезно, сделает так, как решил». Посильнее прижала разомлевшего от ласк котенка и незаметно для себя задремала.

* * *

— Значит, для того, чтобы сохранить равновесие и не привести мир к гибели, нужно поглотить источники Тьмы? — тихо уточнила я.

— Верно, Ликая, — согласно кивнула Мартина.

— А на это способны только… — Витор запнулся на полуслове.

— Только мы, — подхватила я его слова, встряхнув отросшими за три года волосами.

Многое произошло за это время. Мартина провела ритуал, благодаря которому наши жизни слились в одну. Это не значит, что если умру, умрет и Мартина. Нет, наши силы объединились. Я получила доступ к ее Тьме, а она к моему Свету. Вместе мы — ядовитая смесь, которая разъест любого, кто посмеет лишь подумать о том, чтобы причинить вред кому-либо из нас.

Именно после этого ритуала изменилась моя внешность. Глаза, ранее имевшие светло-голубой оттенок, потемнели до синего цвета, а волосы, вьющиеся пшеничными кольцами, обзавелись каштановыми локонами. Смотрелось довольно чудно, в копне светлых волос — темные пряди. В отличие от меня, внешность Мартины не претерпела больших изменений. Всего лишь появилась одна светлая прядь, которую она успешно прятала в густоте черных как смоль волос.

Это обусловливалось тем, что я впускала в свою душу Тьму, она же — лишь лучик Света.

Наши отношения с принцессой давно переросли из просто дружеских в крепкую родственную связь. Я искренне считала ее своей старшей сестрой. Она приняла меня в свою семью, став самым главным и самым дорогим человеком. Ради нее я была готова на все.

Ровно через месяц после того, как они с Витором обнаружили меня, император сослал Мартину в Сарретскую обитель. Он наивно надеялся, что замкнутые стены сумеют сдержать дар Мартины. Однако ее дар не имел равных по своей силе вот уже двести лет. И Сарретская обитель просто не могла заблокировать его. Маги же, которые должны были охранять ее высочество, то есть зорко следить за каждым ее шагом и вздохом, давно перешли на ее сторону, содействуя ее планам, а также активно участвуя в моем обучении.

Все то время, пока я находилась рядом с Мартиной, мне оказывали всяческую помощь в учебе. И пусть среди наставников не было никого, кто обладал бы даром Жизни, знания, которые мне давались, были бесценными. Таким образом, я получила доступ к информации, прежде закрытой для меня. У меня даже появился собственный фамильяр. Наглая рыжая морда — Жоржео. Я обзывала его обжорой. И не только за неуемный аппетит, но и за феноменальную наглость. На самом деле фамильяр должен был принять облик черного кота, а не рыжего крылатого лисенка. Но как мне пояснила Мартина во время часовой поучительной беседы на тему «не смей колдовать без моего присутствия, особенно по книгам Тьмы», мой Жоржео — побочный эффект, так как фамильяра призвала носительница дара Жизни.

— Все это время вы искали источники? — уточнила я, вынырнув из воспоминаний, и погладила своего лиса.

— Да, — утерев взмокший лоб, ответил Витор.

Он только час назад вернулся из путешествия. Я никогда не спрашивала, куда каждый месяц пропадает троюродный брат Мартины. Была уверена, если он уезжает, значит, так надо. Мне обо всем расскажут в нужное время. И, судя по всему, оно наступило.

— Сколько всего источников?

— Двадцать четыре, — произнесла Мартина.

— Двадцать шесть, — поправил ее Витор. — Открылись два новых, в тронном зале дворца.

— Не может быть, — холодея от ужаса, выдохнула Мартина. — Отец…

— Обезумел, да. Он подпитывает их своей жизнью.

— Мартина, когда начнем? — своим спокойствием я хотела призвать к порядку сумбурные мысли названой сестры.

Я чувствовала ее страх как сбой собственный, и ее ужас отражался в моих глазах. Словно я ее зеркало, а она — мое.

