Глава 2. Ночь без правил

К Лене я приехала уже полностью разбитой. Глаза опухли, тушь размазалась по щекам, волосы торчали в разные стороны. Как только она открыла дверь своей просторной квартиры, я буквально упала ей на грудь.

— Ленка… — всхлипнула я, уткнувшись носом в её мягкое плечо.

— Ох, мать твою… — тихо выругалась она и крепко обняла меня своими тёплыми, пышными руками. — Заходи давай.

Елена Вересова всегда выглядела так, будто сошла с картины Рубенса, только в современной дорогой версии. Высокая, статная, с роскошными формами — большая красивая грудь, широкие бёдра и мягкий, женственный живот, которым она совершенно не комплексовала. Светлые волосы собраны в небрежный, но элегантный пучок, а на губах — всегда идеальная помада. Даже дома в шёлковом халате она выглядела как королева.

Она усадила меня на кухне, налила большой бокал красного вина и села напротив, подперев щёку рукой.

— Ну, рассказывай, Алинка. Что этот мудак опять вытворил?

И я вывалила всё. Захлёбываясь, срываясь на крик и слёзы, я рассказала ей каждую деталь: про суши, про чёрное бельё, про стоны из спальни, про то, как Максим продолжал двигаться в этой Вике даже после того, как я вошла.

— Представляешь, Ленка?! — я ударила ладонью по столу. — Шесть дней до свадьбы! Я в этом чёртовом белье стою, а он её долбит и называет «малышка»! Тем же голосом, которым мне говорил, что я у него самая красивая на свете! Я чувствую себя такой… такой тряпкой!

Лена слушала молча, только её глаза становились всё жёстче. Когда я закончила, она тяжело вздохнула, отчего её пышная грудь колыхнулась под халатом.

— Сволочь мелкая, — процедила она. — Я всегда говорила, что у него глаза бегают, но чтобы настолько низко пасть… Даже для него это слишком.

— Мне так больно, Лен… — я снова начала плакать. — Я его любила. По-настоящему. А он меня просто использовал, пока ему было удобно.

Елена протянула руку и крепко сжала мою ладонь.

— Слушай меня внимательно, Алина. Сейчас ты имеешь полное право быть злой. Имеешь право быть плохой. Этот ублюдок предал тебя самым мерзким способом. И знаешь, что я тебе скажу?

Она наклонилась ближе, в её глазах блеснул озорной огонёк.

— Тебе нужно хорошенько расслабиться сегодня. Чтобы мозги вынесло, чтобы ноги дрожали, чтобы завтра ты проснулась и подумала: «А пошёл этот Максим нахуй со своей Викой».

Я чуть не поперхнулась вином.

— Ленка, ты серьёзно?

— Абсолютно. Поезжай в «Вельвет». Там сегодня нормальная атмосфера. Выпей, потанцуй, найди себе кого-нибудь горячего и пусть он тебя оттрахает так, чтобы ты забыла, как этого урода зовут.

Я молчала несколько секунд, переваривая её слова. Потом тихо спросила:

— Поедем вместе? Пожалуйста… Одна я боюсь, что не решусь.

Елена грустно улыбнулась и покачала головой.

— Я бы с огромным удовольствием, солнышко. Правда. Но у меня завтра в восемь утра важное совещание с поставщиками из Москвы. Если я поеду с тобой в клуб, то буду сидеть там с опухшим лицом и запахом перегара. А мне нужно держать марку успешной бизнес-леди, — она иронично провела руками по своей роскошной фигуре и усмехнулась. — Так что сегодня ты у нас большая и смелая девочка. Езжай одна.

— А если я сделаю какую-нибудь глупость? — тихо спросила я.

— Вот именно для этого и езжай, — твёрдо ответила Ленка. — Сделай глупость. Большую, горячую и очень приятную. Ты заслужила. Только пообещай мне одну вещь.

— Какую?

— Не сдерживайся. Хочешь целоваться — целуйся. Хочешь уехать с кем-то — уезжай. Сегодня ты имеешь полное право быть эгоисткой. Ради себя.

Я долго смотрела в свой бокал, потом медленно кивнула.

— Хорошо… Я поеду.

Елена улыбнулась.

— Вот это моя девочка. И завтра обязательно расскажешь всё в подробностях. Мы с Яной будем ждать отчёта.

Через сорок минут я уже стояла у входа в «Вельвет», чувствуя, как внутри меня смешались боль, алкоголь и отчаянное желание забыться.

Клуб располагался в старинном особняке в центре города. Снаружи скромно и дорого, без кричащих вывесок. Внутри же совсем другая история. Тёмное, роскошное пространство, пропитанное атмосферой запретного удовольствия. Стены обиты чёрным и бордовым бархатом, приглушённый красный и золотой свет, тяжёлый бас, который чувствуешь всем телом. Воздух был густым от запахов дорогого парфюма, алкоголя, пота и секса. На втором этаже виднелись VIP-ложи с тяжёлыми шторами, где люди почти не скрывали, чем занимаются.

Я сдала плащ в гардероб, оставшись в коротком чёрном платье, которое едва прикрывало верхнюю треть бёдер. Выпила два крепких коктейля подряд и вышла на главный танцпол.

Алкоголь уже разошёлся по крови. Я закрыла глаза и позволила музыке взять контроль.

Я танцевала яростно. Красиво.

Бёдра двигались резко и чувственно, я проводила руками по своему телу — от шеи вниз по груди, по талии, по бёдрам. Выгибалась, запрокидывала голову. Двигалась так, будто хотела кого-то наказать. Будто хотела сказать всему миру: «Смотрите, какая я. Смотрите, что вы потеряли».

Платье задралось ещё выше. Я не поправляла. Пусть смотрят. Пусть хотят. Сегодня мне было плевать на приличия.

Я чувствовала на себе десятки взглядов, но один из них буквально жёг кожу.

Я открыла глаза и сразу встретилась с ним взглядом.

Он стоял у VIP-зоны, облокотившись на бархатный барьер. Высокий, мощный, в чёрной рубашке с расстёгнутыми верхними пуговицами. Холодные серо-голубые глаза смотрели на меня так, будто он уже представлял, как снимает с меня это платье. Не улыбался. Просто смотрел — тяжело, хищно, уверенно.

Мурашки пробежали по спине.

Он оттолкнулся от барьера и медленно пошёл сквозь толпу прямо ко мне. Люди расступались перед ним сами.

Когда он остановился в полуметре, я почувствовала жар, исходящий от его тела.

— Ты здесь явно не для того, чтобы просто танцевать, — произнёс он низким, чуть хриплым голосом.

— А для чего же? — дерзко ответила я, поднимая подбородок.

Он наклонился ближе, почти касаясь губами моего уха:

— Для того, чтобы забыться и я могу тебе в этом очень хорошо помочь.

От его голоса у меня внутри всё сладко сжалось.

Я сделала шаг вперёд, почти прижимаясь к нему.

— Тогда не говори. Просто сделай.