Глава 4

Двери лифта открылись, и я вышел из огромной железной коробки. Несомненно, это изобретение было полезным, но мне были больше по душе лестницы.

На лестнице тебе не приходится находиться в закрытом помещении с неприятным тебе человеком. Ты можешь его всегда обогнать или же наоборот сбавить шаг.

Вот только эта высотка не позволяла мне ходить по лестнице каждый раз, когда вздумается, слишком высоко.

Высокие дома это было еще одним изобретением современного века, эти высотки словно пытались достать последними этажами до неба. Еще пару сотен лет назад они бы считались обителью небожителей, а сейчас здесь обитали самые настоящие демоны.

Перед кабинетом Локвуда я снова почувствовал его гнетущую ауру, она была давящей неспроста. Это было его гллавной особенность. Он мог влезть в голову любого, кому захочет, поковыряться в ней, изменить воспоминания, заставить забыть, или поверить… Такое мог только он. Стереть личность человека и создать совершенно новую, угодную для демона.

— Входи, — услышал я голос Локвуда, даже не успев постучать в дверь. Преодолел дверь и встретился взглядом с Джагхедом, тот тоже был не рад визиту к главному демону.

Он напряженно тер браслет и ждал, когда нам сообщат причину, по которой нас вызвали рано утром, хотя причину мы и так знали достаточно хорошо.

— Это она? — спросил Локвуд, наклонившись над своим огромным столом, уперев руки в стеклянную столешницу.

Джагхед предпочел промолчать, сейчас, я думаю, он был рад, что именно я отвечаю за Мари, а значит, и отвечать на вопрос мне.

— Сложно сказать… — начал я.

— Что в этом может быть сложного! — один взмах руки и содержимое стола летит на пол, разбиваясь на мелкие кусочки. К такому проявлению эмоций Локвуда я уже привык, они меня не пугали. Пугало то, что шло после них. Атмосфера в кабинете становилась гнетущей, она все больше давила, словно высасывая все жизненные силы.

— Внешне похожа, но нужно больше времени, чтобы дать точный ответ, — спокойно ответил я.

— Прошло несколько сотен лет, Шерхан, сколько, по-твоему, я еще должен ждать? — прорычал он, я склонил голову.

Локвуд не оценил бы мою злость, он больше ценит покорность и страх.

— Что скажешь ты, Джагхед?

Обратился он к своей левой руке. Демон вздрогнул, незаметно, легко, но я успел уловить его испуг.

— Я провел с Мари недостаточно времени, чтобы сказать точно. Вы доверили ее Шерхану, а он не подпускает меня к ней.

— Ты упрекаешь меня, что я доверил ее не тебе? — голос Локвуда звучал спокойно, он стоял, наклонив голову набок. Я опустил голову еще ниже, зная, что последует за спокойствием. На сегодня Локвуд выбрал для себя жертву, остается лишь надеяться, что ему хватит одной.

— Нет, нет, что вы…Я бы ни за что…

На последнем слове голос захрипел, я услышал как хрустят кости. Должно быть, это ноги…Вслед за хрустом, тело Джагхеда упало на ковер. Он пытался опереться на руки, хрипел, а я просто молча стоял.

— Ты помнишь, что натворил в прошлый раз, Джагхед? — так же спокойно, словно ничего не происходит, продолжил Локвуд. — Дженнифер была, по твоим словам, очень похожа на Джарумбаи. Но оказалась не ею. И вместо того, чтобы убить ее и хорошенько спрятать, ты умудрился подставить нас перед харнителями. Они нашли ее тело, Джагхед. И как могу после этого тебе довеять.

— Простите, — прохрипел он.

Хруст костей сообщил о том, что Локвуд снова их срастил. Джагхед, шумно задышал и моментально постарался подняться на ноги.

Сейчас я понимал его. Останься Джагхед лежать на ковре, и Локвуд бы придумал что похуже. Он ценил страх, но ненавидел, когда что-то валяется у него под ногами.

— В этот раз за девушку отвечает Шерхан. Тем не менее, я требую, чтобы вы оба следили за ней. Сегодня приведете ее сюда. Если она не моя дочь, Шерхан должен будет избавить от нее как можно скорее.