— Мы не можем начать, — сцепив руки в замок, произнесла принцесса.

— Почему? — жадно вглядываясь в ее лицо, спросила я.

Витор и Мартина одновременно отвели глаза. Они скрывали от меня что-то важное. Сердце замерло и ухнуло вниз. Они не доверяют мне. Как такое могло произойти? Не доверяют, когда я готова за каждого из них отдать свою жизнь.

— Малышка, — протянула ко мне руки Мартина.

Я тут же кинулась к ней, накрывая ее холодные пальцы своими ладошками.

— Я не хочу потерять тебя, — глядя в мои встревоженные глаза, медленно произнесла принцесса. — А ты… не готова… — она закусила губу, — не готова помогать нам.

— Я готова! — возмущенно вскрикнула и сажала пальцы Мартины, но тут же ослабила хватку. — Я готова, вы же знаете.

— Нет. — Ледяная рука Витора опустилась на мои плеча — Мартина, Ликае пора знать правду.

Я знала, однажды всему тайному придет конец. Знала и то, что правда будет горькой.

— Ты жесток, Витор, — тихо выдохнула Мартина. — Я против.

— Сестра, — я коснулась светлой пряди принцессы, вытаскивая ее из пышной копны черных локонов, — я верю тебе, я верю вам обоим, и, что бы сейчас ни услышала, моя вера останется непоколебима.

Рука Витора сажала мое плечо. Мы давно не просто знакомые, мы все втроем — семья. Странная, непредсказуемая, но моя горячо любимая новая семья.

— Мартина, — позвал Витор.

— Хорошо, — вдруг крепко прижав меня к себе, прошептала Мартина, — прости меня, маленькая.

Я задыхалась от крепких объятий. Задыхалась от навалившейся усталости. Из ее глаз текли слезы. Она все сильнее прижимала меня, словно боясь, что я убегу от нее без оглядки. Когда ее плечи началивздрагивать, я не выдержала и потянулась к нашей связи. Я должная увидеть ее боль и страх своими глазами. Что так пугает ее? Ее, владычицу Тьмы?

* * *

— Лика, мы приехали, просыпайся, — прохрипел магистр мне на ухо.

Не открывая глаз, показала ему кукиш и повернулась на другой бок. На самом интересном месте прервать мой сон! Нет, верните меня обратно!

Мамочки! Мой кратковременный полет со скамьи на пол был встречен бурным ржанием и ехидно-ласковым:

— Проснулась?

— Угу. — Я села, потирая ушибленный бок.

Дрем протянул руку, помогая мне встать и выйти из кареты. Все еще мутным ото сна взглядом я обозрела место будущего ночлега.

— Э, а что мы делаем в лесу? — По моим подсчетам, мы должны были остановиться в городе Нартен, а судя по окружающей природе, мы его давно и благополучно проехали.

— Планы поменялись, — сухо бросил мне магистр, а затем повернулся к четверке: — Собрались, летит!

— Кто летит, где летит? — выпалила я.

В ночном небе, ярко освещенном лунарисом, виднелась точка. Она приближалась, стремительно увеличиваясь в размерах. Перейдя магическим путем на ночное зрение, я восхищенно выдохнула! Ого, это дракон!

С земли донеслось обиженное мяуканье, я быстро подняла котенка и вновь уставилась на летевшее чудо. Какой он огромный! Больше Фриды раза в два! Темно-синяя чешуя, длинная шея и, что самое удивительное, красные глаза. Локтях в пятидесяти от нас дракон приземлился, а с его спины скользнула тень. Хм, и как я наездника раньше не рассмотрела?

С грацией прирожденного аристократа вышагивая по размякшей после дождя земле, к нам приближался высокий мужчина. Присмотревшись внимательнее, я выпустила из рук котенка. Тело одеревенело, но я заставила себя склониться в поклоне.

— Доброй ночи, Дреманд, выпускники и леди Анжелика, — сухо приветствовал нас Высший Правитель.

