глава девятнадцатая

Декана они встретили уже возвращаясь к себе. И Пепел тут же заступил ему дорогу:

— Господин Валент, мы сейчас с Ноксом на перевязку ходили… В общем, мне показалось, что с рессой Эрселин не все в порядке. Думаю, вам стоит к ней зайти.

Тот окинул его задумчивым взглядом. Потом еще одним. И все-таки уточнил:

— Уверены, Равеслаут?

— Нет, — честно ответил тот. — Но, сдается, именно сегодня у вас есть неплохой шанс.

— Понял. Спасибо, кадет.

— Будете должны, Валент.

— Что-о?! — не сразу поверил в услышанное тот, и Пепел успел-таки слинять, пользуясь моментом.

— Подожди, — пару минут спустя притормозила его Рин. — Не поняла, это что ты сейчас сделал?

— Влез не в свое дело, — пожал он плечами. — У тебя учусь.

— В смысле, в личные дела декана? — оторопел Красавчик.

— Угу. И Эрс. Я давно эти дела просек. Глядишь, если там все устроится, нам тоже польза будет. В виде двух подобревших наставников.

— Это если устроится, — с сомнением протянула Фэл. — А если наоборот?

— Увидим. — опять дернул он плечом.

За ужином все четверо сидели притихшие, еще не успев отойти от тяжелого разговора и постоянно возвращаясь к тому, что услышали от Эрселин. Потому и стол выбрали подальше и в углу потемнее — настроения общаться с кем-то еще не было совсем. Пепел механически, не чувствуя вкуса запихивал в себя рагу, что было на него было совершенно не похоже, и при этом явно прокручивал что-то в голове.

— Что? — не выдержал Красавчик, когда Дари в очередной раз застыл, не донеся вилку до рта. — О чем думаешь?

— Два вопроса, — негромко сказал тот, и облизал пустую вилку, не заметив, как содержимое шлепнулось обратно в тарелку.

Роши посмотрел на это печальным взглядом, и поскольку Пепел снова замолчал, рискнул предположить:

— Зачем рессам добывать тебя из академии и что хочет Зерант?

— А? — встрепенулся тот. — Нет, как раз с этим все ясно.

— Так поделись светом своего озарения с остальными. Нам, в отличии от тебя, не ясно совсем.

— Было бы что озарять, — Пепел пожал плечами и отложил прибор в сторону. — Вытащить меня отсюда им нужно для того, чтобы расспросить. Хорошенько, тщательно, не торопясь…

— И без свидетелей, — закончила Рин. — Пытки сейчас не в моде, общественность может не понять и не оценить, если узнает. И высказать им свое «фи».

— Именно, — не стал спорить Дари. — А про Зеранта еще проще. Идея рессы вышибить меня из академии показалась ему очень богатой — как только он сообразил, что тогда сможет сам примазаться к ээ… наработкам Краспа.

— То есть к твоему усилителю?

— Ну да. Он-то уверен, что это одно и тоже.

— Может быть. — кивнул Роши. — И что же тогда тебе непонятно?

— А вопросы у меня остались такие: откуда рессам известно, что это я убил измененного, и откуда они знают про архив и бумаги Краспа. Кто им сказал?

— Это один вопрос, — не согласилась Фэл, тоже откладывая прибор. — И звучит он так: кто им рассказал, что произошло той ночью в конторе поверенных?

— Сами поверенные? — предположила Рин.

— Вариант, — согласился Пепел. — Придумать бы, как его проверить? Впрочем, тут же отмахнулся он, — это подождет. Сейчас есть дело более насущное. Рин, мне нужна твоя помощь как инженера. И кое-какие инструменты из гаража, от которого у тебя ключ.

— Инженера? — недоверчиво переспросила она и отодвинула тарелку. — Не поняла. Что собираешься возводить? Мост на Луну?

— Нет. Всего лишь устроить маленькую диверсию на завтрашнем кроссе.

— Гарлату? — проявил понимание Красавчик. — Так и не успокоился?

— И не собирался. Тем более, что идея почти беспроигрышная — заподозрить меня будет очень трудно. Правда требует тщательной подготовки.

