Глава 43

Алексей

Говорят, что первый человек, о котором ты думаешь утром и последний человек, о котором ты думаешь ночью – это причина твоего счастья, или твоей боли. Но я не склонен размышлять такими высокопарными категориями. Думаю, человека, с мыслями о котором ты просыпаешься и засыпаешь, тебе просто хочется трахнуть. И не более того.

Секс привлекает меня тем, что с его помощью можно ничего не чувствовать. Получать острые эмоции и ощущать себя живым, но вместе с этим, проникая в чужое тело, можно оставлять нетронутой душу. Конечно, если вообще у людей есть душа. В чём я лично сомневаюсь.

Все эти сказки о загробном мире и ответственности, которую каждый понесёт за свои поступки после смерти – херня, с помощью которой более сильные хотят контролировать более слабых. Чтобы цивилизация не скатилась в хаос, люди верят в сверхъестественные бредни. Хотят, чтобы их жизнь имела смысл.

Но смысла нет. Наша жизнь – череда бессмысленных страданий, которые норовят нагнуть тебя и отхлестать как сучку. Ты жив, пока сопротивляешься.

И посреди всего этого единственное, ради чего стоит жить – это удовольствие. Оно никогда не обманывает. Удовольствие - самое честное, что есть в этом мире. Завладей им, и ты станешь самым богатым человеком в мире.

Каким-то странным образом на этом отрезке пути моё удовольствие тесно переплелось с той, кто упрямо отказывается его получать. Глупая, неопытная девчонка, которая возомнила, что в праве обламывать мой кайф. Как подумаю о ней, так внутри всё свербит от негодования и злости. Никто. Никто не смеет лишать меня того, что по праву моё!

Но я знаю, как сделать так, чтобы она передумала. Есть один проверенный способ. Как бесформенному куску металла придают нужную форму? С виду он кажется таким твёрдым и несгибаемым. Сперва его раскаляют до красна, куют и долбят отбойным молотком. С этой частью я, кажется, в выходные я справился «на отлично». Ну а дальше, чтобы закрепить результат, нужно резко остудить раскалённый кусок. Этим я занимался вчера и сегодня.

Светы нет на работе, она на больничном. Мы не видимся. И не сообщения её я тоже не отвечаю, надеясь, что мой кусок металла затвердеет в нужной мне форме очень скоро.

- Привет, - рядом со мной за столик подсаживается Макс.

- Здорово, - задумчиво кручу в руках телефон.

- Ты где все выходные пропадал? – спрашивает. – Думал, ты в клуб придёшь, отдохнём? Девчонки про тебя спрашивали.

- Мне они неинтересны, - отрезаю.

- А кто тебе интересен? Та блонда?

Макс вздыхает, складывая руки на груди. Сперва сам напросился пообедать со мной, теперь будет ещё с вопросами лезть?

- А тебе какое дело? – продолжаю смотреть на экран. Игнорю её «привет» уже трое суток. Она там что-то ещё понаписала, но я не читаю. Не читаю, но думаю. Даже от работы отвлекаюсь.

- Да вот, - Макс снова вздыхает, и это почему-то бесит. – Думаю, накатает она на меня заяву в ментовку, или нет?

- С чего это? – усмехаюсь, наконец, переводя на него взгляд. – С чего ты это решил?

- Потому что то, что было в том номере, - друг подаётся вперёд. – Это не было игрой, Лёх. Ты совсем охренел? Я же видел, она совсем не в себе была!

- Тебе показалось, - отмахиваюсь. Внутри всё как-то неприятно покалывает. Нет, ему не показалось.

- Так что, - Макс поднимает брови. – Ты с ней всё? Закончил?

- Ты это к чему спрашиваешь? – холодно интересуюсь, периодически глядя на свой смартфон. Непреодолимое желание постоянно его проверять охренеть как раздражает. И откуда это берётся-то?

- Ну, - друг барабанит пальцами по столу. – У нас принято делиться. Ты сам меня пригласил. Она мне понравилась, вот я и…

- Пока нет, - уклончиво отвечаю, не глядя ему в глаза.

Беру со стола вилку и впиваюсь ею в сочный стейк. С таким же удовольствием я бы воткнул её в ладонь Макса. Но не сделал этого. Всё же, друг как никак.

- Пока? – его глаза поблёскивают. Да он, блин, нарывается!

- Пока, - подтверждаю.

- Значит, чуть позже? – уточняет.

- Значит, - остервенело режу мясо ножом, и из нежной плоти вытекает розоватый сок.

- Ты какой-то нервный, - Макс откидывается назад. – Тебе в отпуск надо.

Усмехаюсь, прекрасно зная, к чему гадёныш клонит.

- Поеду, в конце недели.

- Ещё бы ты не поехал! – подмигивает мне он. – Главное событие лета! Фрипипл в Сочи… Ты, кстати, один поедешь, или эту секретаршу с собой потащишь?

- Она не секретарша, - отзываюсь. – Она училка.

- Серьёзно? – Макс закатывает глаза, явно предаваясь похабным фантазиям. Раньше, наверное, я бы с удовольствием его поддержал. Но сейчас… не хочется. – Ну так что? Возьмёшь её с собой?

- Я работаю над этим, - пространно объясняю. – А тебе-то что?

- Ну как что? – друг подозрительно смотрит на меня. – Ты же сам говорил, что хочешь её дожать, разве нет?

- Разве да! – чувствую, как начинаю раздражаться. Отчего-то хочется Макса на три буквы послать.

- Ты её для жмж хочешь оставить? Или мжм ещё в силе?

- Всё в силе… - невпопад отвечаю я, переставая следить за ходом его мысли, потому что в этот момент экран загорается очередным сообщением:

«Почему ты мне не отвечаешь?»

Довольно улыбаюсь. У малышки уже ломка началась. Как раз вовремя.

Сейчас, запертая дома, без работы и других способов отвлечься, она думает обо мне, и нашем ярком опыте практически постоянно. Знаю, о чём говорю. Сам через подобное проходил.

Тут ювелирная точность нужна. Раззадорить, но не передержать. И мне кажется, моя подчинённая уже на грани.

- Тогда в субботу на месте встретимся? Эй! Лёха? Ты слушаешь меня вообще?

- Да-да! – с воодушевлением отвечаю ему, чувствуя, как к щекам приливает краска от возбуждения. – Слушай, Максик, мне пора на работу возвращаться. Позже поговорим, окей?

Не дожидаясь его ответа, я бросаю на стол деньги и, вытираясь льняной салфеткой, встаю с места.

Осталось совсем немного. Думаю, завтра она сама придёт ко мне.

И тогда…