13. Кто я?

Не задавая лишних вопросов, медсестра обработала рану, зашила её и наложила повязку.

– Она заживёт? – спросил Кир.

– Обязательно.

– Спасибо. Мне теперь обратно?

– Вам покажут.

– С кем я могу поговорить о себе?

– Завтра, а сегодня отдохните.

Кир вернулся, удивился, что около номера не было охраны. Калаха сидел на стуле и болтал ногами.

– А нам принесли поесть, ты это пробовал? Я нет, у нас такого никогда не было.

– Это яблоко, – сказал Кир и тоже сел за стол. – Как ты себя чувствуешь?

– Нормально, – ответил мальчик и лизнул булочку.

– Это хлеб, просто откусывай.

– А у нас такого нет.

– Да, у вас, в основном, всё в тюбиках, туда непонятно что напичкано. Ешь понемногу и жуй как следует, это тебе не пюре.

– А мне нравится, здесь как у нас, даже лучше. А они тоже живут под землёй?

– Не знаю, тут я ни разу не был.

Кир не хотел есть. Он не знал, чего ждать от следующего дня. Его опять стали мучить вопросы, что с ним произошло и кто он теперь.

– Тебе надо принять душ и только после этого лечь спать.

– Душ?

– Это помыть тело. Видишь, какие простыни чистые? Да и полезно, сколько мы времени провели в пустоши.

После ужина Калаха почти целый час плескался. Кир не выдержал, постучался в дверь.

– Заканчивай, выходи, я тоже хочу спать.

Но он ещё долго не спал, ворочился и думал, что будет дальше. На следующий день его вызвали только к обеду. Мальчик остался в номере. Он нашёл книги и с увлечением стал их читать.

– Проходи, Кир. Как твоя рана?

В комнате было три человека: одна женщина и двое мужчин.

– Спасибо, не болит. У меня вопросы.

– Кто ты? – сказала женщина.

– Да.

– Давай познакомимся, меня зовут Нейла, это Фока и Влас. А ты, значит, Кир?

– Вы меня с Миленой спасли, когда Геласий нашёл нас в пустоши. Я был терпилоидом, следователем. И вдруг я узнал, что я не я.

– Скажи, Кир, – к нему обратился мужчина постарше, его звали Влас. – Как ты об этом узнал?

– Я увидел рану, крови не было, но помню, как в детстве…

– Помнишь детство?

– Смутно, но помню, упал с лестницы и разбил себе лицо, у меня была кровь, а после порезал ногу, вот, смотрите, шрам всё ещё на месте. А после…

– Кир, можно я всё тебе расскажу? – Нейла подсела к нему поближе, посмотрела на шрам на его ноге. – Когда ты прибыл к нам, твоё тело умирало. Оно…

– Восстановитель?

– Да, ты правильно догадываешься, тело разлагалось без его поддержки. Мы хотели тебя спасти, но не смогли.

– А как же тогда я?..

– Единственное, что нам удалось, это считать твою память, но не всю, только за последние два года. Мы постарались воссоздать твоё тело, а в чистый искусственный мозг перенести воспоминания, которые удалось записать. Да, тело у тебя сейчас нечеловеческое, но память реальная, твоя.

– Я теперь искусственный интеллект? – обречённо спросил Кир.

– Мозг, что в тебе, да, он искусственный, и в нём присутствуют кластеры искусственного интеллекта, иначе бы ты не смог самостоятельно мыслить. Это вынужденная мера, чтобы ты жил. Что ты предпочитаешь: умереть или жить дальше в этом теле?

Женщина замолчала. Кир тоже молчал. Хотел жить как человек, но спустя время, когда странствовал по пустоши, порой забывал про тело. И тогда он опять чувствовал себя человеком.

– Не знаю. Наверно, жить.

– Скажи, а как ты поранился, что случилось?

Молодой мужчина взял планшет и стал водить им вдоль тела Кира, будто делает рентген.

– Меня ранили.

– Ранили?

– Да, я следователь полиции, у нас в городе было преступление, убили натурального человека.

– У вас? – удивился Влас.

– Я тоже не думал, что такое возможно, ведь терпилоиды на это неспособны. Но именно терпилоид и был убийцей. Мне поручили расследование: найти, откуда пришёл человек. В пустоши мы попали в аварию, если бы не ваш Геласий, мы бы погибли.

– А как себя чувствует Милена?

– Вы её тоже переделали?

– Нет, она выжила. Извини, что так получилось.

– Зачем вы извиняетесь, вы сделали что смогли.

– А что было потом? – спросил Влас.

– Мы вернулись в город. Я пришёл в участок, чтобы отчитаться о работе. Но меня все забыли, будто всем сделали чистку.

– А что такое чистка?

– Чистка, это когда из памяти удаляют, то, что вы не хотите помнить.

– Ясно, а что дальше?

