Глава 53. Макс

— С-с-сука! — шиплю, когда двое уродов в форме с удовольствием заламывают мне руки. — Что ж ты делаешь?! М-м-м…

Один из них кладёт меня на капот и так шарахнет об него голой, что на секунду темнеет в глазах.

— Ну ты попал, — рычу на него, но не сопротивляюсь.

Нельзя.

— Это ты попал, — усмехается здоровенный мужик, которому эта форма явно маловата.

Перед моим носом на капот ложится несколько пакетиков с белым порошком, которые тянут лет на пять-семь.

— А-а-а… — наигранно серьёзно протягиваю в ответ. — Так бы сразу и сказал. А то я башку ломаю, когда успел так накосячить.

— Шутишь? — лыбится второй.

— А что мне плакать, что ли?

— Я бы на твоём месте плакал, — заявляет он, довольный собой, и зажимает сигарету между зубов.

Так сразу курить захотелось! И въебать сучонку, чтобы стереть эту самодовольную улыбку с его рожи. Но это сопротивление при аресте. Не отмоюсь, потому сжав зубы глотаю весь поток дерьма, что на меня выливается.

Мужик дёргает меня за шиворот и пихает в машину, снова намеренно задевая головой о крышу.

Ну ничего! Я тебе потом это припомню!

В приоткрытое окно пытаюсь посмотреть наверх, но, естественно, ничего… А точнее никого не вижу. И тут на меня накатывает такое…

Я готов сопротивляться, рваться к ней. И бежать от неё. От всего, что происходит!

«Беременна… Моя Ксюша беременна… — стучит в висках. — Я стану отцом».

Хорош папаша! Трусливо сбежал от такой важной новости в нашей с ней жизни. Я был слишком зол, чтобы выдать правильную реакцию. Я готов был убить её к тому моменту, когда эта девчонка соизволила вернуться домой.

Проснулся, её нет. Трубку не берет. Нашёл записку, вроде выдохнул, а потом она пропала. Её потеряла охрана и телефон выключен! Парни быстро сориентировались и нашли, сообщив мне, что моя женщина сидит в кафе с каким-то мужиком. Одноклассник, вспомнил, она ведь пыталась вчера отпроситься. Я запретил.

Невыносимая!

И к моменту, когда Ксюша вернулась домой, я был просто на грани. Злость, ревность, раздражение от того, что она снова не послушала, всё решила сама, хлестали через край. Чуть не сорвался. Но тут малышка шарахнула меня новостью о беременности, окончательно выбив из колеи. Всё, что я смог в этот момент — уйти. А тут привет от Карпова прилетел, что хрен отмоешься просто так.

Я ждал, что он выкинет что-нибудь. Это было предсказуемо, ведь его взяли за жопу и органы стали разбираться с предоставленной мной информацией.

Грохну суку, когда все закончится! Достал! Мне домой надо! Там моя девочка думает, что я испугался, бросил её. Моя маленькая язва беременна!

Ударил ногой по переднему сиденью, за что тут же получил с локтя по морде.

— Ой, упал, — ржет тип, что сидит рядом, глядя, как по моим губам стекает кровь.

— Урою, — не выдержал.

— Да ты сдохнешь раньше, — ржет второй.

Только жестко усмехаюсь. Это мы еще посмотрим.

Меня рвёт на части, кровь кипит. Сжимаю кулаки в наручниках за спиной и закрываю глаза. Нужно держать себя в руках. Иначе будет хуже. Потому я просто дышу. Ровно. Медленно. Н о это нихуя не помогает!

— Нервничаешь? — снова лыбится один из оперов, когда мы подъезжаем по нужному адресу.

— Не советую нарываться…

Смотрю ему прямо в глаза. Мужик не выдерживает и отводит взгляд.

— …Ещё больше, — заканчиваю фразу и выхожу из машины, останавливаясь у борта, широко расставив ноги.

В мрачном изоляторе меня кинули в одиночку и оставили наедине с собой.

Плохо! Очень плохо!

Срываюсь и со всей дури бью кулаками о покрашенную в прошлом тысячелетии темно-зелёную стену. Отшелушивающаяся краска летит в разные стороны, кулаки стерты в кровь, а меня все не отпускает.

Трясёт так, что вдох сделать больно! Мне нужно к ней. Мне нужно домой! Сказать, что я рад ребенку. Чтобы она не сделала глупость на эмоциях, подумав, что они не нужны мне.

