Глава 29. Рокси.
Роды Милены были двенадцатичасовыми, мучительными и ужасными! Я всё время была с сестрой, держала её за руку и…всё видела, даже чувствовала вместе с ней.
Я безумно волновалась за неё, плакала, хотя врачи успокаивали меня, говорили, что первые родыне всегда так болезненно протекают, просто Милена оказалась слишком слабой, когда плод был чуть больше четырёх килограмм. В итоге всё завершилось небольшими разрывами и кровотечением, которое быстром стабилизировали.
В тот момент, я так испугалась, что была рада имеющей возможности сделать аборт, но когда взяла на руки малыша, мгновенно изменила свое ужасное решение.
Амир…первое, что произнесла Милена, перед тем, как потеряла сознание. Наверное, в тот момент, когда врачи засуетились и началипредпринимать все возможные действия чтобы остановить кровотечение, моя сестра подумала что умирает. Но к счастью, всё быстро решилось,Милена истощенная и слабая, простолишилась чувств. А мне как тётке, выпало первенство, больше часа наслаждаться спящим младенцем, который вызывал лишь одно умиление, счастье и любовь.Амир - так Амир! Я понимала, что данное имя не нашей национальности, но это выбор мамы, а значиттак и будет. Позже, я хотела поинтересоваться у сестры, почему она выбрала именно такое имя. Хотя в принципе, это было не важно, простое любопытство. Я полюбила этого малыша с первого взгляда, и как его будут называть – мне было всё равно. Это ничего не изменит. Он - моя родная кровинка. Мой племянник. Родная душа.
А это значит, что мы с сестрой, теперь не одни. Наша семья пополнилась.
И если Милена смогласправиться с этим в одиночку, то и я могу!Осилю! Я смотрела на малыша в своих руках целый час, и всё это время на моих губах оставалась счастливая улыбка. Я целовала его, гладила, прижимала к себе и не могла вдоволь насладиться. Он всего лишь раз открыл свои маленькие,сощуренные глазки, и несколько минут смотрел вокруг с явным интересом. Не плакал, не кричал, а просто смотрел, пока опять уснул, убаюканный моим теплом. И этих нескольких минут, мне хватило, чтобы заметить невероятный цвет радужки глаз малыша, светло-серого цвета, с чёрной оборочкой вокруг. Такой себе «орлиный взгляд» - моя первая ассоциация, но точно не цвет глаз Милены. Так же само,как и цвет волос, оттенок кожи, губы и даже маленький носик – всё было не от моей сестры. А значит от отца. И если отец ребёнка тот ублюдок который лишил воли мою сестру и несколько месяцев измывался над ней, Милене придется очень не легко, когда она будет смотреть на своего сына. Но, моя сестра девушка умная, и я знаю, что она не станет винить эту кроху в погрешностях своего отца. Если бы она ненавидела этого ребёнка, то нашла быспособ как прервать беременность. Даже незаконным образом.
Только вот…всё это ерунда. Я видела взгляд сестры на своего сына, и уже тогда поняла, что она безумно его любит. А чей он и от кого – это не имеет значения!
Именно эти мысли дали мне возможность посмотреть на свою беременность с другой стороны. Даже если Макс не захочет ребёнка, или он мне не поверит, что я беременнаот него - без разницы!Нанём мир клином не сошёлся!!! Я могу быть независимой от поддержки мужчины, справится сама, или с сестрой, но ребёнок должен жить.Как говорила моя бабушка: «На всё воля Божья!», и если Бог решил подарить мне малыша, значиттак надо. Я не имею права от него избавляться, под всякими глупыми предлогами, поскольку просто не рассматривала такой возможности.
У меня будет ребёнок.
Он будет мой!
И я справлюсь!
Конечно, я поговорю об этом с Максимом, признаюсь что солгала, но надежда на положительную реакцию с его стороны – невелика. Покамест, у меня сложилось впечатление, что я ему нужна только для постельных утех, и если это так на самом деле, боюсь, он изрядно расстроится.
Пока сидела, полностью поникнув в своих раздумьях, прошло ещё некоторое время, и я пропустила тот момент, когда Максим появился в гостиной. Лишь после того как хлопнула дверь и он сделал шаг ко мне, я подняла на него свой взгляд и встретилась с ним глазами. С такими невероятно-красивыми глазами, которые рассматривали меня с непонятныминтересом.
- Ты знаешь, я передумала делать аборт…, - решаю признаться сразу, но он меня обрывает.
- Выходи за меня!
