4. Гнев арабского принца

Прохладный июньский вечер. Небо усыпано яркими звёздами, город — разноцветными лампочками. Я сижу съёжившись на переднем сиденье арендованной Азизом машины и не смею поднимать глаза. Не люблю, когда Азиз молчит. Если бы он кричал, набил бы Данилу морду, мне было бы всё понятно: Азиз в гневе. А тут он просто отодвинул его в сторону, взял меня за руку и увёл. Всё.

Что у него на уме? О чём думает Азиз? Злится на меня? Или оправдывает? Оправдывает? Чёрт, он же араб! Вряд ли он правильно растолковал увиденное. Уверена, что он решил, будто я сама крутила хвостом.

Мы приезжаем в его отель, что удивляет меня. Я ведь думала, что он отвезёт меня домой, а сам поедет думать и самоуспокаиваться. Поднимаясь по лестнице, покрытой красной ковровой дорожкой, я ссутулилась. Предчувствие какое-то нехорошее. У нас ещё не было похожих случаев, поэтому не знаю, как он себя поведёт.

Как только мы входим в номер и оказываемся за плотно закрытой дверью, Азиз подходит ко мне. Минуту изучает меня темным взглядом, а потом поднимает руки и резким движением рвёт платье. Прямо на мне! Раз, и я без ничего. На мне чёрные стринги, но разве этого достаточно?

Вскрикнув, быстро закрываю грудь руками. Азиз видел меня голой, но даже этот факт не мешает мне стыдиться.

— Ты больше не будешь носить эти шмотки! — сдержанно, но гневно говорит он. В его взгляде жесткость и непоколебимость. Я съеживаюсь ещё сильнее.

— А что же… я буду голая? — мямлю еле внятно.

— Утром привезу новое платье. А сейчас спать, Эрика.

Азиз дал мне свою футболку. Я умылась в ванной, потом написала маме сообщение, что с Азизом, легла в кровать, долго ворочалась и спустя час уснула. Азиз всё это время сидел и смотрел телевизор в салоне.

Утром, конечно же, его и след простыл. Я просыпаюсь с головной болью, хотя в клубе почти не пила спиртное. Во всём виноваты мои мысли и стресс. А Данил козёл! Жениться он на мне собрался, хм… Поворачиваю голову и тупо смотрю перед собой. Возле кровати стоит стул, на стуле — платье.

Не глядя, беру с тумбочки телефон и смотрю на время.

— Чёрт, — со стоном выдыхаю. Хорошо, что на работу не надо, а то мне бы конкретно попало. Почти полдень. Поэтому и голова болит.

«Ты больше не будешь носить эти шмотки!» — вспоминаю угрозу Азиза, пока разглядываю платье, которое он мне принёс. Чёрное, юбка свободная ниже колен, на пояске. Рукава не длинные, но ниже локтя с гипюровой вставкой на плечах. И самое главное — платье с высоким декольте, под самое горло. Браво, Азиз! Запаковал меня в скромное платьице. Значит, я правильно думала: Азиз считает, что я вертела перед Данилом хвостом в своём коротеньком платье.

Выбирать мне особо не приходится, поэтому облачаюсь в монашеский наряд, привожу себя в порядок и покидаю отель. Я даже не подумала, что надо позвонить Азизу. Он злится? Вот пусть злится. Вечером остынет и мы во всём разберёмся.

В такси мои размышления прерывает телефонный звонок. Я долго смотрю на незнакомый номер, потом с опаской отвечаю. Если это кто-то из редакции, а я не отвечу, то мне потом секир-башка начальство сделает. Но я ошибаюсь, звонок не по работе. Это Антон, друг Данила, который был вчера с ним в клубе.

— Привет, Эрика. Надо поговорить. У меня для тебя информация есть.

— Что будет, если я пошлю тебя к черту?

— Что будет? Ты не узнаешь, что задумала твоя мама.

Вот это заявление! Даже несмотря на то, что Антону я не особо доверяю, согласилась встретиться в парке через пятнадцать минут. Как раз недалеко от моего дома, так что потом прогуляюсь.

Мы подъехали почти в одно время. Антон какой-то взъерошенный, под глазами тёмные круги. То ли проснулся недавно, то ли бухал всю ночь. И когда он подходит ближе, я улавливаю запах пива. Похоже, он и не прекращал пить.

— Без предисловий, пожалуйста. Выкладывай, — прошу я.

— Купишь пиво?

— Хм. Смотря что скажешь.

— Твоя мамаша позвонила вчера Данилу и сказала, в какой клуб ты поехала.

— Не ври, только! Я не говорила маме, в какой клуб поехала.

— Лично ей — нет. Но когда ты говорила с подругой по телефону, она слышала. В общем, хочешь верь, хочешь не верь, но у них с Данилой заговор. Она попросила его всеми силами отвоевать тебя у того араба.

Это, конечно, похоже на правду, но я отказываюсь верить, что мама способна на подобные авантюры.

— Почему ты решил мне об этом сказать?

— Купи пиво.

Мы идём в ближайший минимаркет. Я даю Антону денег, тот покупает себе пиво, после чего мы молча возвращаемся в парк.

— Ты получил своё пиво. Теперь выкладывай всё, что знаешь.

— Твоя мама хотела, чтобы Данил приставал к тебе. Она послала мне сообщение и номер твоего араба, и я переслал это сообщение ему. Ну… короче, я оповестил его, где ты и… с кем.

— Что?!

— Твоя мать подумала, что в нем вскипит горячая кровь, и, приревновав, он бросит тебя после этого.

— Что ты несёшь? Моя мама не способна на такие вещи.

— Я сказал то, что было вчера. Можешь мне не верить.

— Почему ты решил рассказать мне?

Антон делает длинный глоток из бутылки, затем протягивает мне с вопросом:

— Хочешь?

— Сам пей.

Мы молчим, думая каждый о своём. Наконец я встаю.

— Мне пора. Но прежде хотела бы услышать ответ.

— Почему рассказал? Жалко тебя стало… да и пьян я ещё, — говорит он и глухо смеётся. — Мне плевать на Данила.