Глава 20
Утро ее встретило нежным запахом… гари?!
Алена подскочила на постели и непонимающе завертела головой. Где пожар? Куда бежать? Но дыма вроде как не видно. Да и огня тоже… Зато снизу доносился приглушенный разговор, местами срывавшийся в долгий и нудный монолог.
Очень интересно… Алена встала на все еще дрожавшие ноги. Варг себе не изменял — если секс, то до полного изнеможения. Ее, разумеется… Внизу живота приятно потяжелело при одном только воспоминании о том, что они вчера вытворяли на берегу озера. Что оборотень с ней вытворял…
Алена нахмурилась и, подхватив одежду, ретировалась от самой себя в ванную. Холодный душ, срочно! И прекратить уже думать тем, что ниже пояса. Но, черт… как же тяжело сопротивляться опыту мужчины и его… нежности.
Пришлось схватиться за стену и сделать передышку.
Вчера альфа устроил ей тако-о-ое… До сих пор перед глазами искры, а ноги мелко дрожат. Варг превратил близость в самую настоящую чувственную пытку! А потом отнес в кровать, где вместо одеяла использовал себя. Оплел руками, прижался грудью к спине и еще ногой придавил.
Такой тесный контакт был ужасно непривычен, но Алена почему-то сразу уснула. Выключилась под тихое дыхание над ухом, и снилось ей что-то хорошее. Впервые, за долгое время.
Опасно к такому привыкать! Но тут, вдалеке от богатой и непривычной ей жизни, все казалось проще.
Как следует продрогнув под холодной водой, Алена набросила на плечи халат, закрутилась в него по горло. Пижама вчера пала во славу порока и восстановлению не подлежала. С такими темпами Лемман разорится на одежде. И белье…
Алена тихонько вздохнула, стараясь не думать, что из приличного у нее осталось только кружево более или менее сносной плотности. И то, оно больше подчеркивало, чем скрывало. На Новый год придется просить в подарок обычные хлопковые трусики… Наверное, ей не откажут, раз уж оборотень так великодушно согласился на встречу с братом.
В груди тревожно екнуло.
Алена очень бы хотела надеяться, что альфа ее не обманул. Старалась не думать ни о мотивах, ни о причинах, почему ждать месяц. Трусливо? Еще как!
Но иначе она бы просто себя извела.
Пусть лучше все идет, как есть. Все равно гарантий ей никто не даст, а так хотя бы надежда имеется на честное слово Леммана.
Отмахнувшись от бесполезных мыслей, Алена толкнула дверь.
— …Просто надо ложить больше муки… — тут же донесся звонкий голосок Яны.
— Класть больше муки, — пророкотал альфа.
— Фу, правильный какой…
— И русский язык знаю.
— Не люблю русский!
— Не люби. Но ты на нем разговариваешь.
Уголки губ сами поползли вверх. Яна и Варг что-то готовили! И даже общались! Похоже, альфа не слишком безнадежен… И вчера был таким внимательным и горячим…
Так, стоп. Если Лемман решил побыть человеком — это не значит, что его хватит надолго.
— Доброе утро! — сотряс дом вопль Яны.
Ох, похоже, ее услышали. А ведь старалась идти тихо. Аккуратно ступая босыми ступнями по лестнице, Алена спустилась вниз.
— А мы решили приготовить блинчики! — донесся откуда-то издалека голос Яны.
Алена не ответила — не до того было.
Оборотень вальяжно устроился на табурете. Одна нога подогнута, руки расслаблено лежат на столе, голова чуть под наклоном, черные, как ночь, волосы мокрые и обалденно красиво падают на сверкающие желтыми звездами глаза.
Ей срочно нужен фотик! Сию же секунду, чтобы навсегда сохранить это мгновение! Уютный, добродушный донельзя хищник, которого так и хочется обнять и потискать.
Варг слегка выгнул бровь и вдруг… подмигнул. Игриво так и хитро. Боже! Алена отвернулась с такой скоростью, что чуть шею не вывихнула.
Подумаешь, загляделась немного! Как будто это преступление!
— Кхе-кхе, — выразительно откашлялась Яна. — Мне вообще-то помощь нужна, ага?
Да, точно. Помочь волчице. А оборотень пусть лучше сидит и соблазняет… То есть не мешает! Мысленно обругав себя тряпкой и профурсеткой, Алена направилась к плите. По пути чуть не сшибла стул и почему-то запнулась — под коленями предательски слабело. А между лопаток бил внимательный мужской взгляд. И от этого тонкий шелковый халат казался жаркой шубой.
— Давай посмотрим, что у тебя там, — откашлялась, подтягивая к себе миску. — Жидковато вроде… Но ты же знаешь — я не умею готовить блины.