А потом виснет длительная, пятисекундная тишина, во время которой между мной иМаксимом, словно искры пролетают. Я смотрю на него в явном шоке, с открытым ртом, не мигая, а он…ну, будто бы его предложение соответствует норме.
- Ты знаешь, твои шутки иногдапереходят все границы адекватности! – отвисаю я,опуская взгляд на ребёнка. Пытаюсь скрыть свою реакцию.
Ну, он никак не может говорить это серьёзно!
- Я не шучу, Роксана! – отвечает он, приближаясь ко мне.
- Мы знакомывсего лишь один месяц, итот прошёл не совсем удачно! – возмущаюсь, вновь обращая на него внимание.
- Какая разница, если всё остальное время, до скончания наших дней и без сомнения после, ты будешь моей!- выпаливает он, нависая надо мной.
Я смотрю на его пылающий, потемневший взгляд снизу вверх, понимая, что Максим недовольный моим ответом, и в этот же момент так жеосознаю, что онникак не отреагировал на мою новость оставить ребёнка. По сути, ребёнка Думова, как я сказала! И вдруг меня осеняет!
- Ты знал…, - начинаю, запнувшись, поскольку в гостиной появляется молоденькая медсестра, которая была приставлена к Милене для присмотра на несколько часов.
- П-прошу прощение, - сразу извиняется она, застыв на последней ступеньке спуска со второго этажа. – Я не хотела мешать…, - виновато добавляет, бросив испуганный взгляд на Максима.
- Что с моей сестрой? – взволнованно спрашиваю, поднимаясь на ноги.- Она проснулась. Нужно покормить малыша, - лишь отвечает медсестра, и я облегчённо выдыхаю.
- Да, конечно, - говорю растерянно, приближаясь к девушке, и передаю Амира ей в руки. Она осторожно забирает у меня младенца и мгновенно подымается наверх.
Я тоже хотела пойти к сестре, но мы с Максом не договорили, к тому же, думаю, Милене нужнопобыть в одиночестве со своим ребёнком. Первый родительский контакт. Это важно. А я ещё успею…
- Значит, ты знал, что я беременна от тебя? – продолжаю, оборачиваясь к Максиму.
- С первой секунды, после того как доктор сообщил мне эту новость, - спокойно отвечает он, приближаясь ко мне, заключая в свои объятия.
- Я так понимаю, разговор об аборте – простой треп? – уточняю. – Ты, не позволил бы мне этого сделать?
Макс отрицательно качает головой.
- Мне хотелось, чтобы ты приняла ребёнка добровольно. Чтобы ты захотела его. Осознала. Я дал тебе один шанс на это. И я очень рад, что ты изменила своё мнение, - отвечает он, прижимаясь губами к моему виску, а я отстраняюсь от него.
- А если бы, я не изменила решение?
- Запёр бы в подвале, пока не одумалась, - говорит с улыбкой, и я толкаю его в плечо. Точнее, пробую толкнуть, но это так смешно выглядит. - Значит, это предложение из-за беременности?
- Ребёнок не должен расти без отца, но я сделал тебе предложение неиз-за беременности…
- Ребёнок – не должен расти без отца, но это вполне возможно. Ты не обязан связыватьсебя узами брака, ради благородства…, - исправляюего,услышав только первые слова.
- Помолчи! – обрывает он меня, обхватив мой подбородок рукой, заставляя смотреть себе в глаза. И я замолкаю, потонув в этом зелёном омуте. В нём столько эмоций, столько чувств, тепла - что ненужно никаких слов, но Максим добавляет: - Это всё из-за твоих глаз и язычка!
Неординарное признание в любви, ноя и так всё поняла!
- Ну…, - специально тяну. Наигранно. Серьёзно. – Если бы ты сполна узнал действие этого вот язычка, то вообще, сделал бы мне предложение в первый же день нашего знакомства!
- Я ещё успеваю попробовать «товар», перед«приобретением», - подыгрывает мне Макс, ничем не поступаясь, подхватив на руки. – Но ты – согласна? – уточняет, поднимаясь вместе со мной по ступенькам наверх. Вскрикиваю от испуга, и обхватываю плечи Максима руками, пряча лицо в изгибешеи и плеча мужчины. Как посмотришь, какая высота остаётся за его спиной, сердце от страха замирает.
Совсем сума сошёл!
Но, не всё ему так просто!
- Ещё не знаю, Макс, - растерянно отвечаю. – Всё слишком быстро… я подумаю…
- Думай, пока будешь в моей кровати! – невозмутимо отвечает он, открывая ногой дверь в свою спальню….