Глава 14

Вера

— Глеб? — смотрю неверяще на мужчину.

— Какая приятная встреча.

Он пробегается по мне быстрым, мужским, оценивающим взглядом. На грани, но не переходя ее.

— Что вы тут делаете? — выпаливаю, возможно, немного резко.

— Это мое здание, Вера, — отвечает мягко, без снисходительности или горделивости, как простое напоминание о том, что я могла позабыть.

— Да, конечно, простите, — тут же спохватываюсь. — Просто я удивлена, не ожидала вас увидеть тут. Ой, у вас пятно.

На рубашке Глеба расплывается огромное мокрое пятно, а в его руке я замечаю смятый стаканчик из кулера в коридоре.

— Это из-за меня, да? — спрашиваю с тревогой. — Прошу, извините…

— Вера, прекратите извиняться, — Глеб поднимает с пола телефон и снова разговаривает со мной мягко.

— Давайте я дам вам сухие салфетки? Они у меня в кабинете. — пытаюсь придумать, как исправить ситуацию.

Все-таки как-никак, а Глеб мой арендодатель. Мне очень нравится это место, и я не хотела бы попасть к владельцу в немилость, поэтому хоть так пытаюсь решить проблему.

— Не откажусь от парочки бумажных полотенец. Как-то несолидно заходить в таком виде в офисы компаний, которые арендуют помещение в моем здании.

— Конечно, — соглашаюсь и открываю кабинет.

Глеб проходит, тут же осматривается, а я оставляю дверь в коридор приоткрытой. Не знаю почему, но мне будто не по себе оставаться наедине с Глебом в закрытом помещении.

— У вас красиво, — констатирует Ветров, разглядывая убранство кабинета. — Но все слишком… белое.

— Соблюдаем стерильность, — пожимаю плечами. — Я работаю с препаратами, кровью пациентов, тут не до балдахина и подушек.

— Как все сложно.

— Присаживайтесь, — указываю на кресло около зеркала и ставлю рядом целый рулон бумажных полотенец.

Глеб стягивает с плеч пиджак и бросает его на спинку стула, поворачиваясь ко мне спиной.

Невольно я задерживаюсь взглядом на его спине. Сильной, крепкой. Очевидно, мужчина много времени проводит в спортзале, потому как результаты его труда видны невооруженным взглядом.

Быстро отворачиваюсь, чтобы не быть застигнутой врасплох, и Глеб как раз в это время оборачивается ко мне:

— Раз уж я попал к вам в кабинет, могу задать несколько вопросов?

Отрывает бумажное полотенце и параллельно принимается промокать пятно.

Я сажусь на свой рабочий стул и выдвигаюсь в центр кабинета, на расстояние, приемлемое для делового разговора.

— Конечно, спрашивайте.

— Когда проектировалось это здание, меня не было в стране, и я доверил управление своему заму, а когда вернулся, каркас уже был возведен. Я решил проверить проектную документацию и понял, что мои люди… как бы сказать, накосячили. Причем неслабо.

Глеб говорит, глядя мне в глаза, не отводя взгляда ни на секунду. На пятно, которое он промокает, даже не смотрит, и я ерзаю на стуле под этим внимательным взглядом.

— На безопасность здания это не влияет, но вот на систему вентиляции — увы. Нам поступают жалобы от некоторых арендаторов: у кого-то холодно зимой в помещениях, у кого-то плесень около окон. Есть ли у вас какие-то жалобы по поводу вентиляции? — дергает уголком губ, сдерживая улыбку. — Или по какому-либо другому вопросу. Я внимательно выслушаю вас.

Прочищаю горло и двигаю плечами, откидываюсь на спинку рабочего стула.

Я чувствую себя будто в колючем свитере, который раздражает кожу. Вроде тепло, но некомфортно от слишком пристального взгляда чужого мужчины.

Мысленно пытаюсь убедить себя в том, что Ветров просто смотрит на меня. Не пытается флиртовать, даже не говорит комплиментов. Возможно, это ощущение возникло из-за того, что я не привыкла быть так близко к чужому мужчине? Да еще и наедине с ним?

— Нет, у меня нет никаких жалоб. Даже наоборот, по сравнению с другими зданиями, где я арендовала помещение, ваше практически идеальное.

— Практически? — дергает бровью. — Но не идеальное?

— Лифт иногда ломается. Редко, но все же. Также администрация долго реагирует на какие-то бытовые запросы, например, замену лампочек в коридоре. Но к зданию же это не имеет отношения?

— К зданию, возможно, нет, но к имиджу строительной фирмы — да, — хмурится, серьезно всматриваясь в меня.

— Пожалуй, это все, — развожу руками. — У меня действительно нет больше негативных замечаний.

— Что ж, это радует. А с лифтами и администрацией я разберусь. Спасибо, Вера.

— Вам спасибо, — вежливо улыбаюсь.

Глеб поднимается и сминает в пальцах несколько влажных полотенец.

— Куда выбросить?

— Давайте я выброшу, — подхожу к нему и протягиваю руки, забирая бумагу.

Краем глаза замечаю черную тень в дверях моего светлого кабинета и резко оборачиваюсь.

На пороге стоит Миша.

Злой, взбешенный и ожидающий увидеть в моем кабинете кого угодно, но только не Ветрова.