Глава 48

Конечно, отдыхать — это прекрасно. Тем более, когда весь быт, всю организационную часть берёт на себя муж, и ты даже не догадываешься, что и сколько стоит. Я понимаю, к такому легко привыкнуть и это можно принять за заботу.

Первые три дня мы не выходили далеко из отеля. Только на море и к одному из бассейнов под тень пальм.

Антошка не умеет плавать. Никита взялся сам учить его в бассейне, а я с удовольствием наблюдала за ними из шезлонга в тени.

Море! Оно совсем другое здесь. Неспокойное, бурливое, тёплое. Говорят, что на некоторых пляжах острова есть какие-то сложные обратные течения, способные унести в море от берега и опытного пловца. Я пловец совсем неопытный. Я опасаюсь большой воды.

Но мне безумно нравится, просто сидя на берегу, ощущать море. Брызгами на лице, запахом, тёплым ветром, шелестом волн впитывать в себя чувство стихии. Мне кайфово быть рядом с морем. Я не рвусь покорять его.

Никита плывёт красиво, мощно, как профессиональный пловец. И когда он, нырнув, начинает с силой загребать подальше от берега равномерными бросками, моё сердце замирает от восторга и волнения.

Я бы попросила его не рисковать, но, замечая, насколько плавание доставляет мужу удовольствие, я смиряю своё желание и молчу. Только неотрывно слежу у края прибоя за его тёмной головой над волнами.

Сегодня Никита взял напрокат автомобиль и повёз нас на экскурсию в тропический парк Янода. Прекрасное место для мальчишек с множеством подвесных тропинок, свисающих лиан и зелени. Необхватные исполины полностью скрывают от жаркого солнца, а водопады позволяют освежиться в духоте тропиков.

Глядя на то, как радуется Антошка, и как ни на минуту не отходит от него Никита, я думаю о том, что, даже если у нас с мужем ничего не получится, но счастье общения с отцом я уже подарила своему сыну.

Хотя должно получиться! Мы стараемся.

Никита действительно хочет семью, и его волнует моё мнение. Он так старательно переспрашивает меня, и это трогает.

Никита вообще старается. Он прикасается ко мне при всяком удобном и не очень случае, обнимает, гладит, придерживает, заботится. Сейчас вот не разрешил, памятуя мою ловкость шастать по навесным лесенкам и дорожкам. Зато сам с Антошкой отрывается по полной.

После нашего утра в Пекине, когда я получила мощный взрыв только от поцелуя, от знаменательного поцелуя, здесь, на берегу чужого моря у нас случился ожидаемый ренессанс в близости. Не помню, чтобы я в юности получала столько удовольствия.

Наверное, повзрослела и созрела, наконец-то. Ага. Как настоявшееся вино…

Дни отдыха пролетели быстро.

И мы улетали в Москву.

Прямым рейсом. Десять с половиной часов в полёте. Обгоняя вращение земли.

Перед полётом Антошка так умаялся, развлекаясь в парке аттракционов, и настолько вымотал нас обоих, что первую половину полёта почти всю проспал. А мы с Никитой в это время, обнявшись под общим пледом, нежились и строили планы.

- Антону обязательно нужно до сентября походить с детский сад. Он должен начать учится взаимодействовать не только со взрослыми, но и с детьми. И ещё у него музыкальная школа, – говорила я негромко.

Никита поцеловал меня куда-то в волосы, придвинул к себе ближе и спросил:

- Зачем ему музыкалка?

- Нужна! – оживилась я, и заговорила, загораясь с каждым словом, — во-первых, занятия музыкой формируют у людей, особенно в детстве, новые нейронные связи, которые не заменишь ничем иным. Ведь музыка – это иной мир. Звуки окружают нас, и уметь их читать, разбираться в нотной грамоте – это круто.

Во-вторых, моторика. Смотри, Антон играет на скрипке двумя руками, одновременно совершая разные действия. Причём слажено и чётко.

Ну и… ты как-нибудь посмотри, как он занимается. Как ему это нравится, как он кайфует от музыки. Никит, он умудряется на своей скрипочке находить абсолютно чисто нужные ноты. А на скрипке нет клавиш – всё ищется на слух!

Никита выслушал мою эмоциональную речь и снова поцеловал меня. На этот раз куда-то в районе уха. Затем вдохнул запах моих волос и проговорил, сдаваясь:

- Был не прав. Надо так надо. Но и спорт…

- Как мы измучились с мамой в поисках спортивной секции в Железноводске. Чтобы не борьба и не атлетика… — перебила я мужа и продолжила с чувством, — Спорт нужен, и здесь придётся перебирать секции. Антон не знает, что ему нравится.

- Плавание, – негромко заметил Никита, и по голосу было понятно, что он улыбается.

- Плавание – это классно. – Согласилась я с мужем и, повернув к нему голову, проговорила прямо в близкие улыбающиеся губы, — представляешь, вырастет такой, как ты зеленоглазый и с фигурой пловца. Широкие плечи, узкие бёдра, мощные, но не перекаченные мышцы...

- Тебе не нравится моя фигура? – поднял бровь с наносном возмущением мой муж, сверкая лукавой зеленью глаз.

- Ты так хочешь от меня услышать? – прошептала я в ответ, обдавая горячим дыханием его соблазнительные губы.

- Очень! – выдохнул мне в ответ Никита и накрыл, наконец-то мой рот своими губами!

Как же мне нравится целоваться с Никитой! До потери ориентации в пространстве!

- Подожди, — с трудом оторвавшись от мужа, пробормотала я чуть хриплым голосом, поправляя отчего-то съехавший вверх худик, и заговорила, собирая мысли в кучку, — я к чему тебе про Антошкины увлечения. Как ты представляешь, мы все будем ездить из твоего дома каждое утро? И ребёнка таскать?

- Твоего дома, – уточнил Никита, расслабленно улыбаясь.

- Между прочим, тебе на работу тоже придётся ездить! – фыркнула и вновь устроилась с комфортом на плече мужа.

Уютная тишина свернулась пушистым котёнком между нами, успокаивая и даря чувство защищённости и покоя.

- Посмотрим квартиру у работы? – предложил Никита через некоторое время.

- Можно, – согласилась я.

- Давай сразу туда из Шереметьево? Там такой вид из окна! Тебе понравится, я точно знаю! – прижал меня теснее к своему боку муж и закопался лицом мне в макушку.

А я улыбнулась, лелея свою надежду на лучшее.