Глава 37. Ксюша

Уже конец недели, а я так и не дала ему ответ. Только вот что ему сказать? Макс поглощен работой даже лежа на больничной койке и до сих пор ничего не объяснил. Мне бы понять, на что я соглашаюсь. Если все будет так, как было у нас до его попадания в больницу, то это не страшно, наоборот, возбуждающе. Это постоянный адреналин, драйв, который заводит, отпуская тормоза и предрассудки. Ощутив приятное тепло внизу живота от воспоминаний о том, что Максим творил со мной в постели, тут же передернула плечами, вспоминая другую сторону этого странного, но уже такого родного мужчины. Тело очень хорошо помнит связанные руки и удары плетью по голой попе. Лед в его глазах, который проникает под кожу, когда он берет то, что хочет и как хочет. Когда ты подчиняешься потому, что нет выбора. Потому что не можешь без него больше. Даже после того жесткого минета, что был недавно, я вернулась. Не хотела, ругала себя, но вернулась. От одной мысли, что этого мужчины больше не будет в моей жизни, становится страшно. Даже грядущее наказание за маленькую месть так не пугает, как остаться без него. Вот и ответ на мой вопрос. Несмотря на все страхи, не зная всех придуманных им правил, я согласна остаться с ним.

— Ты опять уходишь? — в комнату вошла мама.

— Да, мне нужно, — быстро спрятала в пакет его чистую, еще немного влажную футболку. Но от мамы ничего не утаишь.

— Чье это? Костино? Он был у нас? — посыпались вопросы, и я сдалась.

— Нет, мам. С Костей я рассталась давно. Козел он потому что!

Мама следит за тем, как я стала складывать кое-какие свои вещи в сумку. Самые нужные, остальное потом. У меня ключи есть от его квартиры, закину их туда, остальное заберу позже. Если сейчас не сделаю, снова буду метаться, потом ему надоест ждать и Макс просто меня бросит. Чтобы в нем горел интерес я должна быть рядом. Разжигать, распалять, любить.

— Я переезжаю, — ставлю ее перед фактом.

— Здрасти, приехали! Куда это ты собралась? — руки в боки, такая смешная сейчас. Подошла, крепко обняла ее.

— Я вас скоро познакомлю, — поцеловала родного человека в щеку. — Обещаю.

Мама растерянно на меня смотрит.

— Ты уже видела его.

На ее лице недоумение.

— На свадьбе у Кейти. Это друг Дрейка.

Мама снова хочет мне что-то сказать, но я перебиваю:

— Я не могу без него, мам. Я должна ехать, — закинув мелочевку поверх одежды, застегнула сумку и направилась к выходу.

— Стой! — мама вышла за мной в коридор. — Кто он? Куда ты собралась? Что ты опять задумала?

— Я просто влюбилась, — улыбнулась ей, завязывая кеды.

На мобильник пришла смска о том, что подъехало такси.

— Мне пора. Не говори Кейт. Сама расскажу.

Еще один короткий поцелуй, и я выбегаю за дверь, чтобы не передумать и не видеть слез мамы. А они обязательно будут.

Попросив водителя подождать, бросила сумку в прихожей и тут же назад, скорее вернуться к этому заносчивому засранцу, которому становится все лучше и наглеет он все больше. Таксист домчал меня до больницы, поднялась в ставшее родным за последнее время отделение и замерла в дверях, увидев, что Макс не один. Рядом с ним на стуле спиной к двери, сидит мужчина с нереально светлыми, почти белыми волосами. Он еще не повернулся, а я почувствовала, как от него веет опасностью. Макс в сравнении с ним кажется добрым и милым.

— Вернулась? — холодно спросил мой мужчина.

Ну да, я ведь снова сбежала без разрешения, пока он спал под своими таблетками. Блондин обернулся, и я застыла под его взглядом каких-то совершенно неестественных светло-голубых глаз. Красивый, даже слишком. Не вызывай он во мне желание спрятаться под кровать, я бы восхитилась столь идеальной мужской красотой, но мне захотелось сбежать, а лучше прижаться к Максу, чтобы тот спрятал меня от него.

— Она? — очень приятным голосом спросил незнакомец.

Макс кивнул.

— Я тебя понял, сделаю.

— Спасибо.

Мужчина, пожав руку, уже собрался уходить, как Максим задал вопрос, который почему-то заставил меня задохнуться от ревности:

— Денис, как Леся?

Увидела, как у блондина сжались челюсти, но он все же ответил:

— Нормально. Твоими молитвами. Я поехал.

— Мы вроде закрыли эту тему? — не отпускает его мой мужчина.

— Вот и не начинай! Я сделаю все, о чем мы договорились. Между нами сейчас только работа, Макс. Выздоравливай, — он обошел меня и, хлопнув дверью, оставил нас наедине.

Стою с огромными от недоумения глазами, так и не поставив на пол пакет. И что это было? И какого черта я так ревную?! Может, эта Леся девушка Дениса, а Макс просто так спросил, по-дружески. Только вот моя интуиция говорит, что это совершенно не так. Набрала в грудь побольше воздуха, но он заставил резко выдохнуть, не дав сказать и слова:

— Тебя это не касается, — поднялся с кровати, подошел ближе и больно ухватил за подбородок.

Он зол, я ощущаю это в скопившемся воздухе вокруг нас.

— Где ты опять была?

