Глава 37. Шагнуть из башни

С каждым взмахом крыльев держаться в воздухе было все труднее. Регенерация не спасала, раны от анама не заживают так просто. Дэмиан чувствовал, что теряет силы. Схватка с двумя анхелос здорово вымотала его.

К счастью, лететь было недалеко. Безмолвный, ощущаемый всей кожей крик вел его, как путеводная нить, и демон летел, не задаваясь вопросами, откуда взялся этот зов и что ждет его в конце пути.

Его женщине нужна помощь. Этого достаточно.

В просвете деревьев внизу мелькнул заброшенный завод, и Дэмиан понял — туда. Зов шел из здания, и в нем уже не звучала надежда. Только усталая обреченность.

Не было времени блуждать по коридорам, искать дверь. Безмолвный крик исходил из самого центра строения. Демон сложил крылья, падая прямо на здание в крутом пике. Перед ним летела, закручиваясь ледяным штопором взрывная волна. Чудовищной силы разрушительная магия снесла стену, заставила в щебенку разлететься перекрытие.

На третьей стене Дэмиан понял, что еще пара таких атак, и он свалится от магического истощения, поэтому перешел на точечные удары. Он выбрасывал и сжигал свой магический ресурс, подходя опасно близко к черте, за которой истощение превращается в выгорание.

Пока пятая по счету стена не рухнула, открыв взгляду огромный зал. Именно здесь находилась его цель.

А еще здесь были враги.

Он взмыл в воздух, раскинул над девушкой защитный купол и ударил сверху “Небесным молотом”. Здание жалобно застонало, пол пошел трещинами. Заклятье, способное сбить с ног дракона расплющило врагов по камерным плитам. Те, кто были послабее, так и не встали. Но стоило осесть пыли, как четверо демонов поднялись и перетекли в истинную форму.

Четверо — это слишком много. И уже неважно, что трое из них были без крыльев.

Дэмиан зарычал, обращаясь к тлеющему в груди источнику магии, но резерв был пуст. Вычерпан до дна, как старый колодец. Снова заныла рана, нанесенная клинком Рейгера и ушибленный во время падения хвост.

Плевать! Это его женщина, и он никому ее не отдаст.

* * *

Нет ничего ужаснее, чем лежать прикованной, беспомощной. Видеть, как твои любимые сражаются и погибают за тебя, и не иметь возможности хоть как-то помешать этому.

Дэмиан дрался отчаянно. Он был бешеным, действительно бешеным — не зря получил свое прозвище на каторге. Творил такое, что я до сих пор считала невозможным, а если бы кто-то рассказал, не поверила.

Один против четверых — мой демон метался в воздухе неразличимым глазу алым вихрем, успевая нападать и уворачиваться от ударов. Был сразу везде и нигде — слишком ловкий, слишком быстрый, слишком рискованный для своих противников. Точный удар сверху окончательно вывела из строя раненого Фуркаса. Жало на хвосте вонзилось в горло второму безымянному демону и тот захрипел перед тем, как рухнуть на колени.

Но так не могло долго продолжаться. Никто не сможет поддерживать такой бешеный темп дольше нескольких минут. Дэмиан начал уставать. Вот он пропустил возможность для атаки, вот еле увернулся от удара крылатого демона — болотно-зеленого, словно обыкновенная ящерица. А вот и не увернулся…

Кляп сдержал мой крик, когда демоница, о которой все, включая меня, благополучно забыли, вдруг бросилась Дэмиану наперерез, на ходу принимая истинный облик. Он не успевал ни закрыться, ни уйти. Когтистая лапа вонзилась в кожистое крыло, раздирая плотную пленку. Демон словно на мгновение завис в воздухе, а потом покачнулся и рухнул.

Нет!

Я рванулась к нему, забыв про наручники и носилки, уже сдвинутые Виком, чуть покачнулись. Это шанс! Подавшись назад я снова качнулась к краю с яростным отчаянием. Что угодно, лишь бы вырваться из этой беспросветной беспомощности, сделать хоть что-нибудь!

Очередной рывок завершился успехом. Носилки накренились, и я рухнула вместе с ними на ступеньки.

От удара вышибло дух. Но это было неважно, потому что прямо перед глазами лежал кинжал. Тот самый кинжал, который Вик всадил в спину Фуркасу. Ринузсская сталь, способная рассечь металл и чешую демона.

Я подползла к нему, пристроила цепочку от наручников и надавила. Получилось! Не с первого раза, но обманчиво тонкий и легкий клинок разрезал цепь. Освободившейся рукой я схватила оружие и рассекла вторую цепочку. А потом оковы на ногах.

