Глава 15

Калеб

Когда дело касается поглощения шоколада, моей сестре Кэрри нет равных. Она правда может съесть пару плиток и ее не вырвет. А если все совсем критично – например, как в этой ситуации, – когда на ее тарелке лежит добротный кусок шоколадного торта, политый карамелью, она не может остановиться. Диалог, которого я ждал, превратился в монолог. Ровно до того момента, пока она не прикончила весь кусок.

– Ну так объясни мне, идиот, зачем ты трахнул эту девчонку?

– Потому что идиот, – ответил я, опуская лицо в руки.

Мы сидели в лучшей кондитерской студенческого городка и уплетали сладости. Я – за компанию, а Кэрри… просто потому что может. Она вернулась домой пару месяцев назад и мы сразу начали общаться. Ощущение было такое, словно мы никогда и не расставались. И она позволяла себе дерзить мне и даже помыкать мной, когда хотела того. И сейчас она соглашалась с тем, что я идиот.

– Это точно. Ты Рону уже сказал?

– Нет.

– Ты ведь знаешь, что это нарушение кодекса мужской дружбы?

– Да брось, никакого кодекса не существует. Но Рон просил меня этого не делать, так что какой-то все-таки, наверное, существует.

– Ага, между вами двумя, – отозвалась Кэрри. – И что дальше, большой брат?

– Хрен его знает. Ты мне скажи.

– Я? – искренне удивилась Кэрри.

– Да. Ну, ты ж девушка. Вот и скажи мне: чего от меня ожидает Джемма?

– Учитывая то, что она призналась в своих чувствах, полагаю, взаимности.

Кэрри пожала плечами и посмотрела на меня как на несмышленыша через свои вычурные очки с синими стеклами.

– Я не могу ответить ей тем же. – Я решил прояснить, видя недоумение на лице сестры. – Она нравится мне, но словом «любовь» я не бросаюсь.

– Понимаю. Что ты сделал после ее признания?

– Кэрри, она ж не первый раз признавалась мне в…

– Что? Ты. Сделал? – перебила она.

– Эммм, поцеловал ее.

–Что-то ты как-то не очень уверен. Что еще было?

– Я сказал, что ей пора идти в свою комнату.

– Ох, твою мать, – выругалась Кэрри, закатив глаза.

– Что?

– Ты по-крупному облажался, братец. Если не можешь ответить девушке взаимностью, но и терять ее не хочешь, то должен был успокоить ее, задобрить, насмешить в конце концов. Но никогда и ни при каких обстоятельствах не отпускай ее, когда она в таком морально нестабильном состоянии.

– Черт!

– Ага. Черт. Ну ты и придурок, Калеб. Ты же уже взрослый, у тебя было столько девушек, а ты таких элементарных вещей не знаешь.

– Речь никогда не шла о чувствах.

– Ты был ее первым?

Я поперхнулся кофе.

– Нет. С чего ты взяла?

– Ну, такая молоденькая девушка и так сразу призналась в любви, вот я и подумала…

– Я ж тебе сказал: она призналась во второй раз.

– И давно был первый?

– Достаточно давно.

– Господи, ты знал об этом, не любишь ее и все равно позволил себе трахнуть эту девочку?

– Да… – сдавленно произнес я. – По какой-то странной причине я не могу держаться от нее подальше.

– То есть ты тоже что-то к ней испытываешь?

– Не знаю, – простонал я, снова зарываясь лицом в ладони. Я запутался, Кэр. Я всегда воспринимал ее просто как младшую сестренку Рона. а потом в какой-то момент – бам! – и она уже не маленькая девочка, а красавица, на которую встает член у каждого парня. И мне хочется выколоть им глаза, чтобы они не смотрели на нее.

Я чувствовал, как нарастает мой гнев по мере того, как я рассказывал сестре о своих чувствах к Джемме. То, как сильно я ревновал ее к каждому парню, который проявлял к ней хоть малейшее внимание, говорило о наличии каких-то чувств. Теперь мне предстояло выяснить, каких именно.

– Ты виделся с ней сегодня? – спросила Кэрри.

– Нет.

– В каком смысле – нет? Вы же ночевали в одном доме.

– Ночевали. Но я рано уехал.

– Почему?

– Чтобы увидеться с тобой, балда.

– И даже не зашел к Джемме, чтобы сказать ей об этом?

– Нет. – Мой голос становился все тише по мере того, как я осознавал свою глупость.

– Написал ей? Позвонил?

– Нет, – практически шепотом произнес я. – Блять.

– Ага, прямо в яблочко.

– Что будешь делать?

– Наверное, вернусь к ним домой и поговорю с ней.

– Хорошая мысль. Беги, любовник. Или герой-неудачник подходит больше? – рассмеялась моя сестра.

– Иди к черту, – рявкнул я, вскакивая со стула.

– Ты забыл оплатить счет! –услышал я в спину.

