Глава 44

Лика

Брожу по залу с бокалом в руке, рассматриваю кривую мазню, поглядываю искоса на маму.

Платье новое, роскошное. Самое настоящее платье мести. Даже если отец ее в нем и не увидит. Главное – чтобы она сама себя в нем так видела и ощущала.

Хотелось бы знать, почему у нее так блестят глаза. Варианта два: либо она переспала с Кириллом и ей понравилось, либо что-то задумала. Впрочем, вполне может быть и комбо. Обсуждать первый вариант нет никакого желания, это ее личное дело. Понравилось – хорошо, пусть. А вот второй как раз очень даже можно обсудить. Наверняка она что-то узнала.

Откуда-то появляется мой обожаемый Левушка, бросаюсь к нему. Обнимашки, конечно. Он мне был как дедушка. Сколько я его не видела, лет пять? Он постарел, сдал, но держится бодрячком. Хорошо, что мама взяла его обратно вместо Марго. Уж он-то точно нож в спину не воткнет.

Стоим, разговариваем, перепрыгивая с одного на другого. Кто-то зовет его, но, к счастью, наконец освобождается мама. Левушка остается за хозяина, а мы идем в «Пинч» - может, и не самое лучше место, но насиженное. Для ужина еще рановато, заказываем закуски и по бокалу вина. Немного препираемся, кто стартует с новостями. Уступаю – рассказываю про увольнение.

- И что? – спрашивает мама, откусывая от брускетты с камамбером. – Будешь искать что-то? Кстати, ты отпуск ведь не отгуляла?

- Нет. В августе должна была. Значит, компенсацию выплатят. Искать? Есть мысль поговорить с Викешей. Он ведь так меня заманивал на очку.

- С соискательства на очку? – мама морщит лоб. – Про обратный вариант слышала, про этот нет. Обычно поступают заново. Оно тебе надо?

- Да нет, поступать точно нет. У меня диссер уже процентов на восемьдесят написан. Но вдруг на кафедру удастся пристроиться? Ассистентом?

Идея, конечно, так себе. Тема у меня не банальная, перспективная, но кафедра – гадюшник похлеще офиса.

Ладно, с голоду не умру. Нычка есть, родители не бросят. Что-нибудь найду. Сейчас совсем другое в голове.

А может, забить на все – и в Питер?

А может, Лика, там тебя никто и не ждет? Картинки картинками, но мало ли?

Все, срок до понедельника. Никаких резких подрывов и прыжков с места, а там уже будет видно.

- Ладно, мать, я в порядке, не переживай. Давай, колись, что у тебя. Платье – отпад! Где оторвала?

- Юлечка в Швейцарии купила, но что-то не срослось у них. У нее с платьем.

- Тебе – идеально. Настоящее revenge dress. Первая мысль была, когда увидела. Куда там Диана [26] с ее черной тряпкой. И выглядишь – просто бомба. Свидание прошло успешно?

- Более чем.

- Да? С перспективой?

- Смотря о чем ты. – Она закусывает губу. – Если об отношениях, то нет. Все хорошо, но отношения мне не нужны. Думаю, ему тоже.

- Ну, оздоровительный секс для настроения – тоже годная вещь. А ты о чем?

- Об информации. Кирилл, конечно, открытым текстом не сказал, оправдываясь лояльностью, но мою догадку фактически подтвердил. Отец купил что-то очень дорогое, заплатил со счетов, но не оформил сделку. Пока не оформил. Поэтому и торопится с разводом.

- Фу, гаденько-то как. – Меня передергивает от плеча к плечу. – И счета, которые делить, резко похудели, и имущество приобретено после развода, разделу не подлежит. И не прикопаешься. Не ожидала от него. Хотя… если уж он оприходовал Марго, то и всему остальному можно не удивляться. Что собираешься делать?

- Для начала подпишем договор дарения и оформим собственность. Подадим заявление в загс. А потом я резко передумаю разводиться.

- Красиво, - киваю одобрительно. – А Кирюша не проболтается?

- Вряд ли. Не в его интересах. Олег Константинович – ценный клиент, такими не разбрасываются.

- Если, конечно, это не какая-то тонкая игра сама по себе.

- Не думаю. – Мама качает головой и отпивает глоток из бокала. – Слишком уж тонко. Жопа не пролезет. Ладно, Волк. – Она смотрит на часы. – Мне надо обратно, там еще фуршет. Не пойдешь?

- Не, не хочу. Поеду домой. Может, успею до дождя. Держи в курсе. Прямо даже интересно, чего он такого жирного прикупил. «Газпром»? Или замок в деревне Грязь у господина Пугачева?

- Вот знаешь, абсолютно не интересно, - кривится мама. – Пущай хомяк подавится.

- Где логика? – фыркаю я, допивая вино. – Если у тебя все получится, хомяк подавится разве что от злости. Потому что либо сделка сорвется, либо придется делиться.

Приехать домой до дождя я успеваю, буквально в последний момент. В подъезд забегаю еще по сухому, а когда вхожу в квартиру, за окном уже льет. Что не мешает мне зловредно вызвать самокатчика с сырниками из «Вкусвилла».

Сижу за столом, поливаю сырники вишневым вареньем, гипнотизирую телефон. И чего, спрашивается, жду? Никто не позвонит и не напишет. И я не напишу. А вот в Контактик заглянуть можно.

А там не фото. Там просто эмпетришка – лайв с того самого концерта в клубе. «Девушка с глазами цвета ветра».

Эх, мама, мама…

Жаль, не сложилось у них с Ветром. Такая была бы красивая пара.

А песня какая! Все-таки любил он ее, и очень сильно. Иначе не написал бы так – что мехом внутрь выворачивает, до слез.

Ей тогда было столько же, сколько и мне. Нет, даже меньше. И так же бродили они по Питеру, как мы с Данилой.

От этих мыслей я снова проваливаюсь в воспоминания, и снова крутит, снова ломает. Еще и память тела, которое тоже подключилось и ноет, скулит.

Три дня – полет… совсем не нормальный. Просто адский полет.

Четверг, пятница, суббота, воскресенье… А в понедельник я поеду в Питер. Вот так.

Даже если Данила позвонит и скажет, что все это было ошибкой. Даже если не позвонит вообще и заблочит меня везде, где только можно.

Я просто поеду в Питер. В чертов Питер. В долбаный болотный Питер – чтоб ему утонуть в ближайшее наводнение!