Глава 23

Юля

Что я делаю? Зачем? Сознание подчиняется последним, ведь тело уже принадлежит сероглазому тирану. Его слова доходят будто издалека, прорываясь через толстую стену, сотканную из сладкой и мягкой ваты. Приятно, дико приятно. Волков устраивается чуть сбоку, продолжая массировать меня изнутри. Он словно ищет что-то, то и дело сгибая пальцы, меняя угол давления и вызывая во мне весьма противоречивые ощущения. И вдруг находит… что-то такое, о чем не знаю сама.

Маленькая точка, при прикосновении к которой все тело простреливает дикое и необузданное, острое удовольствие.

— Вот оно, — шепчет мой мучитель, — я нашел нужную точку.

— О чем вы… — мой язык заплетается.

Но вместо ответа он с силой сжал мой сосок, второй рукой настраивая средний темп, от которого внутри меня все почти взрывается. Перед глазами все плывет от этой яркости ощущений. Никогда подобного не… ааах! Резкое давление на нужную точку накрывает с головой. Кажется, что приятнее уже быть не может, как новая порция толчков внутри усиливает удовольствие. Оно становится более глубоким, проникающим под кожу, в самую суть меня. Мое тело теперь — продолжение руки Волкова.

Бесстыдно верчу бедрами, буквально умоляя продолжить, ускориться. Но мой тиран не реагирует, продолжая методично и жестко, но при этом постепенно усиливать мои ощущения. Он вновь поочередно облизывает мои соски и ощущения стремительным потоком несутся к низу живота. Кабинет наполняют неприличные вязкие звуки и мои крики. Не узнаю себя, ведь еще недавно была готова сбежать от своего мучителя. А теперь лежу, распластанная на его столе и раздвинутыми ногами и буквально умоляю его… что? Дать мне кончить? Но эти чувства совсем другие!

И словно ответ на мой незаданный вопрос, все тело взрывается. Резко, настолько ярко, что я почти теряю сознание. Огненная волна наполняет каждую часть тела, даже кончики пальцев подрагивают и горят. А внизу становится холодно. Что этот мужчина сделал со мной? Все бедра покрыты жидкостью, а пальцы Волкова продолжают добивать меня, активно массируя клитор. И вдруг эта волна накатывает снова. И новая порция влаги буквально вырывается, полностью заливая стол, пол и брюки властного тирана.

— Молодец, — он одобрительно выдыхает и показывает свои мокрые руки, — я сразу понял, что ты сможешь это сделать.

— Ч-что?

— Сквирт. Эта жидкость, — он вновь показывает мне мокрую руку, — результат струйного оргазма. Не всегда просто его достичь, но твоя чувствительность навела меня на мысль, что смогу помочь тебе испытать это. И вот, я оказался прав.

Голос Волкова такой низкий, обволакивающий, бархатный. С трудом понимаю слова. Приподнимаюсь на локтях и затуманенным взглядом осматриваю мужчину. Его светлые брюки все мокрые. Это я сделала? Начинаю понимать и мгновенно покрываюсь румянцем. Какой стыд! Блин! Отворачиваюсь. Снова испортила его одежду. Оглядываюсь и в шоке хватаюсь за голову. Залила этим все вокруг.

— Юля, — Волков разворачивает меня, заставляя смотреть на него, — не стесняйся. Это прекрасно.

Затем целует меня, да так, что вновь забываю обо всем. Это очень сладкая пытка. Никогда в жизни не чувствовала себя такой раскрытой перед мужчиной. До меня доносится звук расстегивающихся брюк и спустя миг тиран входит в меня.

— Боже! — срывается с губ, потому что внутри все слишком чувствительное.

— Зато как легко вошел, — он целует меня в щеку и делает толчок, — в тебе так хорошо, девочка.

Все мысли испаряются, стыд мгновенно пропадает, стоит моему сероглазому мучителю начать двигаться быстрее. С каждым движением его член проникает глубже, раздвигая стенки моего влагалища. Закусываю губу, опираюсь на локти, глядя на то, как большой и толстый орган скрывается между моих худых бедер. От мыслей, что я сейчас полностью в руках своего мужчины, все внутри сжимается, усиливая трение. Сажусь ровно. Волков вопросительно выгибает бровь. Тянусь к его футболке, желая коснуться твердых мышц. С трудом избавляю его от одежды, судорожно хватаясь пальчиками за дорогую ткань.

Какой же он… ах! Толчки возобновляются, становясь настойчивее и требовательнее. Пальцами гуляю по идеальному телу мужчины, с трудом осознавая, что такой, как Волков, вообще обратил на меня внимание.