Хвала Богине, браслеты были кожаными. Стоило мне стряхнуть эту мерзость и выпрямиться, как анам вспыхнул в груди и сам прыгнул мне в руку. Белоснежные крылья выстрелили за спиной, подбрасывая меня вверх. Тело облеклось в подобие сияющей брони. Вторая и высшая трансформа анхелос — Адский охотник. Совершенная форма, которая приходит лишь тогда, когда мы сражаемся за то, во что верим.

Я взлетела и с криком спикировала вниз на врагов, становясь для них воплощением смерти.

* * *

Крики. Кровь на теле, на крыльях, на губах. Запах свежей требухи, отрубленные конечности. Смерть во всей ее неприглядности и уродстве.

Таков лик справедливого возмездия. Анхелос ставший Адским охотником не умеет щадить и не знает усталости. Он не остановится покуда враг жив. Убивает без ненависти, но кроваво и страшно. Он весь — воплощение Высшего Воздаяния, лишенный человеческих страстей, пороков, жалости.

Я становилась такой лишь однажды и боялась повторения. Слишком захватывающим и страшным было это ощущение бегущей по телу беспристрастной силы, полной свободы от чувств, эмоций и даже личности. Слишком мало в совершенном воине света оставалось от Рианнон ди Астар.

В некотором роде превращение в карающий меч это тоже смерть. Небытие.

В считаные минуты все было кончено. Враги лежали грудой уродливых обрубков, но анам не спешил возвращаться в мое тело. Он горел и жег, звал лететь в столицу. Туда, где принц Хестор вкушает радости вечерних развлечений. Требовал завершить начатое, восстановить справедливость…

Я уже почти было рванула туда сквозь провал в стене, но зачем-то сделала круг над лежащим на полу демоном.

Кровь не сразу заметна на красной чешуе, но демон был страшно изранен. Изодранные в клочья крылья, сломанный в двух местах хвост, глубокие следы от клыков и когтей по всему телу. И отметина от меча моего собрата на предплечье.

С такими ранами он не протянет больше часа.

Милосердие не для Адских охотников. Я рождена, чтобы преследовать и выжигать зло огнем, что мне за дело до чужих ран?

Демон хрипло застонал и открыл глаза. Они были фиалковыми — такой необычный, красивый цвет…

“Моя Риана” — жаркий шепот в темноте, сплетенные в объятиях тела. Сладкий охват веревки на запястьях, губы скользящие все ниже, согревающие кожу дыханием…

“Я люблю тебя…” — чашка горького кофе и тепло рук. Шальная безбашенная улыбка, жадный огонек в случайно пойманном взгляде. И доверие, которое рождается словно само собой, вопреки всей боли и ошибкам прошлого. Распускается в душе нежными белыми цветами на колючем терне…

“Я все решу…” — слова, которые дарят чувство защищенности.

Ложное, опасное чувство.

Он обещал, но не решил и тем самым тоже предал. Заставил поверить в свою силу, и не защитил. Не уберег от предательства, от этого алтаря, беспомощности и угрозы нового насилия.

Доверие для наивных и слабых, за него приходится платить. Удар в спину в сотни раз больнее, потому что ранит не только тело.

Взгляд демона сфокусировался на мне.

— Ри… — голос тихий, как шелест ветра.

Он предал меня, и ничто не мешает мне ответить тем же. Оставить его здесь и улететь. Самой восстановить справедливость.

Но я медлила, зависнув над ним в воздухе.

— Ты в порядке… — оскал, который отчего-то кажется похожим на слабую улыбку. — Хорошо…

Да, я в порядке — ни царапины. Изрядно потрепанные боем заговорщики даже не успели понять, что произошло.

— Как странно… видеть тебя такой. Моя Ри — другая…

Да, другая. Слабая, жалкая, неспособная сама постоять за себя.

— Но такой ты мне тоже нравишься… малыш. Поцелуй меня… на прощанье.

На прощанье, в последний раз. А потом он умрет… снова предаст меня, уйдет, оставив одну против мира, а я не знаю, как жить в нем одной…

Но… разве одиночество — не выбор сильного? Разве это не мой выбор?

Внутри меня схлестнулись две Рианы. Одна звала обратно — в увитую колючим терном башню. Ту башню, в которой я провела последние семь лет. Мир небезопасен, выходя навстречу ему помни, что любой способен предать и оставить тебя в любой момент.

А вторая Риана — слезливая, слабая, неспособная за себя постоять — возражала, что это не жизнь и рвалась наружу. К улыбкам и теплу рук, разделенным на двоих мгновениям счастья и боли, которые и составляют саму жизнь.

Да, мир несовершенен. Да в нем нет гарантий, навсегда у тебя есть только ты сам, остальное может уйти в любой момент. Но это не повод отказываться от него, становиться равнодушным покойником в увитой терном башне.

— Нет? — обреченно спросил демон. — Не хочешь…

Он устало прикрыл глаза.

Что же я делаю?! Он ведь действительно сейчас умрет!

