Глава 11 · Первые шаги

'Смело сползаем в огромную, залитую

До краёв, красоту.

И по колено в песке увязая,

Теряем свою высоту…'

Мара «Где-то моя любовь»

Ник

Спящая Ангел была очень милой и сладкой. Все бы хорошо, вот только в голове звучал спокойный голос мамы — «главной женщины в моей жизни», той, что спасла, вырастила, всегда была на моей стороне, какую бы дичь я ни творил и чушь ни порол:

— Будет здорово, если твоя девушка не станет больше бродить в неглиже ночью по дому.

Голая, по дому, блин! Ну это надо придумать только.

— Милая, просыпайся, поедем в город, — погладил изящную ножку.

— Ну, Ники, пожалуйста. Еще чуть-чуть, — сонно пробурчала малышка, но тут выбора особо не было.

Если я хочу получить от бати только за выходку Лины, то не нужно множить проблемы, да.

Стянул плед и с удивлением уставился на короткую кружевную ночнушку.

О, как. Занятно.

— Лина, мы выезжаем через час. Если что, придется ехать как есть. В плед заверну и вперед.

Недовольно бурча и причитая о моей неоправданной жестокости, Ангелина ушла умываться, а я, собирая вещи, задумался о ближайшем будущем.

Да, надо уточнить у родителей, кто сейчас в Клубе заведует кадрами, и спланировать визит. Ну, аргументы подобрать, и пару идей для командных тренингов с играми изобразить вчерне на бумаге. Но это потом.

Сначала метнуться в магаз за самым важным для жизни на первое время. И как ни крути, поговорить с Линой про ее ночные похождения.

Да, такое себе.

Когда Ангелина вернулась из ванной комнаты, то я уже был готов на выход, а во дворе отец грузил в машину вещи.

— Пора, пойдем.

— Ники! Я не накрашена. Подожди немножко, — огромные глаза негодующе на меня взглянули.

Аха-ха, это не аргумент для моей семьи вообще.

— Ты и так красивая. Поехали. Родители ждать не будут. У них дела в городе.

— Ники, ты говорил, что они преподают, а сейчас лето. Каникулы.

Вздохнул:

— Если бы мои родители только преподавали, что у них не было бы ни клуба, ни машины, ни наград правительственных. Пойдем.

Вышли на крыльцо вместе с мамой:

— Никита, там у тебя в холодильнике на первое время яйца, молоко, колбаса, хлеб и всякое по мелочи есть. И ты же помнишь, что через неделю у Рата день рождения?

Блин, что-то я из времени вообще выпал. Чуть не пропустил же. Мелкие бы меня за такое не простили. А пацаны они злопамятные.

Потом все время придется быть настороже: то жвачка в волосы прилетит, то шнурки на кроссах разрежут, то в карман куртки слайм этот мерзкий засунут или пластилин, что еще хуже. Деятельные они у нас выросли, и изобретательные.

— Конечно, помню, мам, — помог ей устроиться на переднем сидении батиного внедорожника и открыл заднюю дверь Ангелине.

Чего у нее такое личико недовольное не понял, но выяснять было некогда:

— Что дарить? Где сбор? Во сколько?

Мама тихо рассмеялась.

А батя, выруливая из двора, хмыкнул:

— Шестнадцать лет настоящему мужику исполняется. В «Равелине» будет тусовка. Квест, потом игра, ну, банкет-фуршет в перерывах, ясное дело. С утра планировали. Пока на десять общий сбор объявлен.

— А дарить? Сейчас молодежь ужасно конкретна, так что я тебе вечером его лист пожеланий сброшу. Обалдеешь, — мама обернулась к нам и мягко улыбнулась.

Поскреб в затылке:

— Мы как-то попроще были, не? Я чего-то не помню, чтобы мы с Айкой и Селой виш-листы родне выкатывали, да, мам?

Тут родители рассмеялись дружно, а мама пояснила:

— Вы их рисовали и раскладывали везде, чтобы взрослые, не дай Пресвятые Просветители, не пропустили. Ох и время было. У меня где-то хранятся твои шедевры даже.

Улыбнулся, вспомнив подруг моего детства и юности.

— А кто ожидается-то? — уточнил, всяко пригодится.

