Глава 33

У меня внутри родился маленький, бесшабашный вихрь. Где-то колокольчики зазвенели — серебряные. Боже ты мой, это я так смеюсь.

Оказывается приятность слов, зависит не только от значения сказанного, а еще от того, кто эти слова сказал. Вихрь закручивал мозги каруселью. Невероятное ощущение, как будто…. Не знаю как будто что. Но очень нравится.

Наверно нужно было выразить одобрение, сказать что-то такое… Я сказала.

— Пару дней назад я была не в твоем вкусе. Твой идеал нежный и мечтательный, это не ко мне. Советую присмотреться к Татусику.

Кто еще не умеет одобрение выражать? Научу! Вставайте в очередь.

— Насть, да не было никаких идеалов. Ты меня оглушила своим: «интим не предлагать», вот и ляпнул первое, что пришло на ум.

Я резко повернулась и ударилась носом о Сережкин нос. Несильно, но искры из глаз посыпались. Я сморщилась, а он… Подул на мой нос и поцеловал.

— Я буду рядом, ты привыкнешь и поверишь, — пошелестел Серегин шепот.

Чуть не брякнула: мне кажется, уже привыкла. И просто выпендриваюсь, а сама не против, чтобы ты рядом был.

Вовремя бегемотиха вмешалась. Со всей дури грохнула вилкой о фарфоровую тарелку. Внимание к себе привлекла.

— Ну и манеры у девушки! Никакого стеснения! — переставшая заваливаться со стула тетя, намекала на меня и ясно дала понять, что любовь с ее стороны по отношению ко мне закончилась. Из за моего морального облика. Она теперь вообще, Люду любит. Изо всех сил.

— Какой странный мужчина, что это он нес про говорящий кустик? — заискивающе улыбнулась Людочке, с которой совсем недавно конфликтовала.

Летусики прекратили кушать, навострили уши. Мы с Серегой пока не вмешивались, наблюдали за развитием.

— Прикидываешься? Как будто про экспериментальный орешник не знала. Путем селекции с говорящей сосной скрещивали. Реконструкция исторических событий, называется. — не моргнув глазом заявила Людочка и паузу взяла. Я прикусила губу. На всякий случай.

— Каких событий? — заерзала на стуле Ленусик. Татусик приоткрыла рот.

— Как каких? Тех событий, что-то связанное с орехами….. — Люда мнется, не успела придумать. — Сейчас Татьяна от мужика отвяжется, у нее спросите. Зашел на минутку, а сам все болтает и болтает. Не стыда не совести, человека от обеда оторвал.

— А зачем ее ждать? Я сама расскажу! — я отодвинулась от Сергея, глотнула сока и понесла… Не останавливаясь.

— Как известно многие великие писатели в свои произведения вкладывали некий шифр, намек на секретные сведения. Александр Сергеевич — наше всё, не исключение, — я еще раз глотнула сок, вскочила со стула и не переставая говорить, заходила туда — сюда по кухне. — Сказку о царе Салтане и сыне его князе Гвидоне, он написал ради одного единственного посыла к будущим поколениям. Сообщил об эксклюзивном орешнике. Помните:

«А орешки не простые, в них скорлупки золотые, ядра — чистый изумруд! Слуги белку стерегут»

Была проведена колоссальная работа, по выведению такого сорта ореха. Пять лет побеги с сосной скрещивали и фиговым деревом опыляли. Сорт так и назвали — Изумрудина. Как сорняк попер, пришлось выкорчевывать. Всего один кустик в оранжерее оставили. Чтобы золото не обесценились и макроэкономическая ситуация к чертям собачим не полетела в тар — тарары! Хотя если бы они молчали, хрен бы с ней, с этой ситуацией. Татьяна жаловалась спать не давали, то поют, то плачут. Иногда ругаются.

— Если бы только это, — возмущенно сказал Серега, поднялся, с грохотом отодвинул стул. И начал рядом со мной вышагивать, теперь мы маячили по кухне вдвоем, только я уже молчала, а он рассказывал. — К нам белки со всей области косяком пошли. Скорлупу разгрызать. Весь огород вытоптали! Правда, как в сказке было:

«И усеян двор большой, золотою скорлупой!» Эти гадины, изумруды в кучку складывали, а скорлупу во все стороны разбрасывали.

Рабочие выметать не успевали, падали от усталости. Такая текучка домашнего персонала была, как вспомню, так вздрогну!

— Мы маме сразу говорили, не оставляй ни одного, белки и один куст унюхают, на черта нам этот геморой. И точно унюхали. До тысячи штук вокруг оранжереи паслось.

— Это обычные паслись, — вмешалась я. — А белки — летяги, сверху кружили стаей.

— Да, — согласился Серега, — кружили. Хорошо хоть не гадили. Вчера мама наконец Семену куст сбагрила. Сам за ним пришел, его сосна прислала.

Тетка почему-то зеленеть и раздуваться стала…

— А кто такой Александр Сергеевич? — поинтересовалась Ленусик.

— Это который про Му-Му написал, — снисходительно хмыкнув пояснила Татусик. И игриво стрельнула в Серегу глазками. — Ну, которая под поезд бросилась, от несчастной любви.

— Нее могууу больше! Мне на воздух надо! — Люда застонала и пошатываясь направилась на выход из кухни.

Щаз! Тетка с неожиданной для ее туши прытью, подскочила со своего места, оттолкнула Люду и рванула вперед.

— Танька! Держи мужика! Отдай корзину, пусть вернет Изумрудину! — заревел бегемот.

Люда бросилась вдогонку.

— Семен! На выход! — крикнула в холле Татьяна. Потом хлопнула входная дверь и кто-то протяжно завыл. Явно не Татьяна и не Людочка.

— Вот дура! — Ленусик наконец-то доела рыбу, отодвинула в сторону тарелку. — Раскатала губищи, так мужик и отдал ей такой куст. Я тоже делиться не буду, пусть у Татьяны клянчит, как планировала. Сто пятьдесят миллионов тетка даст, а я… Татусик пихнула ее локтем. Кузина опомнилась и заткнулась.

Нет, шутки шутками, но от суммы на которую бегемотиха рассчитывала я обалдела.

— Настя, ты не прогуляешься с нами? — тон у Ленусика поменялся и вообще, я ей снова понравилась.

— С удовольствием. Только сначала вы со стола уберете и посуду помоете. Мы на стол накрывали, вам убирать. Включайтесь в процесс построения справедливых отношений.

В холле не прекращались возня и завывание. Было еще несколько выкриков, не очень разборчиво, я расслышала только два вопроса: Кто виноват? И что делать?

На вопросы вроде никто ответил. Они ж извечные.

Оставив Летусиков отбывать трудовую повинность мы с Сергеем пошли посмотреть, что там происходит.

— Цирк! — подумала проходя мимо гостиной. — Видела бы Терехина. Терехина! Она наверно с ума сходит. Я с ней еще вчера вечером должна была связаться! И не соизволила. Лизка наверняка мне обзвонилась, а у меня трубка на беззвучке. В спальне осталась.

— Настя, я надеюсь по поводу совместной прогулки со знатоками русской классической литературы, ты пошутила? — Сергей приобнял меня за талию. — С температурой нельзя на улицу. Не отпущу.

— Да ладно тебе, я потеплей оденусь, давай выйдем, подышим воздухом. Пройдемся до сосны и обратно.

— Не придумывай. Сосна никуда не убежит.

— Сереж, я даже замерзнуть не успею. А вернемся, я тебе расскажу про золотые и алмазные шишки. Их сегодня ночью, Летусики пойдут добывать.