18. Только не это!

Кир не был бойцом, да и спортивным телосложением не обладал, разве что сильно похудел за последнее время. Он сам не понял, что произошло, только заметил отражение в стекле, что кто-то крадётся, а дальше сработал инстинкт выживания. Отпрыгнул в сторону, шипящий свист плазменного ножа воткнулся в стол. Кир схватил поднос, на котором стоял стакан, и ребром нанёс удар по руке. Нападающий не издал ни звука, а дальше всё происходило, как на автомате. Мужчина бросился к нему, полетел стул, чайник. Кир пятился и старался хоть как-то защититься, а после споткнулся и стал падать. Этим решил воспользоваться нападающий и бросился на него.

В жизни бывает много случайностей: пыльная буря, что не дала боту повторным выстрелом уничтожить его, затем Геласий, что каким-то чудом увидел их следы в пустоши. Вот и сейчас Кир схватил стул и постарался защититься им, но тот под весом мужчины сломался, и его ножка воткнулась нападающему в грудь.

Кир не стал испытывать судьбу дважды, подбежал к двери, где скрылась его жена, и забарабанил.

– Милая, не выходи, дождись полиции, а я…

Он понимал, что это нападение неслучайно, поэтому бросился бежать. И только уже спустившись на шестой уровень под землю, ощутил страх. Понял, что на него точно так же, как на Якова, напали и хотели убить.

– Почему? – спросил себя вслух. – Что не так? Наверно, надо позвонить в полицию. Но я и есть полиция!

Тут он вспомнил про Милену. «Если всему виной моя командировка в пустоши, то ей грозит…». Теперь знал, что надо делать, он ехал к ней, в её магазин. Но прибыв на место, увидел, что свет в витринах не горит. Кир толкнул дверь, и та открылась.

– Ау! Есть кто? Я зайду, хорошо?

Пока ехал, у него не выходил из головы вопрос: почему, и главное, кто хотел его убить? Да, именно убить, в этом он был уверен как никогда. Хотел бы ударить нападающего по голове, но понимал, что это может повредить ему, поэтому нанёс удар по руке. А то, что ножка воткнулась ему в грудь – это случайность, он не хотел.

Он прошёлся по залу, где на стеллажах лежал хлам, но сейчас для него это были реликвии прошлого. Заглянул во второй зал, а после в подсобку, но и там никого не было.

– Вы? – Кир увидел Хромова, что подошёл к нему. – На меня в моем доме напали, он хотел…

Кир замолчал, увидев в руке своего начальника такой же плазменный нож.

– Что происходит?

– А ты не понял?

– Нет. Прошу, уберите нож, он опасен. Он может ранить…

– Почему ты там не остался, зачем вернулся?

– Но я же должен был, я полицейский, я… Стойте!

Хромов сделал шаг вперёд.

– Ты верил, что в нашем мире всё так идеально. Не задумывался, зачем держать полицейское подразделение, когда нет преступлений?

– Не знаю, так, наверно, надо.

– Именно, что надо. Всегда найдётся тот, кто посчитает себя превыше других и совершит ошибку. Преступления почти исчезли. Наше общество стало идеалом для всех. Ты только посмотри, как всё гармонично. Посмотри! – крикнул Хромов и развёл руки в стороны.

– Я понял.

– Ничего ты не понял. Якова нейтрализовали потому, что он был не как мы, а это угроза всему, что тебя окружает. Мы поколениями строили наше будущее. Забыл, что было в прошлом? Гнев, ненависть и жадность. А теперь? Люди счастливы, получают свою благодать, но не он, не Яков, не способен на это.

– Но разве из-за этого стоило убивать?

– Да-да, порой приходится поступить так. Ты осуждаешь?

– Да! Так не должно быть. Вы же сами только что сказали, что мы изменили наше общество и теперь в нём нет места насилию.

– Да, сказал. Мы научились составлять карту будущего поколения и с каждым разом она всё точней и точней. И вот появляется один сорняк.

– Вы про Якова?

– Да, про него. И что происходит? Он один может испортить всё то, что мы такими усилиями программировали. Благодаря ему одному все наши старания будут уничтожены.

– Но ведь можно было бы его просто выслать туда, откуда он прибыл.