Пока я заводил мотор своей машины, мне на телефон пришло сообщение от Кэрри:

«Эй, говнюк, ты мой должник»

Я улыбнулся тому, как беззлобно выглядело даже самое злобное сообщение от моей сестры. Я мысленно поставил себе задачу сводить ее в хороший ресторан на обед, чтобы компенсировать мое не-джентльменское поведение сегодня.

Как только достиг дома Морисов, я быстро заглушил мотор и выскочил из машины. Стараясь придать себе беззаботный вид, я постучал в дверь. На самом деле все внутренности подрагивали от нервов, но я пытался не выдать себя. Шестое чувство подсказывало мне, что Рон пока не готов услышать о том, что я трахнул его младшую сестренку.

Дверь распахнулась и на пороге показался мой друг. Озадаченное выражение лица, которым он меня встретил, почему-то совсем мне не понравилось.

– Я думал, ты уже уехал, – произнес он, впуская меня. Я тут же начал осматриваться, как будто впервые попал в этот дом.

– А… я встречался с Кэрри утром. А где все?

Рон закрыл дверь и пошел в кухню, безмолвно приглашая следовать за ним. Мы вошли в пустую кухню, где на столе стояла одна чашка с кофе.

– Тебе налить кофе? – спросил мой друг, уже доставая чашку из шкафчика.

– Да, спасибо. А где традиционный завтрак выходного дня в доме Морисов? – посмеиваясь, спросил я. Нервозность нарастала. Что-то было не так.

– Ты голоден?

– Нет, я поел с Кэрри. Просто странно слышать тишину в субботу в вашем доме в одиннадцать утра.

– Мы уже позавтракали.

– Так рано? У вас завтрак всегда чуть ли не до полудня длится.

Рон поставил передо мной чашку и сахар, и посмотрел на меня, слегка прищурившись. Я сделал вид, что просто любопытствую и ничего особенного в моем допросе нету. Не найдя подтверждения своим подозрениям, Рон сделал глоток своего кофе и вернул чашку на стол.

– Сегодня утром уехала Джемма. – Я дернул рукой от неожиданности и просыпал немного сахара на стол. Когда я взял салфетку, чтобы смахнуть его, Рон отправил мне контрольный в голову. И в сердце заодно. – С Алексом.

– Какого?..

– Я не знаю, как так получилось. Но в десять у нашего порога был мотоцикл с этим панком, а в начале одиннадцатого мы с родителями уже смотрели, как на дороге исчезают задние огни этой машины смерти.

– Как она объяснила свой отъезд? И куда поехала?

Даже я заметил в своем голосе нотки паники. Но Рон продолжал смотреть как я с особой тщательностью натираю гранитную столешницу, продолжая рассказ.

– Утром Джемма спустилась к завтраку. Поспрашивала, где ты и почему не завтракаешь с нами. Я сказал, что у тебя ранняя встреча и ты уехал. Она, как мне показалось, задумалась о чем-то, но, в принципе, вела себя как обычно. Через полчаса Джемма поднялась к себе под предлогом, что ей нужно позвонить. А уже в десять здесь был Алекс.

– Мне нужно идти, – задумчиво пробормотал я.

– Какого хера происходит, Калеб? – жестко спросил Рон, внимательно глядя на меня.

– Ты о чем?

– О Джемме. – Рон встал вместе со мной и теперь стоял практически нос к носу со мной, впиваясь взглядом.

– А что с ней? – Я небрежно пожал плечами, чувствуя как горит моя задница, которую вот-вот могли надрать.

– Она уехала из-за тебя?

– Вряд ли. Думаю, она помирилась с Алексом, вот и уехала. Наверное, в общежитие. Ты ей не звонил?

– Звонил. Голосовая почта. Думаешь, у нее с ним серьезно?

– Не знаю, чувак. Не хотелось бы. Он ей не подходит.

– Согласен.

Рон заметно расслабился, купившись на мои предположения. Я пытался унять грохочущее сердце и трясущиеся руки, чтобы не показывать другу своего волнения.

– Ладно, поеду. – сказал я до странного спокойным голосом. – Нужно вернуться к Кэрри, потому что я, кажется, забыл у нее свой бумажник.

– Ну, давай, мужик. Встретимся в понедельник на работе.

– Хороших выходных, дружище, – сказал я и похлопал друга по плечу.

Рон ответил взаимностью и закрыл за мной дверь.

Иди спокойно.

Садись в машину спокойно.

Улыбнись и помаши другу, отъезжая.

Выезжай спокойно.

А теперь гони до самого общежития!

Каждое из убеждений, которое я себе мысленно повторял, раздражало все сильнее. Я не мог отъезжать спокойно, когда Джемма снова сидит на байке Алекса. Когда я представлял себе, что она занимается сексом с этим придурком, моя кровь закипала. Она ведь накануне сказала, что моя. А при первой сложности сдалась и вернулась в объятия бывшего парня.

– Черт! – крикнул я, ударяя по рулю.

