Глава 16
Темноту пещеры разбавляли всполохи света, бегущие по паутинкам, что украшали стены и низкий свод. Трубная музыка доносилась отовсюду, будто сами стены исчезали, позволяя ее волнам беспрепятственно проникать в каждый уголок. С детства от звуков органа мое тело покрывалось мурашками, но то, что я слышала сейчас, подводило меня к грани, за которой только беспамятство и обморок. Казалось, сами небеса разверзлись, и на Землю спустились ангелы, трубящие о конце света. Что, впрочем, было правдой. Для меня этот обряд и должен был стать концом. Жизни. Вот и девушки идут позади меня в нарядах цвета бесконечного космоса и держат в руках веточки франжипани. Благо, хоть под ноги мне их не бросают как покойнику, провожая в последний путь.
Верить в счастливое завтра в статусе Хари никак не получалось. Сколько бы слов любви не было сказано, как бы ласково Хранитель не смотрел на меня, все же я была способом утвердить его власть на Земле и защитить планету от вторжения. Не я первая, не я последняя. Так, расходный материал.
В лабиринте пещеры было сухо и тепло, но отчего-то мне все время казалось, что я чувствую влажное дыхание Хранителя на своей макушке. Списав все на нервы, я передёрнула плечами, но неприятный осадок остался.
«Трахни меня!» — как я могла такое сказать? Вообще, почему рядом с ним я веду себя как шлюха?
Нет! Это не я. Потому что, обычно, я держу себя в руках. А не стону от шлепков по заднице, и уж тем более не напрашиваюсь на секс.
Скрипнув от злости зубами, я ускорила шаг, мечтая поскорее покончить со всем этим. Или победить, сбежав от Рэя и его странных правил, или проиграть, и продолжать течь дворовой сукой от пальцев, сжимающих мою шею.
Я слышала свое шумное дыхание, и, кажется, моментами оно было громче музыки. Но успокоиться не могла. Моменты моих капитуляций один за одним всплывали в памяти, убеждая в правильности плана: только побег. Рэй подсаживает меня на секс, чтобы использовать в своих интересах. Типичный абьюзер. Да еще и имеющий безграничную власть не только надо мной. Все вокруг принадлежит ему. А я родилась не для того, чтобы вручить свою жизнь в лапы зверя, которому плевать на чувства. Чтобы Рэй не говорил, он мериец, и все эти сантименты для него только пища, энергия. В этом я убедилась не единожды.
И чем дальше вглубь горы я продвигалась, тем плотнее сплеталась обида на Хранителя и злость на себя, превращаясь в тугой комок, мешающий нормально дышать.
Погрузившись в себя, я совершенно забыла о платье, что струилось по ногам, так и норовя попасть под подошву. Запутавшись в ткани, я споткнулась, и почувствовала на себе четыре пары рук, спешивших поддержать меня.
— Все в порядке. Наступила на платье, — оправдалась я.
— Сможете идти сами? — Аара многозначительно посмотрела на мою щиколотку, которую в темноте, впрочем, и не было видно, но ее план я поняла. Почему сама не догадалась? Правду говорят, эмоции — плохой советник.
— Не знаю, — замялась я, пытаясь оттянуть время.
— Я позову помощь! — заметалась Нита.
Но лишние люди здесь были ни к чему. Зайдем чуть дальше, когда проход для посторонних будет закрыт.
— Я в порядке. Могу идти.
Уговаривать Ниту не пришлось Видя, что я вполне уверенно наступаю на ногу, она выдохнула, и наша процессия двинулась дальше.
С каждым пройденным метром звук усиливался, и блеск паутины давал все больше света. Желудок скручивало узлом от волнения, и ледяное чувство тревоги, опоясывающее поначалу лишь живот, уже подступало к горлу.
— Пусть Звезды примут! — хором прозвучало из-за спины, и я увидела склонивших головы девушек.
— Скоро вы войдете в Храм. Посторонним туда нельзя, — объяснила Нита, шагая ко мне, — я проведу вас до Священных Врат.
И вот тут я поняла, что все, что испытывала до этого было легким волнением. Сейчас же меня разрывало на части, тошнота и горечь подступали к горлу, пальцы дрожали, и спина холодела. Звон в ушах не давал расслышать, что именно говорили девушки, я только и могла негнущимися пальцами принимать веточки плюмерии, и что-то невпопад кивала, понимая, что не контролирую себя.
Как только в моих руках собрался небольшой букет из желтоватых ароматных цветов, Нита поклонилась, прося продолжить путь, а я, не сводила глаз с Аары. Я понимала, что должна взять все в свои руки, но полный раздрай, в котором пребывали мои мысли, мешал не то, что соображать, я вообще перестала о чем-либо думать. И тело сделало все за меня.
