23

Ответ на этот вопрос у меня был абсолютно нецензурный.

— Ничего не давать, пусть чай сидят, пьют, я сейчас подъеду, — произнесла я сдержанно и мягко, не собираясь пугать ещё и сотрудников. А у самой в душе поднялась такая бешеная буря, что хотелось растерзать Виктора пополам.

По пути на работу я успела позвонить Герману.

— И что он хочет — Произнёс тихо Одинцов.

— А я не знаю, что он хочет. Я позвонила узнать у вас ответ на этот вопрос.

— Я подозреваю, он просто пугает, потому что никакого отношения ваше агентство к разделу имущества не имеет. Оно вписано. То есть даже если придётся что-то делить, то все равно взаимозачётом окажется, что агентство будет у вас, и все. Так что, мне кажется, он просто треплет нервы. На основании этого можно спокойно вызвать полицию и выставить его, так сказать, с конвоем.

— Хорошо, я поняла. То есть мне не о чем беспокоиться?

— Конечно, не о чем. Какое он отношение имеет к вашему бизнесу? Это примерно то же самое, что вы сейчас приедете к нему в фирму и начнёте требовать документацию, но вы там не работаете. Супруге находящиеся в разводе никакого отношения в принципе не имеют к делам друг друга, до решения суда, с чего он решил, что он может что-то требовать?

— Ладно, я поняла, — выдохнула я, перестраиваясь в другой ряд.

— Так что если что-то будет какая-то накладка, спокойно набираем полицию, следом меня, я приеду и расскажу всем о правах и обязанностях. В любом случае, если переживаете, Александра, я как раз в получасе езды от вашего офиса.

— Нет, нет, не особо переживаю.

— Но помните, Саша, никакого рукоприкладства.

— Герман, — протянула я натянуто и усмехнулась. — Ну неужели вы считаете, что…

— Я не считаю, я знаю, — произнёс мягко Одинцов и хохотнул в трубку. —Женщины порой бывают очень агрессивны, так что постарайтесь без жертв и без крови. Понимаю, хочется, но давайте будем все-таки немножко цивилизованнее.

— Герман Васильевич... — Усмехнувшись, произнесла я, сворачивая с проспекта.

— Я, конечно, понимаю, что шутки не ваша прерогатива, но сейчас было очень даже смешно.

— Я старался, Александра.

— Спасибо, вы меня успокоили.

— Понимаю. звоните. В любом случае позвоните, как решится вся эта история. Но, подозреваю, это всего лишь акт для того, чтобы увидеться и что-то снова обсудить. Вы же не идёте на контакт.

— Да уи совершенно верно.

Я положила трубку и, посмотрев на время, поняла, что безбожно опаздываю, простояв в пробке на трассе и плюсом перебираясь, как черепаха, из-за разговора с Германом. Но все-таки я доехала до офиса, увидела несколько припаркованных машин, одна из них была принадлежала Виктору.

Я проходя мимо вредно ударила ногой по колесу, так, что сигналка сработала, и успев дойти до крыльца, увидела по ту сторону стеклянной двери появившегося Виктора.

— Ах, вот значит, как, — произнёс он, распахивая руки и желая заключить меня в объятия, но я толкнула его в плечо и произнесла:

— Никаких здесь сопливых нежностей, ты зачем приехал? Хочешь что-то обсудить — вперёд, в переговорную. — Отрапортовала я и, не обращая на него внимания, двинулась к офису.

Когда я оказалась внутри, глаза у моих ребят были шесть на девять, каждый сидел за своим столом и создавал имитацию бурной деятельности. Ко мне подбежал старший менеджер, и я уточнила:

— Полицию не вызывали?

— Нет вас ждали.

— Хорошо, если что, надо будет вызвать.

— Только скажите, когда, — быстро проговорила Настя и я кивнула, сама зашла в переговорную, посмотрела на нескольких мужчин, один из них был без пиджака, и, уперев руки в стол, уточнила:

— На основании чего у нас сегодня произошла встреча?

Виктор зашёл после меня в переговорную. И сел на ближайшее ко мне свободное кресло.

— На основании того, что все у нас очень красиво прописано в исковом на раздел имущества. Только вот почему-то ни твоего капитала, ни оборота не указано. И нам показалось, что стоит уточнить эти моменты.

Я обвела взглядом всех присутствующих и, сделав шаг назад, опустилась в кресло, положила ногу на ногу, а пальцы сцепив в замок, опустила на колено.