При слове избавиться, я почувствовал тошноту.

— Я думаю, это нецелесообразно сейчас, господин, — словно отдельно от всей своей сущности сказал я.

— И что же по-твоему целесообразно, Шерхан? Говори? Раз ты научился думать?

Джагхед кинул на меня взгляд и еще ниже опустил голову. Голос Локвуд был спокойным, а значит, я следующая жертва господина. Я и сам не понимал, почему влез. Ради незнакомой девушки?

— Хранители следят за нами. Девушка приехала на стажировку, если это не она, проще было бы отправить ее домой с характеристикой. Скажем, что не подошла. Нет тела, нет хранителей и у нас меньше опасений. Не думаю, что будут проблемы, ее родной город далеко отсюда.

Тишина стала звенящей, я с нетерпением ждал боли за свое непослушание, но она не последовала.

— Я ценю тебя, Шерхан, именно за твой здравый смысл.

Сказал Локвуд, на секунду я прикрыл глаза.

— А теперь оба идите. Я хочу ее увидеть. Пусть придет ко мне в обед.

Поклонившись достаточно низко, мы с Джагхедом вышли из кабинета. Мой коллега направился к выходу, освобождая горло от галстука, я же отправился к лестнице.

Сейчас точно был не готов ехать даже пару этажей в одном лифте с кем-то.

У Мари появился шанс выжить, и я почувствовал нечто напоминающее облегчение. Но почему?

Спускаясь по лестнице, я не узнавал сам себя. Меня давно уже не беспокоит ничья судьба, даже своя. Но было в ней что-то хорошее, что-то, что я видел очень давно в фиолетовых глазах принцессы.

Она смущалась, боялась прикосновений и пыталась напоить мня кофе. Это тронуло меня? Не думаю, скорее, напомнило кое-что, о чем бы следовало забыть.

Только вот даже спустя несколько столетий я помнил фиолетовые глаза и нежные руки. Лучше пускай это будет не она.

Когда я спустился, уже знал, что Мария здесь. Ее доставил личный водитель. Увидев меня, девушка помахала рукой через стекло, а я сделал вид, что не заметил ее и проскользнул в свой кабинет.

Сейчас я ненавидел эти чертовы стеклянные стены. Они были нужны, чтобы я мог следить за ней, но в итоге чувствовал себя как на ладони.

На столе я сразу же заметил кое-что необычное, что я точно не оставлял. Там стояла бутылка воды со льдом и лежала записка.

Взял ее в руки.

То, что ты любишь. Отличного утра J

В конце Мария нарисовала смайлик, против воли повернул к ней лицо, она улыбнулась и снова помахала. Пришлось помахать в ответ. Что-то неуловимое было в этом жесте, что-то забытое или возможно то, что я никогда не чувствовал на себе.

Это была забота. Мария заботилась о чудовище, которое в любой момент может свернуть ей шею и даже не догадывалась об этом.

Сегодня девушке предстояла встреча с Локвудом, от этой мысли у меня сразу разболелась голова, я открыл бутылку и сделал пару глотков. Сейчас она была очень кстати.

В дверь постучали, и я уже знал, кто это.

— Доброе утро, — голос жизнерадостный, добрый, сквозь него чувствовалась искренность.

— Доброе, — хмуро ответил я.

— Может, сходим вместе на обед, — я посмотрел на девушку, на ней сегодня были ботинки на плоской платформе, черные штаны и белая блузка. Очень по-офисному.

Так же я заметил, что штаны были больше на несколько размеров, и неумело подшиты, блузка порвана подмышкой и зашита, а ботинки были достаточно истерты, что не скроешь уже черным лаком.

Настоящая бедность редко кричит о себе, чаще она молча подшивает вещи и носит изношенные ботинки. Было время у меня не было даже изношенных ботинок. Время, когда Локвуд нашел меня.

От накативших воспоминаний я поморщился.

— Нет аппетита, Мария. Тем более Локвуд желает сегодня лично познакомиться с тобой в обед.

Я сел за стол и уставился в монитор, который был выключен. Смысла продолжать разговор не видел. Если в обед Локвуд, поковырявшись в голове девушки, поймет что это не Джарумбаи, он просто вышлет ее с билетом в один конец и мы завтра даже не увидимся.