Стоило шагнуть, как деревянные, негнущиеся ноги подкосило, и меня повело в сторону. Под громкое девичье «Ах», и полетела в сторону, но Аара успела подхватить меня, не давая упасть.
— Благодарю… — шепнула я. Делая вид, что вытираю пот со лба, прикрыла лицо рукой и моргнула, хвала девушку за решительность.
Не понимаю, зачем ей это было нужно. Ну, в самом деле, не думала же она, что Хранитель сделает Хари именно ее?
С одной стороны, эта мысль меня развеселила, а с другой, я почувствовала укол ревности в груди, но тут же собралась. И даже немного уняла подступающую истерику.
— Пусть Аара проведет меня, — я взяла девушку за руку, давая понять, что не передумаю.
Заблестевшие глаза Ниты сразу же выдали ее обиду и расстройство, ведь именно она должна была стать моей сопровождающей, а после и главной служанкой.
— Аара выше и крепче. А я… — я взглянула на ноги, для пущей убедительности, — боюсь, что снова не удержусь. Слишком волнуюсь.
Девушка кивнула, провожая взглядом нас. А о чем она думала в тот момент, я, слава богу, не слышала.
Так мы остались наедине с той, что должна была помочь мне бежать.
Вообще, меня очень смущала моя эмоциональная нестабильность. Успокаивало только то, что никогда сумасшедшие не признавались себе в этом. А я считала себя именно такой. И, если я все же останусь здесь, мое состояние только усугубится. Хранитель сам рассказывал о душевных расстройствах Хари, которые не выносили подобных раскачек, и с трудом доносив беременность, умирали. Пусть он и «позаботился» о моем психическом здоровье и настраивался на меня постепенно, все же подобные игры слишком негативно воздействовали как на самооценку, так и на отношение к жизни в целом.
Только теперь, когда до встречи с Хранителем оставались считанные метры, я не была такой уверенной в себе, как тогда в комнате. Но, видимо, девчонка запомнила меня бесстрашной и резкой, и очень не хотела почувствовать мои пальцы на своем горле снова. Да и став официальной Хари, я могла отомстить и сжить ее со свету. И она это прекрасно понимала.
Оставив за углом сопровождающих меня девушек и безмолвно глотающую слезы Ниту, мы пошли по длинному коридору, подсвечиваемому все той же паутиной. Но за счет ее увеличивающегося количества, свод пещеры буквально сиял, создавая праздничные блики в воздухе.
— Где выход? — строго спросила я, пытаясь не показать волнения.
— За лабиринтом, у самых Врат развилка. Там несколько дорог.
— И которая из них мне нужна?
Аара вытаращила глаза.
— Я не знаю.
Вот стерва! Я выдохнула сквозь сжатые зубы. Неужели провести меня решила?
— Выход к красной стене был за тем поворотом, — она невнятно промямлила, косясь назад.
— Там девушки! Предлагаешь на их глазах бежать?
— Не будут же они там вечно стоять!
В тишине послышались их голоса, означающие, что будут. Сейчас стоят, и никуда уходить не собираются.
Фыркнув, я подхватила путающиеся в ногах юбки и зашагала вперед, понимая, что план трещит. Вроде не дура, но в таких обстоятельствах веду себя глупо. Вот что значит недостаток информации плюс истерика. Еще немного, и я буду метаться по клетке, как загнанный зверь, а там и до диагноза недалеко. Господи! Ну за что мне все это?!
Взгляд упал на нишу в стене, и шестое чувство приказало остановиться. Аара чуть было не врезалась мне в спину, но вовремя отпрыгнула в сторону, с интересом наблюдая за моим взглядом.
— Нужно больше света!
Девушка легко подпрыгнула и коснулась рукой потолка, чем вызвала целый фейерверк мелких искр. Собрав пальцами неоновые ниточки и намотав их на ладонь, сняла и протянула светящийся шарик мне, а потолок в тот же миг затянулся свежей паутиной.
Свет приятно охлаждал кожу, создавая ощущение мурашек, и мерцал всеми цветами радуги, стоило переместить пальцы. Но рассматривать это чудо времени не было. Усиливающаяся громкость органной мелодии напоминала о неотвратимости кошмара, который вот-вот войдет в мою жизнь.
Я протянула руку в затемненную нишу, и шар вспыхнул с новой силой, заставляя надписи, нанесенные на черный камень, сиять.
Многие из символов были мне неизвестны, но в целом, понять, о чем шла речь, не представляло труда. История заселения планеты, список катастроф, накрывавших Землю в разное время, знаки цивилизаций, правящих здесь…
В общем, все то, с чем я была уже знакома, благодаря посещению библиотеки Хранителя.