— Домой ездила. Привезла тебе чистую футболку, только ее надо…

Он не дал договорить, схватив за затылок, болезненно, грубо поцеловал. Уронила пакет под ноги и попыталась упереться в него руками, чтобы остановить это, но что-то случилось, пока меня не было, и сейчас он не услышит меня. Свободной рукой Максим завел мою за спину, чтобы не мешала, не сопротивлялась.

Я максимально расслабляюсь, позволяя ему трахать мой рот языком и сжимать волосы на затылке до слез из прикрытых глаз. Макс разворачивает меня спиной и толкает в сторону прикроватной тумбочки. Несколько дней у нас ничего не было, понимаю, что он голоден, но ему нельзя. Он слаб еще. Пытаюсь вразумить.

— Макс, тише ты. Нельзя же, — упираюсь ладонями в поверхность больничной мебели.

Он отодвигает меня, надавливает на спину, чтобы прогнулась, и лезет рукой, чтобы расстегнуть пуговицу на брючках.

— Макс! — повышаю голос.

— Заткнись, пока я не нашел чем закрыть твой шаловливый рот.

Стало обидно от такой незаслуженной грубости в свой адрес. Но это же Макс! Чего я ждала?

— Я что говорил про самовольные исчезания по утрам?! — рычит он, стаскивая с меня штаны вместе с трусиками и хлестко шлепает по ягодице.

Зашипела и приподнялась на носочках выше, за что тут же получила еще один удар.

— Не слышу?! — рычит он.

— Не уходить без предупреждения, — еле слышно отвечаю и получаю еще один шлепок. — Макс! Прекрати!

В палату на мой визг забежала медсестра, увидев представшую перед ней картинку, растерялась.

— Вышла отсюда!

Досталось и ей. Девушка выскользнула в коридор, плотно прикрывая за собой дверь.

— Я не так тебе сказал, — заявляет он и шуршит тканью собственной одежды. — Повтори дословно, что я тебе сказал! — Макс справился со штанами, дернув за волосы, чтобы я прогнулась и откинула голову назад, вошел в меня своим стояком до конца, ударяясь прямо в матку, отчего я охнула и до побелевших пальцев вцепилась в эту идиотскую тумбочку.

— Не уходить без твоего разрешения, — повторяю севшим голосом, вспоминая его слова.

— Так какого хуя я не обнаружил тебя в палате утром?! — снова болезненный толчок и, кажется, прядь моих волос осталась у него в руки.

— А-а-ай! Ты дебил?!

На счет пряди я преувеличила, но несколько длинных светлых ниточек он стряхнул с ладони и перехватил меня за горло, поднимая, буквально насаживая на свой член. Второй рукой забрался под футболку и сжал грудь, сминая ее, растирая сосок. А я теку и сжимаюсь одновременно. Я ведь тоже успела соскучиться за эти несколько дней, но только не по такому Максиму.

Сейчас нужно расслабиться и сделать вдох. Просто дышать и позволить ему сделать это. Его отпустит, и мы сможем поговорить. Он трахает меня размашистыми движениями, вгоняя свой ствол так глубоко, как это позволяет поза, в которой он меня зафиксировал. Тяжело и хрипло дышит, а я думаю о том, чтобы он не потерял сознание, ведь ему правда нельзя.

Мне надо лечиться! Я точно ненормальная. Ощущаю, как он напрягся, как член увеличился в объеме перед оргазмом. Мужчина сильнее сдавливает мое горло, лишая возможности нормально дышать. Хватаю его за руку, пытаясь ослабить давление. Несмотря на злость понимает, отпускает и тормозит. Рука с шеи спустилась ниже, уже гораздо аккуратнее перебирая соски. То один, то другой попадают между опытных пальцев, скручиваются, сжимаются, оттягиваются. Он снова наклоняет меня, ставя раком, выходит почти до конца, заставляя стонать от неприятного чувства опустошенности. Резкий удар и снова медленно, почти до конца. Его ладонь накрывает набухшие влажные губы, раскрывает и трет клитор. Джентльмен хренов! Как бы не злился, а мой оргазм будет первым.

Медленными, растянутыми толчками, массирующими движениями по чувствительной зоне он расслабляет меня окончательно, и я уже сама подаюсь ему навстречу. Кто-то входит в палату и с громким матом закрывает дверь, выходя обратно. Кажется, это был Алекс. Мне стыдно. Щеки горят, но Макс так сдавливает клитор, что я кончаю, успев зажать рот ладонью, чтобы не закричать от резко нахлынувшего яркого оргазма.

— Меня нужно слушаться! — рычит мужчина и изливается в меня. — Если ты… — тяжело дышит, его качнуло. — Не будешь меня слушаться, будет так, как сейчас! В лучшем случае. — Отходит и ложится на кровать, едва успев поправить штаны. — Чертова слабость. Как же бесит! — продолжает ворчать он, а я стою и ощущаю, как теплая густая сперма стекает по бедрам.

— Сейчас, — сжалился, взял полотенце со спинки кровати и сам вытер меня, намеренно задевая еще очень чувствительное лоно.

— Иди сюда, — зовет мужчина, закончив экзекуцию.

Поправляю одежду и ложусь рядом с ним.

— Не смей уходить!

— Я вещи перевезла к тебе, — тоже пытаясь восстановить дыхание, сообщаю Максу.