Глава 16

Джаред

После смерти Лейлы пришлось усилить охрану. Группы патрулировали каждую ночь, а остальные днем ходили по соседним городкам, собирая слухи. Не может быть, чтобы в округе никто не знал, что происходит. Обычно маги прибегают к колдовству, когда все легальные способы не дали нужных результатов. Они искали кого-то, кто находился в нашем лесу, и я хотел бы точно знать, кто это и какую конкретную цель преследуют недруги. У меня были подозрения насчет Джины, но ни одного доказательства ее причастности, одни совпадения. И хотя я в них не очень верил, оснований думать, что она как-то к этому причастна, не нашлось.

В смерти Лейлы я ее уже не винил. Когда я после того поцелуя вернулся домой, нашел у себя послание от умершей знахарки. Она сообщала, что нашла себе замену в лице Джины, а значит, наконец может уйти и стать свободной. Завещала мне помогать новой знахарке, не обижать, взять под свое крыло. Одна фраза показалась мне странной и не совсем понятной. «Однажды ты узнаешь всю правду и поймешь, что делать». О какой правде шла речь, я не представлял, а спросить было не у кого. Может, речь шла о том магическом тумане? Или еще о какой-то надвигавшейся опасности? Я не знал. Думал над этим, пока не разболелась голова, а потом решил — будь что будет.

А потом мне пришла еще одна мысль: что, если кто-то из деревни с этим связан? Не хотелось бы мне искать предателей, но такие случаи бывали. И хотя стая — это своего рода семья, и в семьях бывают отщепенцы, готовые на все.

Стал перебирать в голове всех, кто мог иметь хоть какое-то отношение ко всему этому. Из бет точно никто — для них слово Альфы закон, хотя наверняка кто-то подумывает сам стать Альфой. Однако я был уверен, что до предательства никто из них не опустится — стая не примет Альфу, который займет это место нечестным путем.

Вряд ли это кто-то из взрослых женщин — они слишком мудры и хорошо помнят события прошлых лет, чтобы повестись на подобное. К тому же у многих дети, а это сразу исключает их из списка предателей — ни один оборотень никогда не поставит под удар своих детей, это незыблемый закон.

Оставались волчата. Они еще наивны, верят в сказки, которые может кто-то наговорить, и думают, что лучше всех все знают. Да и в последнее время вели себя странно. Беты говорили, что слишком агрессивны, часто ссорятся. Я не придавал значения этим словам. Думал что это возрастное, что пройдет, что волчата просто еще не умеют себя контролировать. Но сейчас в голову стали закрадываться нехорошие подозрения. Единственной, кто оставался самой собой, была Акура. И это наводило на определенные мысли. Может, это она? Стоит за ней приглядеть.

— Джаред! — позвала меня одна из волчиц.

— Слушаю, Наина.

— Не знаю, как тебе сказать, но я заметила пропажу кое-каких вещей. — Женщина несмело посмотрела мне глаза. Она иногда приходила ко мне, чтобы помочь с уборкой, хотя я и сам мог прекрасно все сделать. Но Альфа есть Альфа — каждый оборотень в стае считал себя обязанным оказать посильную помощь в обмен на защиту. Так повелось с давних времен, и не мне рушить традиции.

Нонсенс, оборотни не воруют, поскольку смысла в этом нет, вора тут же вычислят по следам, по запаху. Да и в конце концов нет такой необходимости, у оборотней всегда есть все необходимое, обязанность проконтролировать это лежит на Альфе.

— Ты уверена в этом? Что конкретно пропало?

— Пара брюк, кружка, еще кое-какие мелочи.

— Глупости какие-то, — мотнул я головой, совершенно не понимая, кому понадобилось что-то подобное. — Наверное, кто-то взял и забыл предупредить. Не бери в голову.

Наина извинилась, что отвлекла, и поспешила к себе. Я был уверен, что вещей, о которых она говорила, действительно нет, потому что оборотницы хорошо ведут свое хозяйство и не в пример остальным чистоплотные, а в домах всегда присутствует сытная еда, да и за детьми они приглядывают лучше, чем многие люди. У нас нет брошенных детей. Родители, которые погибли, на том свете не переживают за свое потомство, поскольку волчата по закону стаи становятся общими и получают родительскую любовь от каждого волка. Скорее всего, кто-то действительно взял эти вещи не подумав, а потом забыл вернуть. В конце концов, я Альфа, а Альфа все делает для своей стаи. Какая-то кружка и пара брюк — это мелочи, которых мне совершенно не жаль. В любом случае можно купить их, когда Джина поедет продавать снадобья.

Из раздумий меня вывел призыв от беты:

«Нужна помощь на юго-востоке!»

Я тут же побежал в названную сторону. Хотел взять еще кого-то, но все были заняты. Ладно, сам справлюсь. На ходу скинул одежду, обратился и бросился на помощь. Просто так беты меня не звали, сами справлялись. Значит, случилось что-то серьезное.

Прибежав, я увидел картину, которая на мгновение заставила застыть: волчата дрались не на жизнь, а на смерть. Парочка уже без сил валялась на снегу, а остальные сплелись в темный клубок, из которого летели брызги крови, клочья шерсти и даже ошметки плоти. На поляне стоял невообразимый шум, какофония из рычания, визгов, скулежа и чего-то на грани слышимости даже для волка. Пара бет, которая обучала волчат, стояла рядом, не предпринимая никаких попыток развести молодняк в разные стороны. Но, видно, уже пытались: на груди одного красовалась рваная рана, второй прихрамывал и у него было порвано ухо. Если уж бетам досталось, не представляю, что будет с самими волчатами.

«А ну разойтись!» — рявкнул я и слегка ударил по молодняку силой. На мгновение ком распался, а после драка продолжилась. Я опешил от удивления и вдарил еще раз, теперь уже не церемонясь. От этого даже беты припали на передние лапы, скуля. Волчата же буквально рассыпались по площадке, тяжело дыша.

«Да что с вами такое? Что не поделили?»

«Да все они поделили, — буркнул Зейн, третий бета. На в ответ мой кивок продолжил: — Все было как обычно, мы тренировались. И вдруг в них словно вселился кто. Мы с Дином пытались разнять, но какое там…»

Он покачал головой и осуждающе посмотрел на волчат. Те уже поднимались на дрожавшие ноги — сила Альфы просто так не отпускала, после нее даже у бет в голове шумело некоторое время. Что уж говорить о тех, кто только вступал в пору зрелости.

Я оглядел молодняк. Все понуро опустили головы и лишь искоса бросали на меня боязливые взгляды. Досталось многим прилично, надо бы отвести нескольких к Джине, остальные сами отлежатся.

«Тренировка закончена. Все, кого потрепали, идут к знахарке, остальные марш домой и без моего разрешения никуда не выходить».

Дождался, пока все подтвердят, что услышали меня — хотя за ослушание Альфы наказание было нешуточным, — и рысью побежал домой. Надо было придумать, как предотвратить такое в будущем.

Опередив своих бет и потрепанных волчат, я забежал к себе, обернулся, оделся — решил не смущать Джину видом своего обнаженного тела — и направился к знахарскому домику. Туда как раз подошли раненые волчата и Зейн с Расселом на руках — тому досталось больше всех. Я крикнул женщинам, чтобы те принесли одежду своим детям, и пропустил пострадавших вперед.