глава пятая

Лаис уже привычно посторонилась, пропуская в комнату Дари, а вслед за ним и охранника. И все еще здорово удивляясь, за каким демоном притащила его с собой? Да еще домой! Не иначе как в том дыму, которым они надышались, что-то такое было… Напрочь отбивающее и мозги, и осторожность.

— Ну заходи, как там тебя, — примерил на себя роль хозяина Пепел, — располагайся, будь как дома.

— Ретен, к вашим услугам, — отозвался наемник с любопытством осматриваясь вокруг и явно кое-что для себя отмечая. — Благодарю за приглашение.

Он скинул прогоревшую насквозь куртку, добавив ее к куче приготовленных на выброс обносков Пепла, и остался в одной рубахе, тоже потемневшей от огня на манжетах и возле ворота. Философски осмотрел эти потери, так же спокойно обнюхал свою основательно подпаленную прическу, перекинув хвост со спины вперед и неожиданно поинтересовался:

— Могу я для начала воспользоваться вашей ванной, леди? А то как-то… неловко. В таком виде.

— Лаис, — заржал Дари, — твое корыто сегодня пользуется популярностью. Или не только сегодня?..

— Заткнись! — резко оборвал его Ретен.

— Ага, — смеяться мальчишка тут же перестал. — Понятно, чо уж.

— А вы, леди, простите его, — выверено поклонился он в сторону Лаиссы, у которой тут же предательски заалели уши.

— Ага, — еще раз высказался Пепел, глядя на это. — И ого.

— Заткнись!

— Да понял я, понял. Кончайте уже орать, пуганые мы. А мыться — это у нее вон там. Не заблудитесь? Или проводить?

Ретен ловко и обидно щелкнул Дари по носу, после чего шагнул в ванную и закрыл за собой дверь. Дождавшись звука льющейся воды, Пепел тихо, одними губами, спросил:

— Ну, и что это было, сестричка?

— Лучше спроси, что это будет? — так же тихо выдохнула она.

В ответ мальчишка радостно показал неприличный жест, схлопотал по шее и, наконец, угомонился.

— До писем ты, надо полагать, так и не добрался? — Лаис разговаривала все еще шепотом.

— Почему же? Добрался.

— Чего ж тогда молчал?!

— А мне и этому нужно было отчитаться? — кивнул он в сторону ванной.

— Давай! — нетерпеливо протянула та руку.

— Как насчет повысить процент? За риск, так сказать? — помахал он пачкой подгоревших с одной стороны конвертов, извлеченных из-за пазухи.

— Думаю, это дурной тон, менять условия уже после заключения сделки, — ловко перехватила она его руку, отнимая добычу.

— Сестричка, ты сама себя сейчас слышишь? — поморщился мальчишка. — У этого любителя чистоты нахваталась?

— Чего нахваталась? — не поняла Лаис.

— Изящных манер, демоны их скушай. Не думал, что это настолько заразно. Впрочем, уверен, в своих казармах, или где он там раньше мылся, наш гость вел себя попроще. Это он тут хвост распустил. Рассказать, перед кем?

— Заткнись!

— Ну точно — заразно.

— Что же тогда ты их никак не подхватишь? — ядовито поинтересовалась Лаис.

— От кого? От тебя, что ли? Надеюсь, твой папаша не был лордом?

— Булочником он был. Не нервничай.

— А я думал лавочником.

— И лавочником. Одно другому не мешает.

— Оно и видно.

Шипеть друг на друга и дальше им не дала открывшаяся дверь ванной. И появившийся на ее пороге свежевымытый и очень довольный этим Ретен, тут же взявший быка за рога:

— Думаю, теперь очередь леди быть представленной, — выдал он, но выжидающе посмотрел почему-то на Пепла.

Тот выразительно закатил глаза, повернулся к Лаис и пошевелил пальцами. Девушка понятливо вложила в них визитную карточку.

— Вот. — Дари сунул эту визитку в еще влажную руку гостя. — Такое представление тебя устроит? Или нам еще пару реверансов к нему приложить?

Ретен внимательно прочитал, что написано на картонке, поднял недоуменный взгляд на хрупкую фигуру Лаис, еще раз перечитал и решительно присел к ним за стол на третий, последний стул:

— Не понимаю.

— Неграмотный, что ли? — тут же отреагировал Пепел. — Давай прочту. Или тебе перевод нужен?

— Уймись, — остановила его Лаис. — Что не понимаете?