– И он проникнет обратно, и уже не один, их будет десятки, сотни. И тогда наш мир рухнет, как было уже много раз.

– Зачем ему это делать? Зачем?

Кир думал, что если Яков был из города Геласия, то там условия прекрасные, возможно, лучше, чем тут в инкубаторе.

– Жена тебя не вспомнит, забудь про неё.

– Вы сделали ей чистку?

– Пришлось, зато теперь счастлива, выйдет замуж за достойного человека. А кто ты в этом мире? Тебя три раза повышали, а ты так и не смог внести положенные по сроку изменения в теле. Ты неудачник. Я тебя послал только с одной целью.

– Умереть?

– Верно, но ты и этого не смог сделать.

– Вы не могли меня сами убить, потому что вы улучшены и у вас нет такой программы, как агрессия и насилие. Но зачем? Что я вам сделал? Что! Зачем дали вести это расследование? Зачем?

– Потому что нам нужен натуральный человек.

– Кому вам?

– Тогда мы не успели спасти Якова, и ты должен был их найти, и ты нашёл!

– Нет! – сказал Кир. – Там были только кеволы, я не видел людей.

– Вот и славно, об этом больше никто не должен знать.

И мужчина бросился на Кира, а тот, взвизгнув, как женщина, побежал вдоль стеллажей, стараясь увернуться от плазменного клинка.

– Вы меня не убьёте, вы не можете.

– А я и не хочу тебя убивать, истекая кровью, ты сам умрёшь.

– Нет, прекратите, вы не должны, вы…

Кир, перепрыгивая через столы, открыл свою сумку и достал из неё пистолет, который так и не сдал.

– Остановитесь, иначе я буду вынужден стрелять.

– Ты не можешь, ты терпилоид, – крикнул Хромов и стал обходить стол.

– Я выстрелю, выстрелю, остановитесь, – Кир взвёл затвор, лязгнул металл, и патрон вошёл в ствол. – Если будете угрожать, то я…

– Ах ты, гадёныш, ты ещё будешь мне угрожать, – Хромов бросился вперед и его плазменный нож просвистел в нескольких сантиметрах от лица.

Кир сделал ещё шаг назад, но рука Хромова с ножом еще раз пролетела мимо. Он развернулся и толкнул Хромова.

– Я убью вас, – сказал Кир и направил пистолет на него.

– Нет, не убьёшь, – тяжело дыша, сказал Хромов и засмеялся.

Хлопок! Кир даже не понял: то ли выстрелил, то ли ему показалось, но лицо Хромова сразу изменилось. Он с ужасом посмотрел на пистолет, а после на испачканную рубашку, сквозь которую проступала кровь.

– Ты…

Но тут последовал второй выстрел, и Хромов вздрогнул.

– Ты… ты… ты настоящий человек.

Хромов понимал, что только настоящий человек мог обладать чистыми чувствами, среди которых была злоба, гнев и ненависть. Это вторая сторона медали любви и доброты. Люди в городе потеряли самое главное – умение любить и радоваться, именно поэтому и проводились праздники, и все жители получали благодать.

– Значит, я зря искал его так далеко. Ты и есть настоящий человек, ты…

Но он не закончил свою фразу, третий выстрел оборвал жизнь Хромова, и тот, опустив голову, замер.

Кир отбросил пистолет, он не хотел его убивать, но так получилось. В груди всё болело, рука стала трястись.

– Я не хотел, прости. Я не хотел.

Он сел на пол и прижал руку к груди. Боль пронзила его насквозь. Скрипя зубами, он заскулил. «Всё же он меня достал», – подумал Кир и опустил голову, чтобы посмотреть на свою окровавленную руку, но крови не было.

– Нет, – превозмогая боль, встал и, шатаясь, пошёл к зеркалу, что висело в подсобке.

Ладонь прижималась к груди. Всё полыхало и ныло. Кир подошёл к зеркалу и, убрав руку, посмотрел на глубокую рану, которую оставил плазменный клинок. Крови не было. Разорвав рубашку, сквозь широкую рану он увидел голубые мышцы и сотню еле заметных проводков.

– Нет, только не это. Нет!!!

Его вопль разнёсся по улице. Люди остановились, на минуту задумались, а потом, радуясь, что закончился день, пошли по своим делам.