Глава 15. Нет хуже уныния

Это было настолько непривычно и необычно — видеть отчаявшегося ангела совсем близко. Каждый из грехов должен был испытывать ее по-разному. Но чтобы Аними накрыл ее до полного отчаяния — такого он даже не ожидал. Владыка понимал, что ей будет больно, когда она узнает, что сделала с Либидо, ведь то же самое сделала и с Ирой. А ведь он сам промолчал. Понимал, что ей будет больно. Только отчего так больно ему? Разве он сам не хотел подвергнуть ее грехам, чтобы взять ее и благодать?

Слезами его не раздобришь, но видеть, как Анна плачет — отзывалось внутри болью. Давно забытой и погребенной под злобой.

Провел пальцами по ее огненным волосам, открывая раскрасневшееся лицо, но слез уже нет, а в зелено-голубых глазах — пустота. Хоть бы сопротивлялась его касаниям, или, как ей нравится, отвечала на них. Пропало ее любопытство. Она же что-то узнала на кругу гнева, почему не спросит его о какой-нибудь глупости, пусть вернется. Да даже если бы он разложил на кровати и трахнул суккубу — она бы и на то не обратила внимания.

«Я сдаюсь» — прошептала Анна. Серьезно? Вот это сердце города, которая готова на все ради людей. Так просто сдалась? Да быть такого не может! Или в действительности надо давать передых ей между испытаниями. Ведь ядовитый червь уныния уже прокрался в ее сердце и травит изнутри. А по условиям сделки — она должна справиться сама. Найти силы.

Тут даже Владыка не поможет. Он хотел помочь, но с тех пор, как Анна сюда попала, она отталкивала его душой, хоть и откликалась телом.

Позволить унынию сжечь ее изнутри — и Владыка получит готового для него ангела. Вот немного подождать — Анна не в том состоянии, чтобы бороться одна с грехом. Каждый подвластен отчаянию и грусти. И как тяжело на сердце ощущать это все, будто в гору нести пятидесятикилограммовый камень.

— Ангел мой, поспи, — Владыка поцеловал ее в губы. Ненастойчиво, просто хотел коснуться их, почувствовать жар, но отозвалось все холодом.

Уныние — жестокий грех. Он сковывает сердце ядом, лишает смысла жизни. Подверженным ему все больше хочется лежать бездвижно на кровати, упиваясь своим плохим состоянием. Когда не хочешь вставать и бороться, чувствуя, что нет никакого смысла. Владыка все это понимал, но не хотел, чтобы Анна стала такой. Рядом с ним она должна быть другой — веселой, беззаботной и любопытной. А уж он-то постарается сделать так, чтоб ее ничего не волновало рядом с ним. Вот только в одну сторону это не работает.

Она ведь помогла ему, когда он орал от боли из-за ран, нанесенные тиаматом.

Владыка громко хлопнул дверью. Не со злости, но пусть Анна подумает. Хлопнувшая дверь взбудоражит хоть немного. По крайней мере, встряхнет.

Он поскучал в зале, выслушав демонов, проверил, как обстоят дела на поверхности, предупредив Айрзель, что возле Стормсвилля обосновался отряд людей. И все равно все мысли об Анне. Ведь лежит на кровати и страдает. Ничего, скоро все закончится. И она станет его.

— Владыка, — услышал он взволнованный голос. Перед ним вновь стояли трое демониц-веномов, следящие за его сыном Пептри. — Ваш сын… он снова сбежал.

Мужчина резко открыл глаза, взирая на троицу. Испепелить на месте, или пусть еще поживут? Надоело, что не могут уследить за ребёнком. А они такие демоны — живут кланами. И эти трое — сестры матери Пептри, которые отправились в замок Владыки, чтобы нянчить племянника. Вот только сын Владыки всегда нечто большее. Не нравилось малышу-веному слушать таких, как он сам. Проблемный ребенок — так и не научился разговаривать, а ему четыре года.

Владыка провел взглядом по болотным балахонам демонов, остановился на поясе, где были пристегнуты различные флаконы — в том числе и противоядие. Не все демоны выживают от яда вемонов, и Владыка заставил носить с собой сестер противоядие. Пептри не может себя контролировать, а лишние трупы в замке Владыка не любил.

— Дай мне противоядие, — он указал на пояс одной из них.

Демоницы переглянулись в страхе. И одна — старшая — достала пузырек и отдала ему трясущимися руками.

Владыка в один момент переместился в спальню. Анна лежала в позе эмбриона, прижимая к животу подушку. Она будто так и не двигалась и не обратила внимания на его появление. Ангел и дня не пролежала в таком состоянии, но Владыка знал, что дальше будет только хуже. И он совсем не собирался ей помогать с испытанием, как и было условлено. Резко развернул девушку, глядя в ее глаза. Полный удар под дых от их безжизненности. Она бы пол ада спасла, если б могла, а у него слов не было для нее. Пока не было.