— Там дальше есть еще несколько ниш в стене.
И правда, пройдя еще метров десять, я обнаружила уже две ниши, расположенные друг напротив друга. В одной из них было детальное изображение модели Земли с континентами, о существовании которых я даже не догадывалась, а в другой располагалась карта звезд.
— Еще есть?
— У самих Врат.
Понимая, что времени совсем нет, я бегом преодолела последние метры узкого пути, и уткнувшись в стену заметила знак развилки. И снова ниши.
В одной была карта Храма Звездных Врат, а в другой…путь, ведущий на свободу.
— То, что нужно!
Прочесть смысл надписей было несложно, и чем больше символов я анализировала, тем крепла моя уверенность в правильности своего решения.
Хари была частью жизни Хранителя лишь во время быстрой сонастройки и следующего за ней ритуала, в котором ее психическая сила истощалась, и женщина превращалась в растение. Затем о ней забывали, отселяя в отдельные покои, а после родов отнимали ребенка и позволяли доживать свой недолгий век, всячески оберегая от самоубийства. Было сказано, что примерно спустя год после совершения обряда женщина переходила в мир покоя, а ее тело сжигали на ритуальной площади, навсегда оставляя память об очередной Хари в летописи Земли.
— Какая честь! — ехидное замечание вырвалось наружу вместе с истерическим смехом, спазмом сокращая живот и грудь, и я почувствовала, как вязкая капля влаги моего возбуждения медленно стекает на бедро.
Хочу ли я променять удовлетворение своей похоти на жизнь?
Нет! Нет! НЕТ!
И тут же на глазах выступили слезы.
Волны неконтролируемой радости, близкой к эйфории, стали накатывать одна за одной, но в промежутках я чувствовала все ту же печаль и пустоту. И это значило, что Хранитель совсем близко, и даже через стены умудряется управлять мной.
Я должна попытаться.
Подойдя ближе к нише с картой выхода, я стала более внимательно читать символы, и уже к середине догадалась, что от меня еще кое-что скрыли. И этот факт менял все. Нет, не так. Этот факт менял ВСЕ!!!
***
Уйдет.
Она уйдет. И будет права.
Я не должен был удерживать ее, да что уж там, даже подстраивать все так, чтобы она перешагнула черту города, не имел право. И грядущая война не оправдание. Это не ее забота. Моя. Да, мне нужен наследник, чтобы сделать Землю сильнее, чтобы утвердить свою власть и заставить заткнуться кучку ублюдков, готовых растерзать, истощить свою планету ради денег. Но Малена не должна жертвовать собой.
Почему-то мне казалось удобным подстроить все так, чтобы девушка сама прыгнула в мои руки. Несомненно удобно. И нечестно. Поэтому, это не дает мне право ломать ее жизнь. Я должен отпустить свою Фален, если она решится бросить меня.
И даже то, что я мечтал о настоящей семье, не могло служить оправданием. Она не была обязана мечтать о том же, о чем и я, не обязана никого спасать, даже попавшись в мою ловушку. Если она воспользуется правом на свободу, я должен буду отпустить. Пусть буду скулить как раненый зверь в последнюю минуту жизни, но отпущу.
Невыносимое одиночество заставляло внутри дрожать и сжигало злосчастным ядом его сердце, которое не должно было уметь любить. Но любило.
Рэй потянулся к фото, что носил во внутреннем кармане, и медленно, словно боясь, что изображения больше нет, взглянул на него. Малена сидела в зале библиотеки и сосредоточенно читала книгу, делая записи. Хранитель провел пальцем по лицу девушки, вспоминая, какая на ощупь ее кожа. Вдохнул воздух, рассматривая узор косы, и почувствовал аромат ее волос. Вспомнил, как встрепенулось его сердце, когда увидел ее издалека, там в пустыне.
Уйдет.
Изображений на стенах Храма не скрывали никогда. Они были своеобразной инструкцией тому, кто входил в Храм Звезд: знакомили с традициями и предостерегали от ошибок. Как и приветственные таблички у Врат, открывающих путь в город, которая, весьма кстати, не остановила Малену. И теперь, когда девушка поняла всю серьезность древних текстов, оставленных не просто так, наверняка стала бы по-другому относиться к прочитанному. Возможно, именно поэтому Хранитель не разрешал посещать ей Храм. Знал, что Малена прочтет и захочет уйти.
Надеялся, что сначала сможет войти ей под кожу так глубоко, что она не найдет сил отказаться от него, а когда понял, что его Фален зла, обижена, оставалась надежда лишь на ритуальный эфир. И теперь, стоя у алтарного камня, окруженный статуями женщин, родивших его предков, Рэй понимал, что она не придет.
