Глава 11. Сломанные границы

Я больше не могла себя обманывать.

Прошёл почти месяц, и я окончательно потеряла контроль над собой. То, что начиналось как месть и безумная сделка, превратилось в нечто гораздо более опасное. Я начала нуждаться в Кирилле. В его руках, в его голосе, в том, как он смотрел на меня, будто я принадлежала ему целиком.

Сегодня он вернулся поздно. Я сидела на кухне в одной его чёрной рубашке, которая едва прикрывала бёдра, и пила красное вино, когда услышала звук открывающейся двери.

Кирилл вошёл в кухню, снял пиджак и сразу нашёл меня взглядом. Его серо-голубые глаза потемнели.

— Иди в спальню, — тихо приказал он. — Полностью разденься. Ляг на кровать и жди меня. Руки вверх.

От его тона у меня между ног мгновенно стало горячо и влажно.

Я послушно прошла в спальню, сняла рубашку и легла на огромную кровать. Сердце колотилось. Через пару минут вошёл Кирилл. В руках у него были два чёрных шёлковых галстука.

Он медленно привязал мои запястья к изголовью кровати, туго, но аккуратно. Потом наклонился и завязал мне глаза.

Темнота сделала всё в разы острее.

Я почувствовала, как матрас прогнулся под его весом. Кирилл медленно провёл пальцами по моему телу — от шеи вниз по груди, обводя соски, которые мгновенно затвердели, затем по животу и ниже, к уже мокрой киске.

— Ты уже течёшь, — тихо прорычал он. — Только от того, что я связал тебя.

Он наклонился и начал целовать мою грудь. Сначала нежно, потом всё жёстче — посасывая и покусывая соски. Я выгнулась, тихо постанывая. Его рука спустилась ниже, и два толстых пальца резко вошли в меня.

— Кирилл… — всхлипнула я.

— Сегодня я хочу услышать всё, что у тебя внутри, — прошептал он, медленно двигая пальцами. — Никаких стен. Никаких игр.

Он опустился ниже и заменил пальцы горячим языком. Его движения были мучительно медленными — он то обводил клитор, то глубоко входил языком внутрь, то сильно присасывался. Я дёргалась, натягивая верёвки, и громко стонала.

— Я больше не могу притворяться… — вырвалось у меня. — Это уже не просто месть… Я хочу тебя. Постоянно.

Кирилл резко вошёл в меня тремя пальцами и начал быстро и жёстко трахать ими, продолжая работать языком по клитору.

— Скажи это ещё раз, — потребовал он.

— Я не хочу уходить от тебя… — простонала я, чувствуя, как приближается оргазм. — Я боюсь, но я хочу остаться…

Он убрал пальцы и через секунду я почувствовала, как в меня медленно, очень медленно входит его толстый, горячий член. Он растягивал меня до предела, заполняя полностью.

— Тогда не уходи, — хрипло сказал он и начал двигаться.

Сначала медленно, глубоко, давая мне почувствовать каждый сантиметр. Потом всё быстрее и жёстче. Кровать скрипела, я громко кричала, натягивая верёвки на запястьях. Кирилл держал меня за бёдра, вбиваясь в меня мощными толчками.

— Ты моя, Алина, — рычал он. — Не на три месяца. Навсегда. Скажи это.

— Я твоя… — кричала я. — Я твоя, Кирилл! Только твоя!

Оргазм накрыл меня такой мощной волной, что я задрожала всем телом и почти потеряла сознание. Кирилл продолжал жёстко трахать меня через оргазм, пока сам не кончил глубоко внутри, рыча мне в шею и сильно сжимая бёдра.

Он долго не выходил из меня. Просто лежал сверху, тяжело дыша. Потом аккуратно развязал мне руки и снял повязку с глаз.

Я моргнула, привыкая к свету. Кирилл смотрел на меня очень серьёзно. В его взгляде было что-то новое — нежность, смешанная с желанием.

Он притянул меня к себе, укрыл одеялом и крепко обнял. Его большая тёплая ладонь гладила мою спину.

— Я тоже не хочу, чтобы ты уходила, — тихо признался он, целуя меня. — И это пугает даже меня.

Я спрятала лицо у него на груди и впервые за долгое время позволила себе не бояться. Не анализировать. Просто быть с ним.

В этот момент все границы, между нами, окончательно рухнули.

И я уже не была уверена, что хочу их восстанавливать.