Эпилог

POV Никита.

Я не заслужил такого счастья. Знаю это наверняка.

Уже давно смирился с тем, что свое семейное счастье я профукал. Потерял, растрепал, не заметив, что теряю.

Когда Мирослава подала на развод, я был уверен, что она вернется. Ведь не может быть, чтобы безвозвратно пропало то чувство, что светилось ранее в ее глазах!

Она не вернулась, а я решил, что суррогат мне не нужен.

Обходился без привязанностей и зависимостей и считал это своей сильной стороной.

Как-то, еще в самом начале такого формата отношений, я нарвался на женщину, старше и опытнее меня. Мы поддерживали связь не долго. Меньше месяца. Она единственная, кто ушла сама, разрывая соглашение. И она мне тогда сказала, посоветовала, встретится с бывшей женой и все обсудить. Женщина была прямая и резкая. Так и заявила:

- Я не хочу быть третьей в вашей постели.

Я тогда ничего не понял.

Считал своей силой отсутствие привязанностей.

Глупый, глупый обиженный мальчик.

Зачем я помчался встречаться с бывшей женой в ресторан, как только услышал, что она рядом? Сам не знаю! Но неведомое чувство просто не позволило мне проигнорировать такой шанс.

Я ждал, что увижу обабившуюся провинциалку с кошёлкой, интересы которой крутятся вокруг борщей и был ошеломлен, какая красивая, открытая и искренняя стала моя Славка! Она вся светилась чистыми эмоциями, пробивая мой защитный панцирь.

И сбежала. Опять.

В тот же вечер я попросил Илью узнать все о Мирославе Крыловой. Все, что он может.

Дальше жизнь завертелась и не то, чтобы забыл – я не торопил своего начальника охраны.

Пока он не пришел с известием, что помощница моего секретаря по просьбе моей нынешней женщины удалила письмо, что пришло на мою почту. И показал мне это письмо.

Сказать, что я вспылил – просто промолчать. Мои сотрудники никогда не слышали, чтобы я так орал.

Помощницу уволил, с Лидией разорвал соглашение и рванул на Кавказ.

Зачем?

Убедится, что Мирослава врет?

Убедился. Не врет.

Я ехал с целью. Сделать тест и если, вдруг, подтвердится, что ребенок мой – через суд лишить Мирославу родительских прав на малыша.

Ехал и не желал слушать ничего, что мне пытался сказать Илья.

Убогий дом в лесу с покосившейся крышей, хлипкий забор и Мирослава у калитки снова с каким то хлыщем!

Чудо, что я сдержался и просто не отнял тогда Антошку! Что меня остановило? Взгляд бывшей жены? Она смотрела на меня, словно на чудовище. А Илья, записавший всю сцену, потом, показывая мне ее со стороны заметил:

- Не поломай все окончательно!

Идея притащить Славку в загс, растерянную и расторможенную появилась утром, когда Ольга Васильевна разрешила мне пройти в дом.

Сейчас, глядя на то, как спокойно и доверчиво Славка лежит на моем плече, я боюсь шелохнуться, чтобы не потревожить свою жену.

Она утверждает, что чувство вины можно обратить себе на пользу, вынося какой-то там урок. Я не верю. И боюсь.

Боюсь потерять это светлое чудо, что в глазах твоих влажных таится… Как пронзительно когда-то давно сказал испанский поэт.

Славка сегодня собралась с утра ехать на работу, и я уже договорился, кто из ребят Ильи будет возить ее на машине. Не тиран же я! Пусть работает, если ей это нравится. Но мой человек всегда будет неподалеку

Вчера Илья Сергеевич ошарашил новостью: он предлагает Ольге Васильевне пожениться, а та упорно отказывается, и просто смеется, считая это хорошей шуткой.

- Я не приветствовал твой кавалерийский наскок с вашей свадьбой, - с горечью в голосе признался он, продолжая, - но, похоже, с женщинами этой семьи просто нельзя по-иному!

В последнее время я работаю большей частью из дома, перераспределив обязанности среди помощников. Одно то, что теперь я не подписываю все документы – экономит мне много времени. Времени на мою семью! Чувство острого, яркого, как солнце счастье греет мое измотанное сердце улыбками моих любимых!

Не зарекайтесь, все в жизни непредсказуемо…

И не расставайтесь, любя!

Конец!