Эта мысль ударила изнутри, скрутила болью, вышибая из моего тела совершенного воина света. Прогнала все страхи кроме одного, всепоглощающего — потерять этого наглого, невыносимого, заботливого и замечательного мужчину. Я рухнула на пол, по пути уменьшаясь в размерах и теряя сотканные из света доспехи. Всхлипнула, склонившись над ним. Богиня, как его целовать-то, эту клыкастую морду?!

Рука коснулась чешуи. Она была теплой и гладкой.

— Дэм… — горло перехватило от слез.

Нет, он не может, не должен вот так умереть у меня на руках. Я не смогла спасти Вика, но Дэмиана спасу! Анхелос умеют лечить тех, кого по-настоящему любят. Я же люблю его! Ведь люблю?!

Я гладила его руками, не замечая, как слезы срываются и падают на чешую. Богиня, да как это делается?! Где это обещанное чудо исцеления? Нужны какие-то слова? Жесты?

— Не плачь, — тихо попросил демон. — Все будет хорошо.

Нет, не будет, если ты сейчас умрешь! Если ты умрешь уже ничего никогда не будет хорошо! Не смей, слышишь!

Последние слова я прорыдала, прокричала ему прямо в оскаленную морду.

— Не дождутся. Чтобы убить Дэмиана ди Небироса мало пары царапин, — он снова открыл глаза, сфокусировался на мне. — Так… слушай и запоминай! Все материалы по Хестору в моем кабинете. Синяя коробка. Их недостаточно, чтобы доказать, что он был тем мудаком. Но хватит, чтобы расстроить помолвку. Кроме того… ему скоро будет не до тебя.

Дэмиан еще инструктировал меня — спокойно и отстраненно, а мне казалось, что я падаю в пропасть полную бездонного ужаса, потому что в этом спокойствии был фатализм, трезвое осознание близкой смерти. А все слова про царапины только для того, чтобы успокоить меня.

— …У тебя полный доступ к моему жилью, я настроил охрану. Если мои сюрпризы не сработают и эта гнида выкрутится, придется бежать. В сейфовой ячейке у вокзала хранятся деньги и новый пакет документов на имя Марты Стюарт… Нужно будет перекраситься в блондинку и спилить импланты. Код доступа — дата твоего рождения…

О чем он?! Какой код доступа?! Какие документы?!

Я держала его за плечи, все сильнее сжимая пальцы, и пыталась разбудить, вытолкать из себя ту самую великую целительскую силу. Ну?! Я же анхелос, я должна лечить! Где оно?!

Сила бушевала внутри, рвалась наружу, но словно натыкалась на невидимую плотину и откатывалась назад. Что-то не давало раскрыться до конца, отдать себя без остатка, сделать шаг в бездну полную холода и мрака, чтобы вытащить Дэмиана. Горло снова свели сухие рыдания. Это расплата за то, что я столько лет отвергала свою природу, пыталась не только притворяться, но и стать демоном?

— Ты всегда можешь обратиться за помощью к Рауму — он не предаст. Еще есть мой младший партнер — Чарльз Маккензи. Надежный мужик. Если будешь бежать на север, он тебя спрячет, но не советую оставаться там надолго. Климат — полное дерьмо… — он закашлялся. — Паскудство… не могу больше держать…

Бронированный монстр передо мной начал стремительно съеживаться, превращаясь в молодого мужчину. При виде ран на его теле из меня вышибло все мысли. Я могла только беспомощно хватать ртом воздух. Глаза невыносимо пекло, горло сводили спазмы, но слез не было. Они остались где-то там, за невидимой стеной, барьером.

— Прости меня, Ри… — на его губах запузырилась кровь. — Я тебя подвел. И за шантаж тоже прости… это была дерьмовая идея.

— Дерьмовая, — со слезами на глазах согласилась я, вспоминая как все было хорошо и просто, когда единственной моей проблемой были домогательства Дэмиана. — Но мне понравилось… многое.

Жаркий экстрим в подсобке, сидеть на лекции без белья, ощущая себя желанной и порочной, первая поездка на “Драконе”, раздеваться по твоему приказу, опустив взгляд. И восторг азарта, пьянящий успех, когда я смогла достать яд амфисбены и переиграть тебя.

Дай мне Всевидящая возможность вернуться в прошлое, я бы не стала менять ничего. Наш путь друг к другу был тернист и сложен, но все было так, как должно и по-другому просто не могло…

Осознание этого раскрылось внутри огненным цветком, ошарашив, оглушив. Сила вспыхнула и затопила меня, смела незримый барьер и рванулась наружу, оплела нас подобно нестерпимо сияющему золотому кокону. Перед глазами раскрылась пропасть и я рухнула в нее за своим демоном, чтобы вытащить его или разбиться вместе с ним.