— Зачем вам это? — озадаченно спросил он. — И почему?

— Наш гость хочет узнать, как ты дошла до жизни такой, — тут же перевел Дари. — Правильно?

И дождавшись подтверждающего кивка, добавил:

— Кстати, я бы тоже послушал.

— Зачем? — по очереди посмотрела на них Лаис. — Любопытство?

Дари просто кивнул, а Ретен уточнил:

— Не только. Хочу понять, как оно у вас так получилось? Вряд ли вы мечтали об этом с детства. Именно о частном сыске, я имею ввиду, даже если у вас действительно способности.

Лаис еще раз внимательно посмотрела на обоих, подумала и вздохнула, смирившись:

— Да все как у и многих. Как и у вас наверняка, — кивнула она Ретену. — Сначала планы на серьезную и престижную работу, академия для полицейских в Листере, диплом с отличием. А потом роскошный пинок под зад — за что-нибудь. Неважно. В моем случае, например, вдруг выяснилось, что для дамы в полиции есть место только в канцелярии. Без вариантов. А у меня нюх на восемнадцать единиц, между прочим!

— Что, реально? Восемнадцать? — не поверил Пепел. — Охренеть!

— Да… — усмехнулся Ретен. — С таким его уровнем канцелярию обычно обходят десятой дорогой. Но в одном вы ошиблись, леди. В моем анамнезе академии Листера нет.

— Точно, — улыбнулась она, остановившись взглядом на его правом мизинце, ноготь которого был заметно длиннее остальных, — Шант Эли?

— Тщеславие нас погубит, — в свою очередь улыбнулся тот, пряча палец под ладонь.

А Дари словно окаменел. И чужим, каким-то резким и… взрослым голосом вдруг сказал:

— Проходите, ресс Ретенауи. Академия Шант Эли, как я понимаю? И наверняка с отличием?

— Демоны! — Он обернулся к Лаис со скоростью гадюки, но тут же снова впился взглядом в мальчишку. Зрачки у наемника расширились почти во всю радужку, сделав глаза совершенно черными. — Как… Как ты его назвала? Дари?

И не дождавшись ответа, прошептал в загустевшей вдруг тишине:

— Ну здравствуй, Эрдари…

— Стоп. Дальше, пожалуй, не стоит. — Пепел встряхнулся, словно выходя из транса.

Наемник кивнул, соглашаясь:

— Не думал, что увижу тебя на этом свете.

— Здравствуйте, ресс Ретенауи, я тоже рад, что вспомнил, где мы виделись.

— Ретен. Просто Ретен. И лучше на «ты», как раньше. У тебя это получалось так… непринужденно.

— Что происходит? — напомнила о себе Лаис.

— Ты ей доверяешь? — как будто не услышав спросил ресс у Пепла.

— Еще не уверен. Но она сегодня меня прикрыла, даже не зная ничего.

— И там, на чердаке, — согласился с ним наемник. — Бегала, как за родным. Сказать ей?

— Ну… давай.

— Может, я пойду, а? — невинно поинтересовалась девушка. — Погуляю пару часиков? Потом вернусь, никого здесь не увижу и вспомню, какой занятный сон мне приснился. Но тут же опять его забуду.

— Нет, леди. — Ретен встал и демонстративно подпер дверь плечом. — Теперь уже нет, извините. Теперь или с нами, или никак. Выбирайте.

— Смешно. Рассчитываете услышать: «Лучше прибейте меня на месте»?

— Не хотелось бы. Услышать, в смысле. Но увы, прибить буду вынужден. Поверьте, леди.

— И ведь верю, — вздохнула она. — Ладно, выкладывайте, во что я опять вляпалась. И что еще не знаю про Эрдари Весса.

— Весс? — непонимающе уставился наемник на Пепла.

Тот в ответ лишь загадочно улыбался, старательно строя из себя примадонну.

— Разве не так? — полюбопытствовала Лаис.

— Разумеется, нет. Фамилия там совсем другая.

— А как?

— Равеслаут. Эрдари Равеслаут.

— Равес… Что-о?! Сын того самого?

— Да, леди.

— Ну… ладно, — пожала она плечами смирившись. — Я, в принципе, давно подозревала, что долго не проживу. Теперь знаю это точно. Невелика разница.

Лаис помнила тот скандал десятилетней давности. Отголоски донеслись даже до нее, тогда совсем еще девчонки. А вот теперь пришло время узнать все в подробностях и практически из первых рук.

