Глава 8.2

За обсуждением всех моих идей мы просидели до глубокой ночи. Я и сама не заметила, как стемнело за окном. Сумрак окутал и комнату, теперь лишь свет потолочной лампы освещал пространство.

Вилен выглядел уже куда лучше. Сетка сосудов почти сошла с лица, да и сам он как-то приободрился. Похоже, перспектива бурной деятельности не только выбила его из привычной колеи безысходности бытия, но и вернула ему силы.

– Ты думаешь, что сделать витрины со стеклами в этом районе – отличная идея? – недоумевал он на очередное мое предложение. – Хочешь, чтобы их сразу разбили? И ты хоть знаешь, сколько будет стоить гнутое стекло, которое ты тут накалякала?

Он потряс передо мной рисунком витрины.

– Если не пускать в пекарню всякую пьяную шелупонь, то никто ничего и не разобьет, – возмущалась я ему в ответ. Витрины ему мои не понравились!

– Нет, сегодня я уже не готов спорить с тобой об этом… Хватит того, что ты хочешь устроить капитальный ремонт… – Он устало отложил листок к стопке других, где мы уже разметили зал и набросали примерную схему пекарни в целом. Он потер переносицу, явно пытаясь утрамбовать все мои планы у себя в голове.

– Ладно, – фыркнула я, смилостивившись. Радовало уже то, как Вилен отреагировал на правду обо мне. И что идея с той деятельностью, которую я собиралась развернуть, не ушла в трубу. – Ой, похоже, уже поздно…

Я только теперь заметила, что за окном полнейшая тьма. Вилен тоже кинул взгляд в ту сторону и нахмурился сильнее.

– Поговорим завтра…

– Как скажешь, – отозвалась я, понимая, что и мне уже пора на боковую. Все же завтра мы планировали снова продолжить торговлю с улицы. Пока не затеяли ремонт, нужно чтобы как можно больше людей узнали о моих пирогах.

Я поднялась со своего места и уже отправилась на выход. Но у самой двери обернулась:

– И Вилен, – я посмотрела на него, внимательно, проникновенно даже… Силясь передать гамму чувств, что испытывала, – спасибо.

Он хмыкнул, явно понимая, о чем я, кивнул.

– Иди уже спать… Нина-не-Нина.

С улыбкой на лице я вышла из мансарды.

Следующие дни превратились в сплошную круговерть из торговли, готовки и построения планов. Оказалось, что Вилен практически не тратил ни свою пенсию, ни прибыль (пусть и крошечную прежде) с таверны. От налогов за свои заслуги перед королевством он был освобожден. А кроме вина он мало чем занимался в свободное время. Посему у нас (он постоянно настаивал на фразе “у него”, но я упорно обобщала) образовался вполне себе приличный бюджет на все, что мы планировали возвести под этой крышей. Крышу, кстати, тоже оказалось нужно подлатать.

Дульсинея и мальчишки восприняли идею о ремонте… по разному. Дулься явно не была сторонницей нового. Ее устраивало то, как она жила все это время и что-то менять женщине не слишком хотелось. Тем более, что готовки теперь прибавилось. Но ей предложили должность старшей кухарки в перспективе и повышение жалования, поэтому она сдалась довольно быстро. А вот мальчишки и вовсе были рады-радехоньки поучаствовать в намечающемся хаосе.

Кстати именно Гасти и взялся провести меня по близлежащим кафетериям. Классических булочных, к которым я привыкла в своем мире, или пекарен, у них не было… В кафешках продавали в основном вычурные пироженные с дорогим шоколадом из заморских какао-бобов.

Мы даже купили одно, что было подешевле… С виду напоминало пирожное-картошка, но на вкус было таким горьким и сухим, что мое лицо буквально скукожилось. Недовольное лицо хозяина кафетерия и его фырканье на мою недооценку еще долго звучали у меня в ушах.

Но вот хоть увольте, а я не понимала, что местные барышни находят в этом десерте. Гасти, кстати, меня поддержал. Никаких пирожков, ватрушек или пышек я и вовсе не заметила…

Кстати пышки, это то чем загорелась в следующую очередь! Даже заприметила в одной из мастерских мини-жернова, чтобы перетирать сахар, а когда мы оказались на рынке, с радостью нашла ванилин! Здесь его называли пылью желтых цветов…

Еще на рынке я заметила несколько лоточниц, которые торговали горячей выпечкой, но и только. В общем, в плане выпечки конкуренция здесь была ух как не велика. А уж если брать в расчет обычных людей, а не тех воздушный леди из кофеен, которые смаковали те дрянные пирожные, то и подавно.

Рынок, кстати, это вообще отдельная песня! Такого богатства ассортимента мне видеть не приходилось! Чего здесь только не продавали… От ягод, до дорогих шелковых тканей и заморской мебели!

Когда Гасти привел меня сюда в первый раз, я буквально потеряла дар речи!

– Ничего себе!

– Ты только карманы держи покрепче, – фыркнул пацаненок на мой раскрытый рот. – Проныр здесь тоже хватает.

В этом я тоже убедилась… благо красть у меня было нечего. Но пара мальчишек, чуть младше Боди, попытались обдурить меня и залезть в карманы. Ловить их, впрочем, я не стала.

– А чтобы торговать на рынке, что нужно? – шестеренки в моей голове крутились все быстрее… Я буквально едва успевала распихивать все мысли по полочкам.

– Ну, это надо у градоначальника разрешение получить и пошлину оплатить за место, – Гасти пожал плечами. – Но тебе-то зачем? Таверны мало?

– Лишняя точка не лишняя… – задумчиво произнесла я. – А вот эти... Они тоже платят пошлину?

Я кивнула на лоточниц. Пышнотелые женщины во всю глотку зазывали прохожих на свои пироги. Сама выпечка была разложена горкой на деревянном подносе, ремешок от которого был перекинут через шею. Круглые пирожки отличались по форме от моих продолговатых и скорее имели форму хинкали.

– А, не, – Гасти махнул рукой, – эти просто страже при входе пару монет дают.

– Понятно…

Бизнес-план в моей голове день ото дня рос все шире…