А если нет… Я тем более не хотел знать ее ближе.

— Хорошо, — сказала она, каким-то грустным голосом.

Я продолжал молча смотреть в темный монитор.

— А что у тебя на волосах? — неожиданно спросила она.

— Что? — не понял я.

А девушка уже сделала пару шагов разделяющих нас и легонько коснулась моих волос, я рефлекторно потянул руку и наши пальцы соприкоснулись.

В этот раз она не стала убегать, в ее глазах было что-то неуловимое и непонятное. Меня это почему-то задело и я разозлился.

— Это все? — грубо спросил я.

— Да, — ответила она как-то растерявшись.

— Тогда я хотел бы остаться один.

Девушка кивнула, заправила черный локон за ухо и сказала.

— Отличного тебе дня.

Я ничего не ответил, и она, прождав еще пару секунд, вышла. Меня злила не девушка, а чувства, которые она вызывала, они были слишком… человеческие.

Какие-то давно забытые, неправильные. Я думал, что уже забыл о них, но, оказалось, еще нет. И это выводило из себя.

Нужно держаться от нее подальше, пусть поскорее уезжает, так будет лучше для всех здесь.

* * *

Сегодня Шерхан не был так общителен, как вчера. И даже бутылка воды, которую он принял, совсем не расположила его ко мне.

Напротив, он стал более замкнутый, злой и грубый. Мы перебросились парой фраз, и я хорошо осознала, что этот мужчина хочет, чтобы я ушла.

Вот только так просто я не могла, нужно было проверить. Я намеренно поправила волосы Шерхана и когда наши руки соприкоснулись, ожидала вспышку, но все было тихо, просто касание.

Неужели все, что было до этого, мне показалось?

После пары фраз я вышла из кабинета. Могла ли я все выдумать? Зашла в свой кабинет, посмотрела на парня, агрессивно нажимающего на кнопки мышки.

Он был сосредоточен, зол и что-то было еще… Или мне кажется?

Заварила себе кружечку кофе и стала ждать, когда мне принесут работу, но время шло, а работы не было.

Идти к Шерхану я не решалась, а искать Джагхеда — тем более. Лучше уж сидеть и тихо ждать обеда.

Время тянулось вечность. Чтобы не тратить его впустую, я включила пару обучающих видео, хоть чем-то полезным займусь.

Вытащила из сумочки блокнотик и стала конспектировать, это увлекло меня настолько, что я даже вздрогнула от стука в стеклянную дверь.

— Локвуд ждет, — пояснил Шерхан, оценивая, чем я занимаюсь.

Я вздохнула, сложила блокнот и ручку в сумку и молчал встала. Шерхан вышел, и я последовала за ним.

Мне казалось, что мужчина был очень напряжен, но я решила не лезть к нему с вопросами и так было видно, что раздражаю его.

И это неудивительно. С чего вдруг мне его интересовать? Зачем я его вообще на обед звала, какие глупости.

Станет красивый богатый парень обед со мной в какой-нибудь пошарпанной кафешке. Должно быть, в его глазах я была как навязчивая навозная муха, от которой он бы и рад держаться подальше, да не может.

Как он вчера сказал Джагхеду, что меня ему поручили и с поручениями он всегда справляется достойно. Кажется, как-то так.

Нужно было еще вчера понять, что не стоит его беспокоить. Он не особо дружелюбно настроен, да и я никогда не была приставучей… Просто было в нем что-то, что меня притягивало к нему…

Лифт пиликнул, мы вышли. Этот этаж отличался от нашего. Здесь не было красивых окон, вообще окон не было, только лампы с неестественным освещением и длинный коридор с одной единственной дверью.

Выглядело это жутко, но, казалось, Шерхан привык. Он подошел к двери и постучал.

— Входите, — прозвучало из кабинета, каким-то до боли знакомым голосом, хоть я и была уверена, что слышала его впервые.

На минуту я встала, чувствуя, как по телу идут мурашки. Мандраж перед собеседованием? Но я была готова поклясться, в этом страхе было что-то другое.