История была, с одной стороны, необычная, а с другой… Нет. Все же необычной она была со всех сторон, как ни крути. И начать ее следовало издалека. Еще до того, как в империю с запада пришли варвары, как раз ее и основавшие, землями, где она была потом заложена, уже владели другие хозяева. Старые роды. Старая кровь. Рессы. После отчаянного сопротивления они все же смирились с захватчиками, но смирились далеко не сразу. Поначалу резня вспыхивала то в одном конце нового государства, то в другом с утомляющей регулярностью. Пока против рессов не нашли кардинальное лекарство — создали измененных. Сейчас уже мало кто знает, что или кто это такое. С виду вроде как люди, но… То, что они творят, почуяв старую кровь, заставляет в этом сомневаться.

Именно благодаря измененным прошлые хозяева имперских земель были успокоены… или упокоены — смотря по обстоятельствам, и установилось некое равновесие. Ненадолго, это понимали все. Рессы вымирали, а новая аристократия, лорды, наоборот, становились сильней. Тем более что старая знать продолжала держаться наособицу, не желая вливаться в знать пришлую. Да и лорды тоже не особо горели таким желанием — родниться с высокомерными мятежниками. И лишь в последнее время браки между двумя, по сути, аристократиями, стали делом более-менее привычным, хотя все еще не слишком частым.

Родители Эрдари оказались как раз одним из таких примеров. Мать — ресса старой крови, а отец — глава императорской тайной службы, почти всесильный лорд Далан Равеслаут, больше известный как Варан. Кстати, своей клички он не стеснялся, признавая, что дали ее очень метко. Крупная, в последние годы чуть грузноватая фигура, сухие, шишковатые в суставах пальцы, немигающий взгляд блеклых серых глаз — внешне всесильный лорд весьма смахивал на ящерицу. А вот внутренне — на паука, державшего в руках почти все нити империи и умело дергавшего за них благодаря своей невидимой и преданной лично ему агентуре. Поговаривали, кстати, что и отношения с будущей женой у него начались, когда она работала на него. Но кто ж в такое поверит? Чтобы высокомерная ресса, да шпионка… Вранье, конечно. Что не мешало слухам курсировать в определенных кругах, благодаря, видимо, некой пикантности. Так или иначе, но их союз оказался удачным. Через год после заключения брака родился сын; через два чести получить приглашение на их приемы наперегонки добивались представители обеих аристократий; через пять идиллия закончилась.

Варана обвинили в государственной измене. Причем так, что оправдаться он не смог — во время ареста был случайно застрелен. Для тех, кто сколько-нибудь понимал ситуацию, вопроса о случайности этой смерти не стояло. И, соответственно, вопроса о виновности главы тайной службы тоже. Что, впрочем, не помешало посмертно осудить его на закрытом процессе, конфисковать все имущество и доступные бумаги (на удивление немногочисленные, кстати), но самое главное — практически развалить агентурную сеть, которую тот создавал десятилетиями. Единственное, что не удалось — добраться до его семьи. После убийства мужа, ресса с сыном как в воду канули. А с ними туда же канули и кое-какие секреты, до сих пор не дающие покоя неким лордам при императорском дворе.

— Так вот о каком наследстве шла речь, — задумчиво протянула Лаис.

— Да, — подтвердил Пепел. — Это не я должен был его получить, а меня. Унаследовать, так сказать.

— Но смысл? Сколько тебе тогда было лет? Что ты мог помнить?

— Все, — спокойно отозвался Пепел.

— Да, — подтвердил его слова Ретен, — у него абсолютная память. Многие об этом знали.

И развернувшись в сторону Дари, спросил:

— Сколько лет тебе было, когда состоялся тот разговор, который ты сегодня повторил? Между мной и Вараном?

— Два, наверное. Но я как отец — не забывал ничего даже в колыбели.

— Он тебе свой дар и передал, — кивнул тот.

— Дар? — вытаращился Пепел, — откуда? Он был лорд, а не ресс, старой крови в нем сроду не было, даров тоже.

— Какая разница, как такое называть?

— Да никакой, наверное, — пожал плечами мальчишка.

— Кстати, именно по этой причине твой отец никогда не вел записей и не хранил архивов, — Ретен осекся, увидев выражение лица Дари, — Что?

— Знаешь, вообще-то, вел. И хранил, — тихонько выдохнул Пепел. — Я помню.