А-а-а..... Бля!

Снова удар за ударом и без сил на грязный пол, уткнувшись лбом в согнутые колени. Нужно отдышаться и взять себя в руки. Нельзя показывать свою слабость. Сожрут!

На негнущихся ногах дошел до койки со страшным шерстяным одеялом, на которое даже садиться противно, не то что лечь. Но сидеть на полу и отморозить себе яйца еще хуже, потому, пересилив брезгливость, все же опустил задницу на это недоразумение. Уперся локтями в колени, спрятал в ладонях лицо.

— Моя девочка, я выберусь отсюда. Совсем скоро. Не вздумай делать глупости, — шепчу в пустоту.

Звук собственного голоса помогает немного прийти в чувство. Нужно поговорить с ней. Понимаю, что беспределить тут будут по полной, и позвонить, скорее всего, не дадут, но чем черт не шутит.

Устало поднимаюсь, подхожу к серой металлической двери с зарешеченным окошком и со всей дури стучу в нее, привлекая внимание. Минут через пять заветная створка открылась, и в окне показался молодой парень в форме.

— Начальство позови, — стараюсь говорить совершенно спокойно.

— Не положено, — заявляет это чучело.

— Давай ты не будешь мне рассказывать о том, что мне положено, а что нет! Ты знаешь, кто я?!

Парень отрицательно мотает головой. Улыбаюсь так, что он отшатывается, но быстро берет себя в руки. Походу, сынок чей-то повинность отбывает, иначе не понимаю причины его нахождения здесь.

— Послушай меня, пацан. Меня зовут Шевцов Максим Эдуардович.

В его глазах понимание того, что он влип.

— Я сейчас узнаю, — сдуло, даже створку не закрыл.

А я вернулся на кровать, но ложиться не стал. Голова раскалывается, нервы гудят. Нужно позвонить. Услышать ее голос, тогда я смогу мыслить здраво. На себя плевать, я выйду отсюда, но сколько времени это займет, вот в чем вопрос. А Ксюша… Блядь! Даже думать об этом не хочу. Снова подорвался с кровати. Нервы просто прожигают во мне дыры, требуя выхода. Оказалось, что вовремя. Дверь открылась и в камеру вошел пожилой мужчина без лычек в обычном зеленом камуфляже. Только вот дяденька этот совсем непрост. Я знаю, кто он, и мне совсем не нравится мое положение.

— Ну здравствуй, Максим Эдуардович, — усмехается мужчина, оглядывая меня с ног до головы. — Что, нервишки шалят? Хреново выглядишь.

— Мне нужно позвонить, — не отвожу от него взгляда.

Я не боюсь, просто понимаю, что история может затянуться.

— Еще что тебе нужно? Постель мягче и бабу в кровать? — швыряет в меня мобильником. — Мы же законопослушные граждане, верно? Звони, у тебя пять минут, — он даже не отворачивается, продолжая изучающе меня рассматривать.

Только вот меня не пробить такими взглядами. Я тоже кое-что могу и знаю о воздействии на человека подобным образом.

Не теряя времени, набрал номер на обычной кнопочной трубке. Ксюша приняла вызов только со второй попытки и хриплым, зарёванными голосом ответила:

— Да?

— Слушай меня, детка, — заговорил быстро. — Не перебивай. У меня крайне мало времени. Не смей делать глупостей и думать их тоже. Знаю, ты уже начала. Так вот, не смей! Я тут застрял, малыш, но я выберусь. Поможешь мне?

Молчит.

— Быстрее, Ксю. Время.

— Конечно, — отвечает моя девочка.

— В кабинете в верхнем ящике стола лежит простой черный блокнот. Самый обычный, Ксюш, поняла?

— Да.

— Умница моя. Звонишь по первому номеру из этого блокнота и говоришь четко: «Максу Шевцову срочно нужна помощь», получаешь подтверждение, что тебя услышали, и все, Ксю. Поняла?

— Да, — вновь короткий ответ.

— Моя маленькая, я люблю тебя. Все будет хорошо. Верь мне. Обещаешь?

— Да, — она плачет в трубку. — Я думала, ты…

— Нет, я не сбежал, так вышло. Прости. Береги себя, — намеренно не стал задевать тему беременности. Лишний рычаг давления мне совсем не нужен. — Мне пора, — сбрасываю вызов.

Теперь можно решать и эту проблему. Уверен, моя девочка все сделает правильно.