— Пептри потерялся.

— Найдется, — равнодушно ответила она. — Тем более вы его чувствуете.

Все равно она ему не верит и считает каждое слово обманом или совращением.

Да, она права, он чувствует своих детей, и знал, куда спрятался малыш. А еще этому малышу понравился ангел.

— Это особый вид демонов, которых не так легко найти, — соврал, не моргнув и глазом.

Анна медленно поднялась с кровати, свесила ноги, а потом завалилась на кровать и укрылась с головой одеялом. Владыка отодвинул край, вновь глядя на спутанные волосы, закрывшие лицо.

— Я не найду его. Я не смогу, — прошептала она.

Владыка грубо перевернул ее и, удерживая за щёки и раскрыв рот, влил а неё противоядие. Анна откашливалась, жидкость текла по подбородку к груди, но большую часть она проглотила.

Умрет или не умрет от противоядия?

Владыка отошел от кровати и скрестил руки на груди. Анна откашлялась жидкостью и посмотрела на него раскрасневшимися глазами, в которых вспыхнул строптивый огонек.

- Что это? – Анна вытерла губы.

- Противоядие.

Она все-таки поднялась и шатающейся походкой подошла к нему. Посмотрела ему в глаза, будто хотела что-то увидеть в них.

- Гнев сказал, что в аду умерло сердце города.

И нервно сглотнула.

Ох, ну конечно. Грехи не станут такого утаивать.

- Да было.

- Теперь его душа навечно здесь? – в  голубо-зеленых глазах вновь появились слезы.

- Да. Навечно останется в аду блуждать меж демонов и мучиться в агонии, - ответил владыка.

- А ее освободить как-то можно?

Владыка скептически посмотрел на нее. Жутко пробивало на смех.

- Сердце города умерло в аду. Душа осталась здесь. И нет. Освободить ее невозможно.  Анна, не всех можно спасти. Идем?

Да. Уж нашел чем ее отвлечь. А пусть ищет ту душу. Хоть что-то сподвигнет ее на действия. Увы, но уныние порой невозможно преодолеть в одиночку.

- Да. А как сердце города погибло? – Анна коснулась его предплечья.

- Пыталось справиться с адом, - он накрыл ее руку своей и провел по бархатной на ощупь коже. Пусть не копается, не ищет ту душу. Никому от этого хорошо не будет. – И тот ангел проиграл.

Анна кивнула, глянула на кровать.

Эй, нет. Хватит ей там валяться без дела. А в том деле,  в котором он ее хочет она неопытна.

- Побудешь приманкой для Пептри, - Владыка скрестил их пальцы и вывел Анну в коридор.

- А может все-таки как-то можно душу того ангела спасти?

- Нет, - Владыка закатил глаза. Но Анна хоть перестала унывать и ищет силы бороться.

- Я попробую.

- Анна, - Владыка резко остановился, любуясь улыбкой на лице ангела. Мягкая и нежная. – Я убил этого ангела. Все те, кто пали от моей руки никогда не освободятся от ада.

Ангел вновь поникла. Владыка не мог не понимать, что она так просто не отстанет от темы «душа сердца города в аду». Но и рассказывать всего он не намерен. Нет доверия даже к ангелам.

Малыш забрался в дальний угол замка, где была неиспользуемая подсобка. Раньше там хранили хлам, а теперь редкие доспехи, снятые с погибших командиров.

Как Владыка и предполагал – Пептри выскочил из своего укрытия и сразу подбежал к Анне. И пустил немного слюней на девичью кожу. Владыка был наготове в любой момент выхватить Анну и увести от сына, но ничего не произошло – противоядие подействовало.

Пептри приставил ладошки к животу ангела и прижался к ней. Кому-то тоже не хватает доброты. Или матери. Детям-демонам свойственно тянуться к ангелам. Они чутко ощущают окружающий мир и им просто не хватает того добра, что несут в себе ангелы.

Сын засмеялся, когда анна пощекотала его. Они оба были искренние в своих эмоциях сейчас.

- Ангел мой, а ты сможешь разговорить его? Я уверен, что ребенок не немой.

Владыка не хотел признать себе, что его сын имеет недостатки. Такого быть не может.

- А вы мне покажите душу? – лукаво спросила Анна. Нахваталась в аду уже.

- Свою? – Владыка приподнял бровь.

- Сердце города.

- Нет, мой ангел. Она скрыта таким злом, что даже у тебя не получится продраться сквозь него.

- я могу попробовать.

В глазах ни капельки уныния.

- Помнишь, я тебе рассказывал про демонов хранителей душ?

- Они собирают души умерших и используют их в боях.

- Но вы же убили того ангела…- ее глаза широко раскрылись в догадке.

- И благодаря ей я так много знаю про ангелов. Но и ей нужно как-то жить. Поэтому у меня в гареме ангелы, - Владыка развел руки в стоны.  Соврать было легко, особенно из-за того, что большая часть была правдой.