— Ну давай, выкладывай свою идею, — смирился Роши и тоже отложил вилку. Теперь на столе остывали уже четыре забытые тарелки с неплохим, в общем-то, ужином.

И Пепел выложил.

Завтра всей академии, кроме дам и пятых курсов, предстояло бежать кросс в десять километров. И с полосой препятствий под занавес в качестве вишенки на торте. Ничего сложного, стандартный набор перепрыгни-удержись-проползи на не менее стандартных лестницах, стенках и бревнах, но после выматывающего кросса оно будет занятно и интересно, в этом никто не сомневался. Бежать дистанцию предстояло на скорость и уложиться следовало в жесткий норматив. Всем, кто сможет это сделать — зачтется экзамен по физической подготовке, один из трех обязательных. Остальным предстоит потом сдавать на общих основаниях.

Так что выкладываться на тех километрах кадеты будут честно, до самого донышка. И полоса препятствий после этого обещала стать тем еще аттракционом и для участников, и для зрителей. Особенно с учетом того, что среди последних будут дамы. Да и дождь вряд ли прекратится. Красавчик, кстати, тоже будет среди болельщиков, ему допуск не дали из-за травмы, так что из всей четверки завтрашнее развлечение поджидало только Пепла. А он, в свою очередь, решил дополнительно развлечь Гарлата и компанию, слегка подправив парочку конструкций с помощью инженерной мысли и лопаты.

Полоса в Шант Эли была тройной: три совершенно одинаковых набора препятствий — центральный, левый и правый. Пользовались обычно центральным; изредка, если к финишу приходила сразу большая группа курсантов — плюс еще и левым. Правым — почти никогда, эта часть была дальше всех и подход к ней оказался очень неудобным. Идея Дари была в том, чтобы заманить кодлу Гарлата за собой направо и там хорошенько развлечь. Аттракцион же для этого следовало подготовить сегодня. Прямо сейчас.

— Не понял, — перебил Пепла Роши. — Что значит «заманить»? Как?

— Разозлить хорошенько. Так, чтобы они рванули за мной не глядя хоть к демонам в преисподнюю.

— И ты собираешься провернуть это один?

— Именно, — кивнул Дари. — Только один, по другому просто не выйдет.

— Считаешь себя бессмертным? — Красавчик смотрел на него склонив голову.

— Нет, просто ловким.

— Скорее наглым.

— И это тоже.

— Отговаривать бесполезно, как я понимаю? — подключилась к разговору Фэл.

— Правильно понимаешь, — не стал спорить Пепел. — Потому, что есть у меня подозрение, что Гарлат тоже готовит мне парочку сюрпризов, и лучше бы я успел со своими первым.

— А что ты собираешься там подправить? — Рин тоже решила проявить любопытство.

— Подкопать немного опорные столбы. Так, чтобы препятствия могли выдержать одного меня, но не всю ту кодлу, которая будет ломиться следом. Сможешь помочь?

— Надо посмотреть, — кивнула девушка. — Скорее всего да.

— Отлично. Тогда прямо сейчас и пойдем.

— Ладно уж, двигаем, изобретательный ты наш, — поднялся Роши.

— А ты мне там зачем? — удивился Пепел.

— Копать, конечно, — удивился тот в свою очередь. — Надо же тебе с этим помочь? А до утра хрен управишься.

— Красавчик, там не нужно много. Там нужно аккуратно. Это диверсия, а не рытье окопов. Так что сами справимся. Вдвоем. А ты лучше лечись пока.

Тот перевел задумчивый взгляд с Пепла на Рин, потом обратно, кажется что-то заподозрил и угомонился — настаивать дальше не стал.

— Пошли? — повернулся Пепел к девушке. — Пока дождь утих и пока отбой не объявили. Ключ от гаража с собой?

Та кивнула и поднялась:

— Ну пошли, диверсант.

Дождь действительно притих, но чувствовалось, что это перерыв, и он просто набирается сил для нового раунда, дольше прежнего. Зато сейчас в парке было волшебно — запах мокрой сирени кружил головы, гудели над головами низко пролетающие жуки, устало гомонили мостящиеся на ночлег птицы, а служители в густеющих сумерках один за другим зажигали газовые фонари на аллее перед главным входом.