— А вдруг получится? — не сдавалась Яна. — На хорошей плите, и вообще…
Ну что ж, логика в этом была. Алене всегда приходилось готовить на отвратительных сковородках, да и продукты оставляли желать лучшего. Кстати…
— А молоко откуда?
— Так сухое было. И яичный порошок. Сода тоже… Все хорошее!
Эх, была не была! Вот возьмет и приготовит! Лемман слюной захлебнется, и не важно, что от внимания альфы дрожат руки…
Засучив рукава Алена принялась за дело.
* * *
Полчаса спустя
— Признаю, блинчики готовить ты не умеешь, — вздохнула волчица.
А Алена смотрела на липкую горку черт знает чего и чуть не плакала. Как… Ну вот как можно умудриться спалить и не дожарить одновременно?!
— Я же по рецепту готовила, — всплеснула перепачканными руками. — Мы его вместе выбрали!
— По рецепту, ага, — усмехнулась волчица. — Ну ладно, не поесть мне блинов нормальных… Пойду хоть лисичек наберу. Они у тебя отменно получаются.
И хитрюга исчезла в дверях, оставив Алену один на один с грязной посудой и альфой, все это время молча наблюдавшим за ее фиаско.
Алена тяжело вздохнула и взялась за тарелку. Надо помыть. А заодно приготовиться выслушать справедливые замечания по поводу порчи продуктов. Два раза тесто поправляла! И на третий ничего не получилось… От стыда и досады хотелось разреветься — такую ерунду не смогла приготовить!
— Это мелочи, — тихонько прорычали над ухом.
— Ой!
По инерции Алена отшатнулась назад и впечаталась в живой гранит. Альфа стоял прямо за ее спиной!
Недолго.
Рывок, толчок вверх — и вот она на столешнице, а сверху нависает мужчина. Даже так он был гораздо выше… Алена сосредоточенно разглядывала яремную впадинку и пыталась не думать, что близость Варга больше не страшит, а… интригует? Будоражит нервы фантазией, что может произойти дальше.
Подбородок попал в плен горячих пальцев. Мужчина подтолкнул его вверх, и Алена послушно подняла голову.
— Ох, — облизнула внезапно пересохшие губы.
Его глаза опять изменились! Желтизна исчезла, уступая место насыщено-голубому небу и мягкому кружеву проволоки. Безумно красиво!
— Не расстраивайся из-за мелочей, А-ле-на…
Произнес ее имя так, что к щекам хлынула кровь.
— … и предоставь проблемы мне.
Господи, она сейчас стол прожжет!
— Умеешь блины готовить? — чуть не застонала, стоило мужской ладони скользнуть под халатик.
— Умею. Очень вкусные.
Что?! А она тут страдала во имя непойми чего?! Дурман восхищения исчез, и Алена собиралась громко возмутиться и даже открыла рот, но коварный оборотень заткнул его поцелуем! И пояс халатика развязал! Ну он и…
— М-м-м, — застонала, ощутив между бедер чуткие пальцы.
Тонкая полоска кружева съехала в сторону, открывая мужчине полный доступ. Дразняще огладив нежные складочки, альфа слегка надавил на самую чувствительную точку.
— Ох! — ее вскрик утонул в новом поцелуе.
Варг неторопливо ласкал ее рот и между бедер, наслаждаясь полной капитуляцией.
— Тебе очень идет передник, — проурчал прямо в губы, — особенно на голое тело…
Картинка, мелькнувшая перед глазами, была слишком искушающей. Но так же внезапно Варг отстранился и завязал халат.
— Беги одеваться, маленькая, — ухмыльнулся, не скрывая довольства ее растерянным и явно неудовлетворенным видом. — Прогуляемся к водопаду.
* * *
Удивительное место!
Алена никак не могла налюбоваться на блики воды и крохотную радугу, дрожавшую в водяных брызгах.
А еще на мужчину, мастерившего кораблики.
Нож плавно скользил по дереву, выстругивая очередную деревянную лодочку. Варг работал сосредоточенно и быстро, не отвлекаясь вообще ни на что. Между бровей залегла упрямая складка, а губы плотно сжаты, придавая мужчине отстраненно-серьезное выражение.
Ему очень шло! Как и, наверное, любое другое. В который раз Алена ловила себя на мысли, что внешность альфы — настоящее произведение искусства. Его лицом просто нельзя не любоваться. И если раньше это хоть и плохо, но мешал делать страх, то сейчас она беззастенчиво ласкала взглядом скульптурный излом губ, строгий профиль, так похожий на профиль античных статуй, и, конечно, великолепный бардак из густых прядей. Черные волосы высохли и теперь слегка вились на самых кончиках. Безумно прекрасный хаос!
— Зачем столько много? — кашлянула, чтобы хоть так завязать разговор и, заодно, попытаться взять себя в руки.
— Яне.