– Даже мой босс с трудом вспомнил меня. Они и жене моей сделали чистку. Не знаю, зачем? Может переживала и думала, что я погиб. А потом на меня напал человек и хотел убить.

– На вас, в вашем городе?

– Да, прямо в моём доме, вернее, в бывшем доме. Я убежал, подумал, что то же самое грозит и Милене. Но её я не увидел. Мой босс напал на меня и ранил в грудь.

– Почему?

– Не хотел, чтобы кто-то знал про натурального человека. Считал, что это опасно и вредно. Но что в этом такого?

– И вы убежали?

– Да, убежал. Но я… – Кир замолчал, ему было трудно признаваться в том, что он сделал. – Я убил его.

Все трое переглянулись и внимательно посмотрели на Кира.

– Да, я убил его. Он хотел, чтобы я, как Яков, тоже умер. Не хотел, но убил. Почему так? Раньше бы я это ни за что не сделал, но убил.

– Уверен? – спросила женщина.

– Да, три раза выстрелил, он умер практически сразу. Перед смертью Хромов сказал, что это я натуральный человек, ведь только у него чистые эмоции, где присутствует гнев, страх и ненависть. Но я оказался ненатуральным человеком. Грудь болела, а крови не было. Вот тогда, смотря на свою рану в зеркале, понял, что я уже не терпилоид. Кто я?

Кир уже понимал, что, спасая ему жизнь, из него сделали кевола.

– Значит, ты убил?

– Да, и по меркам закона я преступник. Я бы остался в своём вечном городе и мне как преступнику сделали бы чистку, но я неживой, я не терпилоид. Поэтому испугался, что меня просто отключат, как машину. Теперь знаю, что вы сделали и кто я.

– Значит, ты убил… – тихо сказал Влас и опустил руки.

– Значит, ты преступник…

– Вы меня отключите, уничтожите? – спросил Кир.

Они ещё больше часа задавали вопросы, а после отвели Кира в лабораторию, где сканировали его органы, тестировали нервные сигналы.

– Что скажешь? – спросил Влас у женщины.

– За последнее время это первый сбой программы защиты. Протокол был изменен, диагностика не выявила погрешностей. Ставится вопрос, когда это произошло: в момент активации сознания или уже позже.

– Это очень плохо.

– Мы так старались избежать этого. Терпилоиды использовали свою ДНК, чтобы снять агрессию, мы же – программный код.

– Выходит, в нашей защите есть брешь.

– Выходит, что так.

– И что теперь?

* * *

Кир думал, что его отправят в камеру, но он вернулся в свой номер. Калаха радостно его встретил, усадил за стол и пододвинул поднос с обедом.

– Смотри, что нам нынче принесли, – его глаза были счастливыми, как у ребенка.

– Это виноград. У вас его нет?

– Неееет…

– Он бывает зеленым, красным, бордовым и даже черным. А вкус всегда разный: с кислинкой, с оттенком персика или клубники, кедра или мяты.

– Оооо… – протянул Калаха.

– Чем занимался?

– Вот, смотри, – мальчик достал с полки толстую книгу. – У нас таких мало, очень мало, всё на консолях, а тут белые, чистые листы.

– Да, это книга, нынче это и правда редкость. Ты не выходил из номера?

– Нет, боюсь.

– Почему, может нам прогуляться?

– Нет, не хочу, боюсь.

– Ты ведь не можешь вечно тут сидеть.

– А может завтра? Они на меня странно смотрят.

– Это и понятно, ты ведь не похож на них, ты полихет.

– А это плохо?

– Нет, что ты, я ведь и сам испугался твоего отца.

– Ты?

– Да, я. Раньше даже не знал, что вы вообще существуете, не говоря про то, что под ногами целый город. Вот они и смотрят на тебя с удивлением. Ну что, пойдём?

– Ладно, но только недалеко, хорошо?

– Хорошо.

Они вышли в коридор. На него смотрели так, словно он шёл с ручной обезьянкой. Кир сориентировался по знакам на стенах, уже через двадцать минут они вышли на улицу.

– Держись тени, а лучше пошли вон туда, там деревья.

Как только мальчик дошёл до большого дерева, он быстро вскарабкался по ветвям. «А ведь и правда обезьяна, – подумал Кир и сел на толстый корень. – Ну вот я тут, что дальше?» – подумал и помахал мальчику, который весело прыгал по ветвям.

Только теперь Кир смог рассмотреть город кеволов, что тянулся между двух больших гор. Как он понял, основная часть города была спрятана в горах, но и снаружи было на что посмотреть. Яйцевидные здания – это не кубы в его спальных районах и не стеклянные башни в центре развлечений. Здания кеволов не имели прямых углов и ровных линий, в них было что-то природное, плавное, даже воздушное.

Из-за своих размышлений Кир не заметил, как к нему подошли два кевола в военной форме.

– Вы арестованы, – сказал один из них и отстегнул с пояса наручники.