Малена слишком умна и дерзка, чтобы, закрыв глаза отдаться Хранителю безоговорочно. Она не из тех женщин, к смиряются, не из тех, кто ради любви забывают о себе, и не из тех, кто прощает унижение, которое Рэй себе никогда бы не позволил, если бы не так быстро утекающее время.
Уйдет.
Чувствуя приближение человека, Хранитель закрыл глаза и протяжно вдохнул запах ритуальных костров. Дым пах не торжеством. Печалью.
Врата Храма Звезд распахнулись, и женщина в длинном одеянии, скрывающем лицо, медленно направилась под купол, но сердце его не дрогнуло. Это была не ОНА.
Ушла.
***
Я воспользовалась своим правом покинуть город. У женщины, выбранной Хранителем в Хари, оно было, но узнавала она об этом за минуту до обряда. Вернее, могла узнать, ведь ни одна из них не умела читать древние символы, сообщающие об этом праве, а эфир, который давали выпить «избранной» перед обрядом, лишал возможности думать о чем-либо, кроме как утолить свое желание отдаться Хранителю.
Правду говорят, хочешь что-то спрятать, положи это на видное место. На что рассчитывали Хранители, опаивая матерей своих будущих детей возбуждающим зельем? На то, что никто не устоит перед желанием отдаться им поскорее? И для чего тогда они повесили здесь эту карту? Мол, мы выбор давали, наши руки чисты — мы же сообщили…
Тогда пусть мой уход станет манифестом свободы и местью за каждую погибшую девушку, случайно попавшуюся в их капкан. Я женщина, слаба физически, многого не знаю, но это не значит, что меня можно использовать. То, что я буду когда-нибудь страдать по человеку, пытавшемуся лишить меня Моей жизни, навязав другую, я не придавала значения. Эфир выветрится, гормоны утихнут, эмоции улягутся. Все пройдет…Потому что ничто не вечно.
Двигаясь по узким коридорам лабиринта, я уже не слышала ни музыки, ни шелеста юбок Аары, с которой мы обменялись одеждой перед тем, как расстаться. Мне нужно было больше времени, и я очень надеялась на то, что Хранитель примет ее за меня, и это даст мне фору. На его честную игру я уже не рассчитывала, поэтому бежала, со всех ног.
И когда на меня пахнуло свежестью и холодом, я замерла. Красный цвет стены бил по глазам, а внутри меня зарождался истерический смех. Я не верила своему счастью, ошеломленная тем, что все происходящее правда! И до свободы осталось совсем немного. Я почти сделала это!
Но вместе с эйфорией в голову одна за одной стали лезть мысли о нем. Я гневно гнала их подальше, напоминая себе о роли инкубатора, уготованной мне в случае, если поддамся этой слабости. Уговаривала, что это эфир так действует, а никакая не любовь, и бежала, падала, поднималась и неслась дальше и дальше. Бежала к свободе, к прежней жизни. Бежала от плена. И от себя.
И когда в сумерках узкого прохода между красных скал забрезжил закатный свет солнца, между лопаток прострелило, и бедра задрожали от нарастающего желания.
— Нет! — хриплый крик вырвался из груди с протяжным стоном, — нет!
Не было необходимости смотреть назад. Я знала, что там ОН,
Я чувствовала, что оседаю на землю, лишаясь последних сил, и спину царапает шершавый камень стены, за который я пыталась держаться.
— Фален, — позвал Рэй, и, не смотря на свои стенания, я расслышала горечь в его голосе.
— Нет! — зарычала я, чувствуя, как горячие слезы льются по щекам, капая на грудь, а та уже зудит, требуя прикосновений.
— Выслушай меня, — тихо просил он, делая шаг из пещеры, которую я преодолела десяток шагов назад.
Распластав ладони по холодному камню, я шагнула дальше, к выходу, чтобы расстояние между нами не сокращалось.
— Нет, — заскулила я, понимая, что еще секунда, и я побегу обратно, — я не упущу свой шанс, Рэй.
Бросив последний взгляд на мужчину, я рванула к свету, и через мгновение стала свободной. А в мыслях негативом остался прощальный взгляд, полный боли и скорби.
Но долго думать об этом не пришлось. Темнеющее небо, украшенное бардовыми облаками, вспыхнуло, и земля задрожала. Я упала ниц, прикрывая голову. И когда тряска прошла, свист оружия, рассекающего скалу, за которой находился древний город, больно ударил по ушам.
— Красный уровень, — послышалось из-за стен, и земля снова задрожала. Только теперь от топота солдат, готовящихся к войне.