— Адовы демоны! — ругнулся Пепел, неловко задевший ветку и получивший за шиворот душ из холодных капель. — Простите, леди.

Леди простила и хмыкнула:

— А еще говорят, что рессы воду любят.

— Не настолько, — поежился Дари, ощупав мокрый воротник. — И не так. Я предпочитаю, чтобы любовь была… менее внезапной.

— Запомню, — еще раз хмыкнула девушка, заставив Пепла широко улыбнуться, и зазвенела ключами открывая замок гаража. — Выбирай, что тебе здесь нужно.

Дари поворошил кучу сваленного в углу инструмента, в сомнении покачал на ладони небольшой удобный топорик, но потом решил, что зарубки будут слишком заметны и с сожалением отложил его в сторону. В итоге ограничился только лопатой — по идее и этого должно хватить, земля и так размокла в болото.

Полоса препятствий начиналась прямо за гаражом, далеко идти не пришлось. Пепел окинул задумчивым взглядом ряд конструкций, уже едва различимых в густых сумерках, и выбрал две:

— Леди, нам туда. А потом вон туда.

Возвращались через час, успев сделать все задуманные гадости, но уже поторапливаясь — отбой вот-вот объявят, а если шляться по парку после него, можно здорово огрести. Особенно сейчас, с двойными наказаниями по любому поводу. Да и вообще, лучше им здесь не светиться — на всякий случай, если завтра вдруг возникнут вопросы на тему кое-каких препятствий. Именно поэтому Пепел осторожно утащил девушку за угол, едва заслышав подозрительную возню на центральной аллее.

Ко входу, не особо скрываясь, с песнями и чуть ли не плясками, шли двое.

— Алетри, друг мой, — низким голосом прогудел один из них, пуская по парку гулкое эхо. — П-по-моему, нам все-таки нам стоит взять левее. Для главного входа мы сегодня слишком горячие парни.

— Да уж, дружище Брашт, — согласился тот. — П-подогрели нас славно. Ах, какие девочки, какие девочки…

— Рыженькая особенно, — мечтательно прогрохотал Гроза, и вышло это у него как-то… странно.

— А брюнетка? — его собеседник на странности внимания не обращал, не в том он был состоянии, чтобы замечать подобные мелочи. — Р-роскошна, а?

— Это они что сейчас, — не поверила Рин. — Совсем в стельку?

— А то, — Дари кивнул с самым серьезным видом. — Из борделя парни идут. Башку можно прозакладывать.

— Вот прямо так?!

— Конспираторы! — не удержался и хмыкнул Пепел. — Штопора на них нет!

— Да, — странным тоном отозвалась Рин, разглядывая что-то в противоположной стороне. — На них нет. Зато на кое-кого другого есть.

— А? — Пепел обернулся и глянул туда же, после чего тихонько, но с уважением присвистнул: — Да уж. Шустрый у нас декан.

На фоне задернутых штор личного кабинета Эрс отчетливо проступал совершенно недвусмысленный силуэт. Мужчина осторожно сжимал в объятиях женщину, покрывая ее лицо поцелуями. А потом лампа погасла и занятная картинка исчезла, давая воображению разыграться уже совсем неприлично. Вечер определенно обретал некую особую направленность. Или даже тему. И Пеплу она более чем нравилась — он и сам, честно говоря, выманил Рин больше на свидание, чем по делу. Без ее консультации он бы обошелся легко, а вот без нее самой уже нет.

— А из тебя вышла неплохая сваха, — стряхнула оцепенение Рин. — Интересно, откуда такой опыт?

— На самом деле не очень интересно. Но опыт есть, не поспоришь. — Пепел передернул плечами и опять развернулся к парочке гуляк — те как раз договорились между собой, что боковой вход для них сейчас действительно предпочтительнее. И бодро, опять-таки с песнями, заковывали в их сторону, заботливо поддерживая друг друга.