Алена тихонько вздохнула. Собеседник из Варга, конечно, аховый. И болтать о высоком он явно не собирался.
— Ты же ей сделал.
— Скоро потеряет и придет еще клянчить.
Разумно. Как только волчица увидела водопад, то сразу же нашла, чем себя занять. Вернее, сначала она озадачила Варга.
Альфа не отказал. Что, в принципе, неудивительно, но вот следующий его поступок… Крохотный, но он заставил посмотреть на мужчину немного с другой стороны.
Вряд ли альфа об этом задумывался, но его действия выдавали заботу о Яне. Неумелую, ужасно неправильно оформленную, и все же это было… мило. Необычно. А опять в груди ворочалось непонятное ей ощущение пополам с любопытством. Алена бы не отказалась узнать, что прячется за командирским тоном и привычкой швыряться приказами. Но все ее попытки завести разговор разбивались о сухие ответы-факты.
Что ж… Можно зайти и с другой стороны.
Алена потянулась к корзине и достала бутерброд.
— Хочешь? — предложила мужчине.
Варг хмыкнул и отложил нож в сторону. Протянул руку, но стоило попытаться вложить в нее бутерброд, как вместо еды схватили ее.
Альфа играючи усадил ее к себе на колени и лишь потом взял пищу.
— Польщен твоей заботой, — отложил бутерброд в сторону.
Вот что за дурацкая манера ее тискать, как будто не делал этого вечность?
— Я думала, ты проголодался, — пробормотала, стараясь не обращать внимания на легкие поглаживания бедер и… ох, поцелуи в шею.
— Очень, — проурчал, сдвигая ее к себе ближе.
Сколько уже между ними было, и все равно смущение обожгло крутым кипятком. Алена тихонько вздохнула, и альфа тут же воспользовался подвернувшейся возможностью.
Мужские губы одарили жарким, как июльский полдень, поцелуем. По-хозяйски прижав к себе, Варг ласкал ее рот с неторопливой нежностью, от которой внизу живота просыпались огненные бабочки.
Господи, ведь это всего лишь губы и язык! Но как можно ими вытворять такое, от чего в голове густеет сладкий хмель, а грудь ноет, тоже требуя ласки.
— Ты пахнешь спелой земляникой и солнцем, — пробормотал мужчина, обжигая чувственной хрипотцой, — моя Алена…
А у нее дыхание перехватило от теснившихся внутри эмоций. Сколько страсти! Сколько затаенной нежности, и еще глаза… сквозь черные пики ресниц опять сверкало голубое небо. И сейчас она готова была потеряться в нем без остатка. Раствориться, как глупое легкое облачко…
— Кхе-кхе! Я кораблик потеря-л-а-а! — донесся голос Яны.
Алена испуганно отпрянула и глянула через плечо. Волчица стояла на довольно приличном расстоянии, но наверняка все видела. Ох, как стыдно!
Варг раздраженно выдохнул и ссадил ее с колен.
— Мы еще приедем сюда вдвоем, — пообещал многозначительно, но очень тихо.
— И рыбу я нашла-а-а! Давайте словим рыбу!
— Поймаем! — хором поправили волчицу и, переглянувшись, оба не сдержали улыбки.
Яна рассмеялась и показала «класс». А потом побежала к ближайшим кустам — оборачиваться.
* * *
Нежный девичий смех звучал слаще журчания воды и песни лесных птиц. Малышка возилась с Яной, валяя мокрую волчицу по траве, а Варг…
Он просто наблюдал.
Сидел на траве и внимательно следил, чтобы волчица не сжала зубы сильнее, чем полагается. А еще снова и снова пробовал сладковатый аромат земляники и солнца, в котором буквально полчаса назад появились особенно вкусные нотки.
Через пять-шесть дней у Алены случится овуляция. И от отцовства его отделяют всего лишь несколько жарких ночей.
Зверь требовательно заворчал. Окатил волной желания увидеть омегу приятно-кругленькой, а вот Варг уже не был так уверен.
Зачем это ей сейчас? Жила в бараке, питалась хрен пойми чем и пахала, как лошадь. А теперь еще и с животом бегай. Пусть он мужчина, но прекрасно знал: беременность — ни фига не курорт.
Однозначно, девочке нужна передышка. Месяц на море провести — в самый раз. Поваляется на теплом песочке, фруктов нормальных попробует, морепродуктов разных. Потом с братом повидается и окончательно в себя придет.
Вот тогда можно и о детях подумать. Варг был уверен — из малышки получится замечательная мама. Заботливая и любящая, а не та, что детей видит, только когда нянька принесет.
Зверь недовольно рыкнул, но и только. Безболезненно пошел на компромисс, принимая разумными доводы человеческого «я». Странные ощущение… Забытые, но такие правильные. И глаза тоже странного цвета. Варг увидел изменения сегодня утром. Долго вглядывался в зеркало, рассматривая голубые прожилки, но удивления не ощущал.