И перехватил два одинаково ошалелых взгляда.

— Та-ак… — первой с мыслями удалось собраться Лаис. — Кажется, мы решили загадку. И поняли, что от тебя было нужно тем… доброжелателям. Поверьте моему нюху.

— Похоже, — согласился с ней ресс, — понять бы теперь, что нам с этим делать.

— Нам? — обернулась к нему девушка. — Кстати, вы там каким боком?

— Он должен быть стать преемником отца, — небрежным тоном просветил ее Пепел. — Лет через десять-пятнадцать. Ну то есть вот как раз сейчас примерно. Лучший ученик Варана. Сначала с прозвищем Вараненок. Потом Вороненок. И, наконец, Ворон. Белый, правда. Все-таки старая кровь, как-никак.

И снова развернулся к Ретену:

— Чем красишь? Орех?

— Орех, — согласился тот с невеселым смешком. — Что ж еще?

— Подожди, — Лаис не до конца ловила ситуацию, — Ты закрашиваешь волосы?

— Да, — не стал он спорить.

— Совсем белые?

— Да, — кивнули ей еще раз.

— А зачем тогда… — она неопределенно покрутила вокруг головы, изображая его прическу. — Вы же, судя по всему, не горите желанием быть узнанным, а это привлекает внимание.

— Отвлекает, леди. Отвлекает. Когда вы это увидели, что подумали? Неужто догадались, что перед вами ресс старой крови? — он скептически приподнял бровь. — Боюсь, наоборот, решили, что пижон, который старается быть похожим на ресса, пользуясь неким не слишком внятным сходством. Угадал?

И глянув, как заалели ее уши, с явным удовольствием добавил:

— Конечно угадал.

— Ну да, — встряхнулась она. — Определенный смысл в этом есть.

И тут же посмотрела на Пепла:

— А ты про орех откуда знаешь? Тоже красишь?

— Нет, мне без надобности. Я же смесок. А вот мать красила — говорила всем, что не хочет ходить седой.

— Как она смогла тебя спрятать? — напрягся Ретен, когда речь зашла о матери Пепла.

Мальчишка молчал, мертвым взглядом пялясь куда-то в угол.

— Что? — ресс оглянулся на девушку, поняв, что от него ответа не дождется.

— В борделе, — сказала она.

— Ага. — Взгляд Дари прожег Ретена насквозь. — Одна из лучших девочек мамы Луры. Элита.

— Ресса Лиссерине? — побелевшими губами переспросил он.

— Да. И так ее когда-то звали. Но последнее время чаще просто Лиза.

— Демоны! — Ретен не выдержал и ударился затылком о стену. А потом еще раз, сильнее. — Когда я найду ту сволочь, что подставила Варана, убью только за это.

— Не убьешь, — совершенно спокойно возразил Дари. — Не дам. Это мое.

— Почему именно бордель? — все еще глухо произнес тот минуту спустя. — Почему она не попросила помощи?

— У кого? — повернулся к нему Пепел. — Кому она могла тогда доверять?

— Мне! Она это всегда знала.

— А где ты тогда был? — мрачно поинтересовались у него.

— В камере, — опустил тот голову, признавая правоту мальчишки. — На допросе.

— Пытали? — вдруг спросила Лаис.

Ретен, не осознавая этого, потер запястья и как-то механически кивнул.

— Ничего не добились? — продолжила она.

На этот раз ресс мотнул головой отрицательно.

— Значит, ничего вы не знали. Берег вас начальник. А если бы знали?

— Но должен был найтись выход! — взорвался Ретен.

— Он и нашелся. Причем, как выяснилось, самый надежный.

— Да уж. Вот это точно в голову бы никому не пришло.

— Так и не приходило. Пока ее не убили. — Снова вмешался Пепел.

— Как? Как это произошло?

— Лаис, расскажешь ему? — повернулся тот к девушке.

— Куда ж я денусь? — согласилась она. — Но потом мы закончим этот разговор. По крайне мере на сегодня — светает уже. Дари, пока я рассказываю, шуруй отмывать с себя копоть. Вряд ли те подробности, которые я буду сейчас повторять, нужны тебе дважды в день. А потом я покажу вам чердак. Там вроде было какое-то мебельное старье, так что стряхнете пыль и переночуете, а завтра посмотрим. И освободите, наконец, мою ванну! Я тоже сегодня закоптилась, если кто вдруг забыл.