Рин охнула, понимая, что пройдут они слишком близко, и Дари быстро схватил ее за плечи, прижав к стене в тени выступа — чтобы не заметили. Потом сообразил, кого и как держит и прижал еще чуть сильней, теперь уже к своему боку. Девушка трепыхнулась было, но тут же замерла, а Пепел расплылся в улыбке, прекрасно зная, что в темноте этого не увидеть и обхватил девушку уже двумя руками, заключая в объятия:

— Тшшш… Тихо! — выдохнул он почти беззвучно, чувствуя, как пушистый локон щекочет нос. — Замри.

И тут же с грохотом открылась та самая боковая дверь, к которой столь упорно стремились гуляки, а на пороге немым и тяжелым укором застыла совсем не эфемерная фигура метрессы Шрант.

— Ээ… м-мадам, — несколько растерялся Алетри.

Та в ответ не произнесла не слова. Выдержав великолепную актерскую паузу, развернулась и молча ушла.

— Н-да… — озадаченным басом пророкотал Гроза. — Не повезло.

Рин в объятиях Пепла трепыхнулась еще разок, но не для того чтобы вырваться, а чтобы прошептать ему на ухо:

— Демоны! Шрант ему этого не простит. А в вивисекторской опять придется пополнять запасы валерьянки.

— Не-ет, Рин. Все не так плохо. Потому что вот теперь-то она его точно дожмет, никуда он больше не денется.

Та недоверчиво хмыкнула, но возражать не стала, снова напряженно притихнув. И лишь когда дверь за наставниками закрылась, они смогли, наконец расслабиться.

— Ф-фух, обошлось, — прошептал Пепел, не спеша, впрочем, разжимать объятия.

И как бы ненароком мазнул губами по виску Рин. Сообразив, что бить его по роже никто не собирается, уже смелее клюнул в щеку. А еще секунду спустя осторожным поцелуем накрыл губы девушки. Нежно. Едва уловимо.

Та тихонько вздохнула, позволив их дыханию смешаться и Пепел осмелел вконец. Второй поцелуй оказался куда более уверенным и настойчивым, и заставил Рин приоткрыть губы и ответить. С не меньшим пылом, как быстро сообразил Дари, и это подстегнуло его неимоверно.

Следующие четверть часа они были заняты исключительно тем, что выясняли, какие еще феерические ощущения можно получить от поцелуев и что для этого нужно. Исследование в итоге очень понравилось обоим. Руки Рин уже вовсю хозяйничали у него под рубашкой, а Пепел обнаружил, что грудь девушки идеально ложиться ему в ладони. Так идеально, что хоть не выпускай.

— Эрдари, по-моему стоит остановиться, — негромко выдохнула она ему в губы, пытаясь отстраниться.

— Думаешь? — ответил он хрипло.

Останавливаться не хотелось совсем, хотелось наоборот, продолжить. И Пепел был уверен — девушка тоже чувствует его возбуждение, прижимал он ее к себе очень откровенно. Но… Торопиться с Рин не стоило, это он понимал даже сейчас, когда мозги ему срывало окончательно и совсем.

— Как скажешь, принцесса. — С трудом разжал он руки, но увидев, что отодвинуться та не спешит, перехватил еще один быстрый поцелуй. — Идем?

— Да, — попыталась она улыбнуться. — А то опять придется Шрант пугать, чтобы в комнату попасть.

Дари хихикнул, ощущая себя глупым и счастливым, и потащил девушку к задней двери кухонь, на ходу отыскивая в кармане отмычку.

А еще четверть часа спустя, уже проводив Рин, Пепел все с той же дурацкой улыбкой ввалился в их общую с Красавчиком комнату. И спалили его прямо на пороге:

— Ага, — Роши оторвался от учебника, вытянулся на кровати, закинул руки за голову и хитро прищурился: — Неужто теоретика можно поздравить? С переходом к практике?

— Я в душ. Холодный. А то у меня портки сейчас лопнут.

— Любишь ты себе польстить, Пепел.

— Завидуй молча, — с зубастой ухмылкой выдал тот и захлопнул за собой дверь ванной.