— Для начала позвольте уточнить с кем имею дело?

Мужик без пиджака растерялся, но все-таки заметил.

— Главный бухгалтер.

— Я так понимаю, в компании моего мужа? — По отведённым глазам я поняла, что он попала в точку. И, переведя взгляд на Виктора, уточнила— А куда делась моя подружка? А или ты не захотел её брать, чтобы не создавать конфликт интересов? — усмехнувшись, произнесла я. — Что ж, господа, я не считаю необходимым что-либо вам объяснять и как-либо доказывать свою состоятельность. Все, что можно разделить, было описано в исковом, поэтому ваше появление здесь полностью лишено смысла. Прошу освободить переговорную, в противном случае органы правопорядка сделают это за вас.

В стане врага произошло шевеление.

Виктор хмыкнул, вскинул руку и щёлкнул пальцами:

— Выйдите.

Самое интересное, в долгих браках люди неосознанно и даже немного странно начинают копировать друг друга. Виктор копировал меня сейчас. И, оставшись наедине, я не преминула заметить:

— Решил хоть где-то покомандовать?

— Саша, это абсурд.

Он подался вперёд, положил руки на стол и тяжело вздохнул.

— Это абсурд. Все, что ты делаешь, лишено какого-либо смысла. Саш, давай поступим, как взрослые люди. Ну что тебе стоит вот оступился, накосячил, накосипорил прям вообще, как, не знаю кто. Да я ж все для тебя, вот все, что хочешь проси, все, что угодно сделаю. Звезду, звезду твоим именем назову, я уже узнавал. Так можно сделать.

Я откинулась на спинку кресла и тяжело вздохнула.

— Виктор, а давай ты для начала если уж такой щедрый на обещания решишь как-то вопрос со своей любовницей или ты мне предлагаешь сейчас закрыть глаза на её беременность и все в этом духе?

Поморщился.

— Я не собираюсь с тобой разговаривать и что-либо обсуждать.

— Выход ты знаешь где.

Я медленно встала и прошла к двери, но в следующий момент тяжёлая ладонь хлопнула по стеклу, которое было по центру полотна, и горячее дыхание обожгло мою шею.

— Не смей со мной так поступать, — произнёс, хрипя, Виктор. Резко развернул меня, придавливая своим телом к стене. — Не смей никогда со мной так поступать.

Я тебе не мальчик на побегушках. Я взрослый состоявшийся мужик, статусный мужик, я себе капец как на горло наступаю, чтобы сейчас появиться перед тобой. А ты не ценишь.

— Пусти, — глядя в пустоту, размытым взглядом, произнесла я, — немедленно отпусти.

Виктор тряхнул меня, расталкивая своим коленом мои ноги.

Я отвернула лицо.

— Я смотрел на твои выкрутасы, я снисходительно отнёсся и к твоему выпаду по поводу какого-то там немца. И к твоему выпаду по поводу фотки в соцсетях.

Спасибо за этот год, любимый... Кого ты там благодарить решила? Только не пытайся мне сейчас сказать, будто бы у тебя кто-то этот год был, я тебя знаю!

Я дышала через раз.

Сквозь стиснутые зубы.

— Так что, Саша, я несколько раз не повторяю. Не смей со мной так поступать. Я себе яйца прищемляю тем, что извиняюсь перед тобой.

— Пусти немедленно! —хрипло выдохнула я, ощущая, как дрожь по всему телу расползлась, а под ложечкой противно засосало.

Внизу живота свился клубок змей.

Я зажмурила глаза сильнее, чтобы отогнать липкое, неприятное чувство того, что я беспомощна рядом с мужчиной, вдвое тяжелее меня и однозначно раза в три сильнее.

— Пусти, — шепотом.

— Нет — в противовес мне, заметил Виктор и снова сдавил пальцы на моих плечах, так что я чуть не взвыла. — Ты моя жена, была, есть и останешься ею.

Я приказала самой себе взять себя в руки.

И все также, не глядя на Виктора, произнесла:

— До момента твоего позора осталось всего лишь три акта...

— Что? — растерянно произнёс Виктор, а я этим самым и воспользовалась.

Что было сил дёрнула ногой, стараясь зарядить как можно больнее мужу в пах.

В конце концов, он же теперь со мной не спит так зачем ему там что-то работающее?

Нет уж, пусть будет омлет всмятку.

— Саша! — заревел Виктор, сгибаясь пополам.