Глава 23

Терять мне уже нечего, нашла в смартфоне электронную версию шедеврального договора, протянула гаджет Татьяне.

Она откинулась на спинку дивана и начала внимательно читать. А я с дивана поднялась и пошла к противоположной стене, встала напротив фотографии большой яхты и изображаю заинтересованность. В стену смотрю. Предоставлю возможность прожигать разъяренным взглядом затылок, в процессе ознакомления с «шедевриной», миссию я не выполнила, но патологической неприязни ко мне, после прочтения соглашения у Сережиной мамы будет через край. Вместо:» Не напрягайся Настенька, все хорошо», — потребует моего немедленного изгнания с частной территории. А Серегу в приказном порядке упрячут…

— Это любимая папина яхта, — рядом с ухом тихонько шепчет Сергей.

Покосилась на него, лицо спокойное. А собственно, ему то, что беспокоится, погрозят пальчиком и забудут проказы младшенького.

С дивана раздался протяжный звук. Может ей плохо? Я испуганно оборачиваюсь….

Татьяна покраснела и вздрагивает.

— Простите, я не хотела, в доме есть успокоительное? — бормочу виновато.

— Застряли они там, что ли! Все остынет. — долетает из глубины дома возмущенный голос ангела.

— Скоро придут. Ребята по снегу лазили, переодеваются. Подождем пять минут, ничего страшного. — на удивление добродушно отвечает Артем.

— Успокоительное? — переспрашивает Татьяна, — кому?

Совсем я ее в шок ввергла, надо же….

— Сергей! Как ты мог? Я всегда старалась быть для вас понимающей и хорошей мамой. А, ты…

Я выпрямилась и подняла голову. Была б на мне тельняшка, рванула бы и сказала: стреляйте! Но я в свитере. Поэтому как можно спокойнее озвучила: Татьяна, ваш сын действительно не при чем, договор составляла я. Пять минут погреюсь и поеду….

— Куда? — простонала Татьяна, — Не оправдывай его Настя. Мой сын, мой сын лишил меня возможности, — она прерывисто вздохнула, — лишил возможности посмотреть на морду Якова Марковича, когда он — это заверял. Электро бытовые приборы… Весом не более трех килограмм…. Не нагревать выше предельной нормы…. В конфликтной ситуации…. Прелесть какая, распечатайте экземплярчик, или на почту, на почту вышлите!

Больше она ничего не смогла сказать. Упала на диван и закатилась от смеха. Даже слезы из глаз брызнули.

Интересная реакция. Неожиданно.

Сергей взял меня за руку и притянул к себе. Я попыталась освободиться:

— Спектакль окончен, это лишнее, — тихо бросила ему в плечо.

— Насть, не вырывайся, не отпущу. Слышишь стульями в гостиной задвигали? Сейчас прибегут. Так, что держись за меня, а то снесет волной от понабежавших спасателей. — в тон мне, ответил Серега.

Прислушалась и правда, кто-то топает. Не прошло и минуты, в холле нарисовалась Людочка — ангел. Посмотрела на корчившуюся от смеха Татьяну, а потом недобрым взглядом на нас.

— Ну что? Довели мать до истерики! — обличительно из себя выдавила. — Доигрались в голодные обмороки! Я говорила…

— Люююд, ты когда-нибудь для урегулирования конфликтной ситуации, использовала не выключенные из сети электро бытовые приборы? Весом более трех килограмм!

— Чего? — Люда зависла в задумчивости, наверно прикидывала расстояние на которое сможет дотянуться шнур, прибора которым она пожелает воспользоваться. Для урегулирования. Я представила ангела навскидку определяющего вес электродрели…. Для применения в воспитательных целях. Мне бы не понравилось.

— Ничего, анекдот вспомнила. — Татьяна вытерла слезы, пружинисто подскочила с дивана, — Давайте мыть руки и к столу. Действительно всех задерживаем.

Меня проводили в ванную, выдали чистое полотенце, я умывалась и пыталась определиться, как же всё-таки поступить правильно.

Засиживаться не буду, это однозначно, дождусь когда Татьяна объявит, что я никакой не гвоздь программы, а вообще непонятно кто и потихоньку слиняю. А вот как поступить лучше, вежливо откланяться или уйти по английски? Пока не понимаю. Была еще одна вещь, которая меня настораживала. Время проведенное на холоде с промокшими ногами, похоже даром не прошло. Горло начинает першить, а голова как будто набивается ватой — это плохой знак. Ангина меня очень любит и плевать ей, что без взаимности. До дома лучше добраться до того, как дурацкое горло разболится.

Ладно, как нибудь разберусь, пора на эшафот. Показала язык отражению в зеркале и вышла из ванной.

Серега с Татьяной дожидались меня в коридоре. Она ему тихо что-то выговаривала, он виновато кивал. Меня увидели и замолчали. Видно для моих ушей не предназначается, ну и пожалуйста, и так догадываюсь о чем говорили, наверняка интересовалась: где ты сыночек эту Настю откопал? Как только обед закончится, убери с моих глаз!

— Не волнуйтесь, сама уберусь. — подумала про себя. Вслух сказала:- ну, что приступаем к обеду?

Гостиная у Игнатовых по размерам не меньше моей квартиры, вместе с кухней и санитарными помещениями. Стены светлые, ближе к слоновой кости, по правой стене несколько больших картин. По левой стене французские окна, в центре большой стол окруженный мягкими стульями. В углу камин, перед ним как положено чья-то шкура. Горящий камин — это круто, но меня больше пол с подогревом порадовал. Тепло ногам.

— Наконец изволили появиться! — Артем при нашем появлении снова начал кривляться, приподнялся со стула и поклонился.

— Красильщиковы вечером ненадолго заскочат, у них форс мажор, Лёша кого-то встречает, в аэропорту застрял. — это Женя сообщила Татьяне, пропуская на место рядом с собой. Нас с Серегой усадили ближе к камину. Я уселась на мягкий стул между ним и Людочкой. Проголодавшийся на свежем воздухе народ, непринужденно болтая между собой, наполнял тарелки. Сидевшая напротив сыроед Дуня мясо себе накладывала. Нехило так, с горочкой. Мне есть не хотелось совсем. Першение в горле сильно активизировалось. Украдкой посмотрела на время, выдержу от силы двадцать минут. Хоть бы Татьяна с изобличениями не затягивала. Может ее к этому как нибудь подтолкнуть?