— Прекращай размышлять, — рычит он, двигаясь еще быстрее, — расслабься.

— Даа! — стыд окончательно исчезает, позволяя мне отдаться возбуждению.

Мужчина вдруг резко выходит и стаскивает меня со стола, разворачивая спиной и укладывая животом и грудью на стол. Подхватывает левую ногу, открывая все самое сокровенное и толкается снова. Ощущения становятся ярче, а после того как мой тиран начинает массировать клитор, я вообще теряюсь в них. Рукой случайно сбиваю остывшую кружку с кофе и сахар. Совершенно забываю о том, что так боялась этого мужчины. Чувствовать сероглазого тирана внутри так естественно. Попкой слегка подмахиваю ему, демонстрируя, насколько мне хорошо.

— Ты моя, Юля, — рычит он, ускоряясь и увеличиваясь внутри меня.

— Да, твоя! — стон переход в крик.

— Назови меня по имени, — не просит, а требует.

— Ммм, — мычу что-то нечленораздельное, но вдруг Волков останавливается.

Ерзаю, пытаясь продлить сладость ощущений.

— Назови меня по имени, — вновь требует этот монстр.

Но как я могу… он же старше и…

— Влад, — губы уже не подчиняются сознанию, они полностью во власти мужчины.

— Вот так, умница, — он резко толкается, затем начинает двигаться еще активнее, чем до этого.

С губ моего мужчины срывается стон, а я выкрикиваю его имя, понимая, что снова готова кончить.

— Влад! Прошу… — выдыхаю и меня вновь разрывает яркий оргазм, а мужчина делает два глубоких толчка и внутри меня становится горячо и вязко.

Упс! Но мозги совершенно не работают. Я должна сказать ему… должна… но лишь прижимаюсь вспотевшим телом к крепкому торсу властного тирана. Он обнимает меня, затем выскальзывает, продолжая ласкать мою грудь. Внутри не остается ничего, глаза закрываются. Висну на нем, не в силах держаться на ногах. Волков подхватывает меня на руки и сажает в свое рабочее кресло. Рвано дышу, пытаясь прийти в себя. Как же я скучала. Два дня показались вечностью.

— Мне нужно с тобой поговорить, — он тоже измотан, — но сначала сходи в душ, я пока приберусь здесь. Видимо, сегодня без кофе.

— Простите, — лепечу, возвращаясь в сознание и понимая, что отдала себя тому, кто в итоге не принесет ничего, кроме боли.

Но я люблю. Пусть он растопчет, уничтожит эту любовь. Мне приятно ощущать такую крепкую привязанность. Волков нагибается и нежно целует меня в губы. Впускаю его в свой рот, позволяя языку исследовать себя. Он вкусный. Чувствую неповторимый аромат мужчины, сплетенный с запахами наших выделений. Но это кажется естественным.

— Отдохни, — улыбнулся он, — я пока схожу…

Биип! Его телефон начинает ерзать по столу, на котором мы только что предавались плотским утехам. Мужчина переводит взгляд с меня на устройство. Не бери! Умоляюще гляжу на сероглазого тирана. Кажется, что, если он ответит, между нами разорвется тонкая связь, только начавшая укрепляться после акта любви. Хотя допускаю, что это — часть коварного плана, чтобы я не сбежала. Но Волков вздыхает и отвечает. Не знаю почему, на глаза наворачиваются слезы. Слышу женский голос в трубке.

Ну конечно! Мужчина с улыбкой что-то отвечает на английском, затем тянется к портсигару. Ага, оприходовал меня, теперь можно поработать и поболтать с очередной любовницей. Обидно. До чертиков неприятно. Чтоб тебя, Волков! Со злостью, резкими движениями расправляю платье. Давлю слезы и гневно смотрю на мужчину. Затем срываюсь с места и бегу прочь. Никогда мне его не получить. Всегда будут всякие Регины, с жадностью забирающие часть внимания моего тирана. Не хочу!

— Юля! — голос мужчины звучит взволнованно, но я закрываю уши руками.

Бегу прочь из особняка в надежде затеряться в огромном саду. Перехожу на шаг, чувствуя, как вниз по бедрам стекает семя Волкова. Я так и не сказала ему, что нам пока нельзя заниматься любовью без защиты. Да какая любовь? Вышвыриваю из головы все мысли и слова Лёльки. Не светит мне. Бреду к загону Честера, как вдруг справа, почти рядом с забором слышу крики. Подхожу ближе.