Отец начал перечислять, а я офигевать:

— Семейство именинника, друзья Рата и Риана, мы, конечно, с Марго. Силуяновы, Карповы полным составом, вроде даже Фирс с наследником собирались. Без твоих подружек с родней тоже не обойдется. Народу по предварительному списку семьдесят человек.

— Охренеть, детский день рождения, — слегка обалдел от масштаба торжества.

— Ты же помнишь, на квесты в «Равелин» не приезжают только с кладбища, да и то, были случаи, — мама, обернувшись, мягко усмехнулась, хотя в глазах ее блеснула печаль.

Помню, она тогда сильно ругалась, но братья ее, дядья Петр и Павел, однажды прикатили на командные игры к нам в Клуб прямо с похорон их матери. Ну, бабка была неприятная дама, но вот чтобы так? Даже мы с Русом их тогда не поняли, хотя бабушка нас добрым вниманием и не баловала, да.

— Да, ну, мы, конечно, тоже будем. Жду лист с пожеланиями. И я вот, хотел уточнить: сейчас кто кадрами в Клубе занимается?

— Если ты про себя и есть идеи, то позвони Ивану. Для полигона он персонал подбирает, — отец внимательно посмотрел на меня в центральное зеркало заднего вида, вырулил на «платку [1]» и как втопил, будто они на встречу опаздывали.

Высаживая нас у дома, где располагалась такая памятная для них квартира, батя бросил скупо:

— К Рату на праздник приезжай пораньше, надо кое-что обсудить.

И вот ноющие ребра прямо четко подсказали мне, что именно собирается обсуждать со мной грозный родитель.

Да и мне тоже надо. Обсудить.

Попрощались с родней, поднялись домой, разделись. И пока я проводил инспекцию на кухне, Ангелина пробежалась по квартире и вскоре вплыла ко мне с вопросом:

— А родители твои далеко живут? А брат?

Да, вот прямо очень кстати она про семью вспомнила.

— Ангелина, нам нужно поговорить с тобой.

Огромные, прозрачные глаза округлились, а тонкие, изящные бровки поднялись:

— О чем?

— Есть кое-что важное о прошедшей ночи. Я думал, это очевидно, но жизнь показывает, что нет. Так вот, говорю: ты не можешь гулять по дому голой, особенно в присутствии моих родителей.

Н-да, какое изумление неподдельное в глазах:

— Ники, милый, а что? Ты же меня любишь такой, какая я есть.

Ну, как бы да, но есть нюанс.

— Это не о любви. Это об уважении к себе и к окружающим. Ты должна понимать, что такое поведение в доме моих родителей и прочих родственников недопустимо.

— Мне было жарко, я просто пошла попить воды. Была ночь, все должны были спать, вообще-то, — Ангелина посмотрела на меня с негодованием.

Офигеть.

— Ты даже не представляешь, как я испугалась, когда включился свет! И вообще, они ночью были такие, как из душа. Ник! Они же давно не молодожены…

О-ля-ля, я представляю, в каком восторге были родители, да.

Вдохнул поглубже, выдохнул медленно, формулируя:

— Ангелина, я хочу, чтобы ты понимала: если мы с тобой собираемся строить отношения, то нужно уважать друг друга, уважать нашу семью и наши традиции.

— Ну ладно, я поняла. Прости, если что-то не так, — обиженный Ангел это нечто.

Вот я бы не назвал случившееся просто: «что-то не так», и мне еще предстоит отхватить за это от бати на ринге, но тут надо все же донести основную мысль:

— Я просто не хочу, чтобы такое повторилось. Мне важно, чтобы мы были на одной волне, понимаешь?

— Да, я понимаю. Я постараюсь, чтобы больше такого не произошло, — малышка забралась на подоконник рядом со мной и замурлыкала в ухо.

Мысли, конечно, сбились, и настрой тоже, так что я завершил беседу очень даже оптимистичным заявлением, на мой взгляд:

— Спасибо. Я рад, что мы обсудили это. Уверен, дальше у нас с тобой все будет лучше.

— Я тоже рада, что мы разобрались, — Лина принялась покусывать мое ухо и тереться об меня своей шикарной грудью. — Я люблю тебя, Ник.

Что тут скажешь?

— Я тоже тебя люблю, Ангелина, — пробормотал, набрасываясь на эти сладкие губы.

А через некоторое, довольно продолжительное, время вспомнил, что она так и не поела:

— Пойдем в душ, а потом я приготовлю завтрак.

[1] Платная автодорога