Тварь внутри урчала ласковым щеночком, вместо крови и боли требуя заботиться об избранной самке. А Варг ловил себя на мысли, что он — человек — тоже не смог бы дальше игнорировать девочку.
Да и, черт возьми, зачем? С ней потрясающе спокойно и хорошо, так может… узнать друг друга ближе? Как нормальные люди.
Эта мысль была настолько же дикой, насколько притягательной. Но, проклятье, она доставляла удовольствие! И это само по себе казалось неестественным. Он никогда не рассматривал женщин в качестве чего-то большего, чем любовница.
— Ой, Яна!
Варг чуть не подскочил на ноги. Укусила?! Но нет, Алена смеялась и вытирала губы рукавом.
Черт… Все-таки хорошо, что у него племянница, а не племянник. Оборотни-мальчики созревали рано и в тринадцать-четырнадцать могли сойти за конкурента.
Память тут же выкинула слайд-шоу из тревожащих воспоминаний. Ему было как раз столько же, когда садисты в белых халатах решили, что неплохо было бы получить от него потомство.
Предварительно обколов возбуждающей дрянью, сунули к нему в клетку оборотницу. Испуганную до чертиков и совсем еще молоденькую девчонку, от которой вкусно пахло овуляцией.
Варг незаметно повел плечами. Хрен его знает, на чем тогда вывез — как обычно, на упрямстве. Руки себе изгрыз, на стенку кидался, но волчицу не тронул. Может, зря…Ей потом такое устроили… А его в это время кнутом охаживали.
Проклятье, хватит! От той долбаной базы теперь только камни. И причастные — все, кого они с Данте найти смогли — на собственных кишках повешены.
И Варг наслаждался каждым убийством как последним. Жаль, что нельзя прикончить дважды, но агония ублюдков длилась восхитительно долго.
— Яна!
Голос Алены выдернул из душного плена воспоминаний. Зверь недовольно рычал, опять злой и встревоженный. А под сердцем угнездилось хреновенькое такое ощущение — и никак от него не избавиться.
— Пора домой, — поднялся на ноги. — Рыба сейчас стухнет.
Бред, конечно. Добыча отмокала в воде на самодельном копье из орешника. Устроил девочке небольшое шоу — порыбачил без удочки, одними руками, за что его наградили таким восхищенным взглядом, что захотелось вместо рыбы схватить омегу и в логово уволочь.
А Яна пусть погуляет пару часиков…
— Я не хочу домой!
Варг перевел взгляд на ближайшие сосны. Так, над поведением Яны надо еще поработать. Лентяйка. За кусты ей бегать надоело — решила в качестве ширмы Алену использовать.
— Можешь остаться здесь, — равнодушно пожал плечами.
Уговаривать волчицу он не собирался. Пусть спасибо скажет, что ее с собой взяли.
— Я уху приготовлю!
А вот и голос разума. Интересно, как Алена терпит эти взбрыки. Его они откровенно раздражали.
Яна что-то забурчала, но показывать характер прекратила. Оделась и дунула обратно к логову, а от самой так и несет обидой. На ровном, блядь, месте… Достанется же кому-то головная боль.
Варг пошел за рыбой. Алена топталась в стороне. Решала, куда идти. А он пытался избавиться от мысли, что ждет выбор в свою пользу. Хрень полная. Это всего лишь прогулка, и совершенно не важно, как она закончится, но…
— Яна расстроилась, — кашлянула малышка, подбираясь ближе.
Пришлось сжать губы, чтобы не улыбнуться — к нему пошла все же.
— Яна слишком избалована.
— Она просто хочет внимания, Варг. Твоего внимания.
Все-таки он обернулся. Протянул руку — и девочка подошла ближе, позволяя заключить себя в объятия. Идеально!
— Моего внимания? — усмехнулся, заправляя за ушко тяжелый золотой локон.
— Да! — не смутилась Алена. — Разве ты не видишь, что она пытается тебе подражать?
Варг только глаза закатил:
— Я плохой пример для подражания, маленькая.
— И все же она к тебе тянется. Просто… показывает это глупо.
Упрямая какая!
— Алена, душещипательные беседы — это не по моей части. Я сделал все что мог, когда забрал ее из приюта.
В глубине лазурно-зеленых глаз мелькнуло разочарование:
— Понятно… — ответила тихо.
Варг мысленно выругался. Да что сейчас не так?! Сама ведь прекрасно все знает! Ладно, позже побеседуют.
Тем более волчица мчалась обратно — только треск по всем кустам.
И минуты не прошло, как девчонка выскочила на поляну. А у самой глаза на пол-лица.
— Варг, там… там Данте пришел!
Твою. Мать.
А зверь рванул на волю, и мир вокруг окрасился багровыми тонами.