— И что?! Сколько мне еще ждать?! — голос служанки Кати звучит очень обиженным.

— Пока не знаю, Кать. Но мы не можем пока…

— Ты всегда так говоришь! А потом катаешься с ним по миру, наверняка не соблюдая обет верности! — зло кричит девушка.

— Я никогда тебе не изменял, — Макс явно расстроен.

Что между ними произошло? Управляющая говорила, что они вместе, но я не думала, что все так серьезно. Мне становится безгранично жаль Катерину, ведь внутри меня тоже клокочет обида. Волков не пошел за мной, а значит, ему плевать, с кем спать. Небось уже договаривается о встрече со своей Региной.

— Я устала, Макс, — говорит служанка, — пока ты не решишь все с Волковым, не подходи ко мне.

— Катя…

— Не трогай! — кричит она, а я еще сильнее вжимаюсь в ближайший куст.

Спустя миг Макс вылетает из беседки и идет прочь, а внутри раздается громкий плач. Я выхожу и иду туда. Катя сидит и рыдает, вытирая слезы подолом своей формы. Сажусь рядом и молчу.

— Сочувствую, — говорю едва слышно.

— Ты все слышала? — девушка явно не рада мне.

— Угу. Волею случая…

Катя вздыхает.

— Все мужики козлы, — выдает, опуская плечи.

— Согласна, — вспоминаю поведение Волкова, и обида вновь сдавливает горло.

— У тебя-то что? — зло рычит служанка, — Волков — отличный мужик.

— Ага… с кучей скелетов в шкафу, — вздыхаю, — уж молчу про любовниц.

Мы вновь какое-то время молчим.

— Опять Регина? Стерва крашеная, — вдруг выпаливает Катерина.

— Ну Волкову она по душе, — мне так грустно, что хочется выть на луну.

— Да брось. Не нужна она ему.

— А что у вас с Максом? — перевожу тему, как окончательно не расклеилась.

— Отношения на работе строго запрещены. Но мы любим друг друга. По крайней мере, я так думаю…

— Он выглядел искренним, — говорю ей.

— Он всегда так. Щенячьими глазами смотрит, а воз и ныне там. Я замуж хочу, детей. Мне ведь уже за тридцать.

— Может я смогу помочь? Ведь если Волков разрешит, вы сможете пожениться?

— Я не хочу просить. Макс должен сам сделать этот шаг. Не хочет, не надо.

— Но…

— И ты не лезь. Не твое это дело.

Снаружи слышатся громкие шаги и внутрь беседки врывается Честер. Он почти напрыгивает на меня, пытаясь зализать до потери сознания. Как же он хороший! Обнимаю мохнатую морду, отдаваясь во власть мокрого языка. Катя поспешно вскакивает и семенит прочь. Что это с ней? Поднимаю взгляд и вижу серые глаза, направленные прямиком на меня.

— Эм… что вам нужно? — стараюсь говорить без эмоций, но выходит плохо.

— Это что было только что? — даже не скрывает сталь в голосе.

— Я не хочу мешать вам работать, — последнее слово произношу с нескрываемым сарказмом.

Волков подходит и садится рядом. И вновь его аромат окутывает меня, лишая самоконтроля. Хочу отодвинуться, но не могу даже пошевелиться.

— Ты ревнуешь. Это очень мило, Юля.

— Да что вы! — выпаливаю в гневе.

Честер плюхается на пол и непонимающе смотрит на нас.

— Да. Ты в гневе просто прекрасна.

— Заведите себе еще пару любовниц… — надуваюсь и скрещиваю руки на груди.

— Это была не любовница — вздыхает сероглазый тиран.

Стоп! Он сейчас оправдывается передо мной? Неужели ему не все равно? Почти сбежавшая надежда робко стучится обратно, а сердце скачет в груди, как сумасшедшее.

— Так как ты сдала все экзамены, пришло время отдыха, — говорит он, а в серых глазах проскакивает хитринка.

— Не понимаю…

— Сегодня вечером мы улетаем на две недели в отпуск. Надеюсь, у тебя есть загранпаспорт?

— Я никуда не поеду! — огрызаюсь.

— Поедешь, — жестко говорит мужчина, — иди собирай вещи. Вылет в пять. И в самолет надень платье, которое тебе привезут через пару часов.

С этими словами властный тиран встает и покидает беседку. А я остаюсь, хлопая ресницами в полном непонимании. Это что было? Но на душе поют птички, ведь ближайшие недели мы проведем только вдвоем. И вопреки обидам, я безумно этого хочу.