По идее нужно что-то сказать, только язык к нёбу прилип и возвращаться в нормальное состояние не желал. Во рту пересохло. Я медленно подняла голову и встретилась взглядом с Высшим Правителем.

— Доброй ночи, — все же выдавила я из себя.

— Мя-я-яу, — потерлось мое чудо о ноги мужчины.

Он взял его, ласково почесал за ушком, но из рук так и не выпустил. Ого, не знала, что наш Правитель ладит с животными. Хм, а что я вообще о нем знаю?

— Дреманд, все готово? — повернулся к вампиру Правитель.

— Да, ваше сиятельство.

— Это она? — громовой голос дракона разнесся по поляне. — Малыш-ш-шка, подойди.

Я обернулась, пытаясь высмотреть ту самую малышку, но за спиной, кроме кареты, ничего не было. Это он что, Раниру зовет? Кстати, моя охранная четверка так и стояла, согнувшись в три погибели. Почему-то они не спешили принять нормальное положение.

— Не бойся, подойди. — Красные глаза смотрели на меня.

— Вы меня зовете? — Я все еще не верила.

— Тебя-тебя, — выдохнул дракон пару колец дыма.

Дрем было дернулся в мою сторону, но Правитель быстрым движением преградил ему дорогу. Не поняла, это чего только что было?

— Ну, чего застряла? — растеряв всю любезность, спросил дракон. — Как на моих малышей смотреть, так бежала аж пятки сверкали, теперь моя очередь на тебя смотреть.

От удивления я чуть не села на землю, но, встряхнувшись, улыбнулась и быстро пошла к отцу Фридиных малышей. Страха я не испытывала, лишь острое любопытство. Не знала, что драконы между собой общаются и… сплетничают. Вот почему мне не дают покоя его глаза?.. Ненормальный цвет какой-то!

Я встала напротив морды зверя, которую он любезно положил на землю.

— Ну-ка, покрутись, — приказал он.

Я фыркнула и осталась стоять на месте.

— Положение драконят я не меняла. И кстати, как сожженные волосы восстанавливать будете? — лукаво прищурилась и продемонстрировала челку.

И тут же инстинктивно закрыла уши руками — такого смеха мой тонкий слух может не выдержать. Дракон самозабвенно ржал, постукивая хвостом по земле.

— Смелая, а если так?

Хвост дракона обвил мою талию, я просто не успела испугаться, как оказалась перед его глазами.

— Странные какие… — разглядывая его глаза, выдала я.

Честное слово, дракон поперхнулся! А затем прикрыл глаза. Когда он вновь их открыл, меня буквально снесло волной нежности. Дракон бережно поставил меня на землю, напоследок хлопнув кончиком хвоста по моему мягкому месту.

— За что? — возмутилась я.

Может, для него это легонечко, а я весомо так ощутила его толчок.

— А это компенсация за волосы, — хитро прищурился зверь.

Вот ведь! Но вместо того чтобы рассердиться, звонко рассмеялась. Кому расскажу — не поверят, что я вот так вот нагло общалась с драконом.

— Анжелика, — приседая в реверансе, представилась я.

Смех смехом, а познакомиться не мешало бы.

— Да знаю я, — рассмеялся дракон, — но «малышка» мне нравится больше.

Я насупилась, попытка выведать его имя провалилась.

— Вы закончили? — ядовито осведомились за моей спиной.

Я медленно повернулась и первым делом заметила не холодно-надменный взгляд Правителя, а отсутствие кареты! Не поняла, где мои вещи? Я же там свою сумку оставила!

— Где карета? — тоном, не предвещавшим ничего хорошего, поинтересовалась я. В этот момент я думала только о бесценной сумке, сотворенной любимым отцом. И мне было абсолютно все равно, что за свое поведение перед Высшим Правителем я могу получить наказание. Семья всегда была превыше всего. А эту сумку, а точнее, привязку пространственного кармана к ней, мой отец не один сайш делал! И, насколько мне известно, такого результата даже сам не ожидал. Я просто не имею права ее потерять!

