11.2

— Если понадобится, дам знать, — скупо отвечаю. В этот момент девчонка смешно плюхается в сугроб, выглядит при этом так, что внутри зудит невнятное что-то. Резко отворачиваюсь и ухожу вглубь спальни.

— Ну, как знаешь. Только это… — Вася мнется, и я уже предчувствую очередную проблему. — Ты не лютуй с ней особо, ладно?

— Ты мне правила общения с нанятым персоналом решил прочитать? — удивляюсь его наглости.

— Нет, но… Николай сказал про его последние закупки и… В общем, я тебя знаю, Камиль, не первый год.

— Вот именно, — осаживаю его. — Полагаешь, я должен выплясывать вокруг девчонки?

— Нет, но когда Коля сказал, что ты приказал среди ночи скупить полмагазина женских средств, даже я прифигел.

— Мне, по-твоему, надо было дождаться, пока она тут кровью истекать будет?

— Нет, конечно, — посмеивается нахал. — Но судя по тому, как она поблагодарила меня за аванс и намекнула, что я недооценил твой характер, ты лютуешь.

Черт, ну, это вообще уже зашквар. То есть эта мелкая дрянь еще и жалуется на меня? Серьезно?

— В общем, дай девочке спокойно работать. И тебе хорошо — в доме порядок, жратва есть, и ей тоже.

— Что-то уж больно ты за нее переживаешь, Вася.

— Да не за нее, — вздыхает он. — Ладно, мне бежать надо. Я Алике, если что, сказал, чтобы связываться по спутниковому телефону. Сам знаешь, связь у вас не ловит, а если вдруг что — обратится к тебе.

И все. Гудки короткие.

Пиздец. Пару минут стою и тупо осознаю, что походу где-то я просчитался, раз мой собственный помощник уже ни черта меня ни во что не ставит, если позволяет себе подобное.

Мыслями возвращаюсь к Алике. Занятная девочка. Бесит своим этим норовом, хотя трясется вся, но нет-нет да как выскажется, что рука так и чешется отшлепать нахалку.

Еще и интерес этот Васин. Неспроста это. Но раз уж делать тут все равно нечего, то пусть остаётся. Будет за кем понаблюдать и подумать в перерывах между…

Бросаю взгляд на дверь комнаты, в которой провожу большую часть своего времени.

Когда увидел девчонку рядом с ней, едва сдержался, чтобы не вышвырнуть. Не хватало еще, чтобы разнюхала. Ведь тогда живой ей уже точно не уйти.

Стоит только мыслям свернуть в эту сторону, как за грудиной снова скребет.

Когда? Когда, сука, эта боль остынет? Когда я перестану подыхать от того, что не предусмотрел, не уберег, не просчитал?

Когда смогу снова закрывать глаза и не видеть тот день?

И смогу ли вообще?

Шумно выдыхаю и делаю шаг к комнате, где мой крест, который нести до самого последнего дня. Феликс был прав — таким, как мы, нельзя иметь слабое место, нельзя заводить привязанностей. Я нарушил это правило, и теперь буду расплачиваться всю жизнь.

Щелчок замка — раньше не было необходимости запирать дверь, но теперь в доме появилась неугомонная заноза. Приглушенный свет плавно загорается, освещая комнату, а я вижу уже привычную картину.

Я отдал бы все, что есть, лишь бы случилось чудо.

Лишь бы хоть что-то изменилось.

Лишь бы появилось пусть даже маленькое, но улучшение.

Снова щелчок замка в двери.

Ну, здравствуй…