Старушка, переходившая дорогу перед моей машиной, слегка отшатнулась и ускорила шаг. Я попытался натянуть улыбку, чтобы подбодрить бедную испуганную женщину, но, вероятно, моя улыбка была похожа на оскал, потому что ее палка, на которую женщина опиралась, застучала по асфальту в ускоренном ритме, а женщина как будто обрела вторую молодость. Она так быстро перешла дорогу, что я даже поблагодарил свою несдержанность – мне не пришлось тратить на пешеходном переходе еще несколько лишних минут. Помахав настороженно смотрящей на меня женщине, я сорвался с места и продолжил свой путь.

На кампусе было тихо. Так бывает всегда утром выходного дня, когда студенты отсыпаются после предыдущей бурной ночки. Я вышел из припаркованной на дальнем месте парковки машины и побежал к общежитию, в котором поселилась Джемма. Откуда я знал? Как бы ни отрицал очевидное влечение к девушке, я разведывал все о ней у Рона. Поднимаясь по ступенькам и проходя мимо очередной вывески «Лифт не работает», которую встречал на каждом этаже, я чувствовал себя стариком. Мужчиной, который вторгся в жизнь молодой девушки и мешает ей развлекаться на полную катушку. Но после прошлой ночи я просто не мог найти в себе силы отказаться от нее.

Комната 515В на женском этаже была выкрашена в ярко-зеленый. На двери висела табличка «Не влезай – убьет» и рисунок смерти с косой. Под этим висела еще одна нарисованная от руки табличка: «Одноразовый перепих за соседней дверью». Под надписью был жирно наведенная стрелка, указывающая вправо. Я прогнулся назад и посмотрел на соседнюю дверь, на которой огромными буквами было написано: «Веселись, пока молод!»

Я покачал головой и вернул взгляд на дверь Джеммы. Поблагодарив всех богов в истории за то, что Джемма жила сама в комнате, я негромко постучал. Ответа не последовало. Я приложил ухо к двери и прислушался. Клянусь, если бы услышал хоть малейший шорох, разнес бы дверь к чертям. Но за дверью была тишина. Неужели она поехала к Алексу? – пронеслось у меня в голове и я снова достал телефон из кармана, чтобы в сотый раз набрать номер Джеммы. Я, как и прежде, был отправлен на голосовую почту.

– Черт! –негромко выругался я и прислонился лбом к двери девушки, сжав телефон в руке. – Где же ты, детка? – спросил я у покрашенного дерева, прикрыв глаза.

– За твоей спиной, – раздался спокойный голос за спиной.

Я резко обернулся и увидел Джемму. Она стояла передо мной, сжимая на груди полотенце, которым было обмотано ее тело. С мокрых волос капала вода. Она была невероятно красивой. Ее глаза были ярче, кожа – нежнее, а губы более розовыми. Я думал только о том, стал ли я причиной того, что ее глаза горят ярче обычного? Или она успела что-то с Алексом?..

– Почему ты в коридоре с полотенцем?

– У меня забился душ.

– Почему не позвонила мне, чтобы я помог это исправить?

Джемма, не отводя взгляда, пожала плечами. Просто вот так вот легонько дернула обнаженными плечиками, по которым стекала одинокая капля воды.

Я подскочил к девушке и, схватив одной рукой за затылок, а второй вцепившись в талию, притянул к себе и встретился с ее нежными губами. Я сминал ее губы, крал ее дыхание и исследовал ее рот языком, пытаясь уловить там чужой вкус или запах. От одной мысли о том, что у нее во рту мог побывать язык другого мужчины, превращал меня в зверя.

Джемма не сопротивлялась. Напротив, она приветствовала мою агрессию и напор. Свободной рукой девушка схватила меня за футболку на талии и тянула на себя, как будто была недостаточно близко ко мне. Ее горячий язык повторял движения моего, отчаянно пытаясь завладеть моей душой.

После нескольких минут неистовых поцелуев, Джемма, не отрываясь начала толкать меня в сторону своей комнаты. Как только я уперся в дверь спиной, она ввела код на панели рядом с дверью и буквально втолкнула меня вовнутрь.

Как только мы оказались в комнате, я захлопнул дверь. Оторвавшись от губ Джеммы, я прижался своим лбом к ее. Тяжело дыша, мы смотрели в глаза друг другу, выискивая непонятно что.

– Ты моя. – Мой грубый голос прорезал тишину комнаты.

– Я твоя, – отозвалась Джемма шепотом.

– Ты сегодня была с Алексом? – спросил я.

– Он просто подвез меня, – так же шепотом ответила она.

Я взял в руки ее щеки, а Джемма обернула свои тонкие пальчики вокруг моих напряженных предплечий. Как только мои губы коснулись ее, снова вернулась агрессия. Моя потребность в этой девушке росла с каждой секундой. Она держала в своих нежных руках мою волю и выдержку. Никогда еще я не ревновал с такой силой. Я резко схватил Джемму за руки и, развернув к двери лицом, поставил ее ладони на крашеное дерево. Джемма не сопротивлялась, напротив. Она выгнула спину, выпятив попку. полотенце едва скрывало ее нежные изгибы. Это подливало масла в и без того уже бушующий огонь. Девушка лукаво улыбнулась через плечо и я окончательно попрощался с терпением.