Я повторила вопрос. Никто мне не ответил. Обвела взглядом четверку. Если воины прятали взгляд, то Ранира ехидно улыбалась. Между нами так и не появилось теплых чувств, хотя после нападения Изабелл я стала по-другому смотреть на магессу. Дрем же чем-то заинтересовался под ногами. Да так головы и не поднял. Что ж, остается Высший Правитель.

Однако его лицо выражало смертельную скуку, лишь бровь слегка приподнялась, надменно так, что-то вроде: «Чего тебе, убогая?»

— Габи, отстань от девочки, она твои фокусы впервые видит, — заявил дракон.

Я захихикала, нет, это же надо — назвать Высшего Правителя Габи, но тут же подавилась смехом под его ледяным взглядом.

— Малыш-ш-шка, твои вещи уже в Шанталезе, — объяснил дракон.

— Не может быть, — выдохнула я и восхищенно уставилась на главного виновника происходящего.

Это какая же у него сила, что он настолько большие предметы легко переносит в пространстве на дальние расстояния?..

— Леди, если вы выяснили все, что хотели, то нам пора, — жестко заявил Алисдэйр Балдрик Габриэль Дешон.

— Куда?

Правитель посмотрел на меня, как на умалишенную.

— В Шанталез.

Я задумалась, а собственно, зачем мне теперь туда ехать? Вот он, Высший Правитель, передо мной. Страшно, конечно, но не съест же он меня за правду. Тем более я ему явно не понравилась, так зачем мне участвовать в этом дурацком отборе? Не вижу смысла.

— Кейган! — позвал Правитель.

Дракон медленно растянулся на земле. Если приглядеться, то на его спине можно было увидеть несколько сидений с высокими спинками. Для нас, что ли? Правитель направился к дракону, за ним цепочкой двигались Дрем и боевая четверка.

— Ваше сиятельство, — позвала я, но он не повернулся, продолжая идти.

— Подождите! Выслушайте меня! — отчаянно крикнула я.

Оглянулись все. Дрем удивленно поднял брови, мол, ты чего творишь и почему стоишь на месте? Ранира хмыкнула и закатила глаза, Локед ободряюще улыбнулся. Абрерх сплюнул на землю, а Зорд смерил меня злобным взглядом.

Но самое худшее — это, конечно, Высший Правитель. Он появился напротив меня неожиданно. Только вот стоял там, а теперь тут. Я хлопала ресницами. Нет, он точно не человек! Его улыбка сочилась ядом, а от его взгляда по телу бегали мурашки размером с ежика.

— Какие еще вопросы имеются в вашей головке? — обманчиво-учтиво поинтересовался он.

Я нервно сглотнула, но заставила себя пропищать:

— Ваше сиятельство, прошу прощения за свою наглость… — Я запнулась, пытаясь подобрать слова. — Прошу вас исключить меня из претенденток на…

Вот тут у меня окончательно пересохло во рту. Я буквально съежилась под его пристальным ледяным взглядом. Захотелось бежать как можно быстрее и, главное, не оглядываясь.

— Не подхожу я вам, — тихо мямлила я, заливаясь краской стыда. — И я вообще не должна была участвовать в отборе.

Ничто не выдало неудовольствия Правителя. Я даже на краткий миг засомневалась, а услышал ли он меня?

— А это не вам решать, юная леди, — отчеканил Правитель.

— Да, конечно, это решаете вы, — все так же запинаясь, выдавила я, — но я не хочу за вас замуж.

Все, во-о-он та березка будет моим последним пристанищем…

— А может, вы хотите, чтобы в Дарлимее правил мой регент?

Я буквально задохнулась от его фразы. Мне прекрасно известно, что именно Высший Правитель одобряет кандидатуру будущего императора. Но мне и в голову не могло прийти, что нежелание одной из участниц участвовать в отборе невест может повлиять на мнение Правителя касательно императора страны.

Мгновение — и вся мое напускная уверенность слетела. Я трижды пожалела о сказанном. Ну разве убыло бы от меня, если бы я молча уселась на дракона, а потом, в столице, просто провалила бы первое испытание? И отправили бы меня домой с позором, зато Маршена это никак бы не коснулось…

— Вы не одобрили Маршена? — задала я мучивший меня вопрос.

— Семейство Заурин уже не первое столетие показывает себя не с лучшей стороны, — ушел от прямого ответа Правитель.

Нет, я, конечно, понимаю, что он вообще может проигнорировать какую-то герцогиню, но… надежда, а в моем случае наглость, умирает последней.

— Но Маршен не такой! — прежде чем прикусить язык, выпалила я.

Взгляд Правителя не обещал ничего хорошего, я вновь покосилась на березку, она однозначно мне нравится.

— Извините, — прошептала я и одними губами добавила: — Но я не понимаю, при чем здесь я?

Он наверняка понял, что я буду делать все, чтобы провалить его задания, если такие последуют. Но неожиданно взгляд Правителя потеплел.

— Докажите, что в Дарлимее аристократы еще помнят о чести и долге.

Я вспыхнула и уже хотела высказать все, что о нем думаю, и заодно попросить прикопать именно под той березкой. Ибо знала, оскорбив его, жить мне останется недолго. Но выговориться мне не дали.

— И запомните, от вашего участия в отборе невест зависит, будет ли императором мой регент или представитель вашей страны.

Удар под дых! Гад ты этакий! Зла не хватает!

Я медленно побрела к дракону, отвечать что-либо не имело смысла. Правитель прекрасно знал, что именно я выберу.

«Лика», — раздалось в голове.

Я заозиралась, силясь понять, кто меня зовет. Но не нашла такого. Четверка усаживалась в кресла, Дреманд взбирался по дракону, Правитель уже сидел там и давал какие-то указания Ранире.

«Лика, ты будешь делать все, что я тебе прикажу», — вновь вкрадчивый шепот.

На этот раз я определила его источник. Точнее, поняла, кто у нас тут такой умный. Впилась взглядом в, казалось бы, не обращавшего на меня внимания Высшего Правителя. Только у него огромный потенциал магической силы и дар неизвестной мне направленности.

Странно то, что я не испытывала перед ним ни благоговейного страха, ни… почтительности. Нет, он мог вселять ужас, но складывалось ощущение, что это вынужденная мера. Помимо этого меня не отпускало ощущение — все, что происходит, часть некой игры. Будто кот поймал мышку и резвится с ней перед обедом. Но не знает, что мышка эта — сама с большими острыми зубами и коготками.

— Поторапливайтесь, — громко потребовал он, — все кандидатки уже в Шанталезе, только вы остались.

Э? Не поняла, а как это они так быстро добрались? Неужели он сам их встретил и довез? Не может быть, хотя… этот как раз таки может.

Кейган обвил меня хвостом, лишая удовольствия карабкаться по его спине. Когда я увидела место, выделенное мне, не сдержала стона. Естественно, рядом с Высшим Правителем, кто бы сомневался!

— А где мой кот? — буркнула я тихо, усаживаясь на теплую обивку сиденья.

— Пристегнитесь, — последовала команда.

Ничего не оставалось как послушаться. Разбиться не входило в мои планы. Уже взлетая, в моей голове опять раздался шепот.

— Лика, первое, что вы должны будете сделать, — смыть краску с волос. Попугаи мне в невестах не нужны.

— Это мой естественный цвет, — мстительно подумала я, точно зная, что он услышит.

Забавно, меня практически не возмущал тот факт, что Правитель копается в моем сознании…

Я уже говорила, что люблю летать? Это было восхитительно! Только холодно. Но и здесь меня удивил Правитель. Из ниоткуда появились теплые одеяла, которые укутали не только мою продрогшую тушку, но и моих спутников. А вот Правитель не укрывался, как будто холод ему нипочем. Согревшись, я разомлела и, уже засыпая, подумала: «Хоть бы он себе нос отморозил, ледышка бесчувственная».